Потерянное дитя (СИ)

— И я прошу тебя вернуться назад, — Вик выпрямилась и нахмурилась, смотря на свои руки.
— Нет, — холодно ответил Занзас, а дочь вскинула голову, наконец заглянув в его глаза.
С недовольством. Раздражением, которое так старательно топила в себе, чтобы не сорваться на родителе. Казалось, кинь мужчина одну искру, и дочь взорвется.
Но она прикрыла веки и тяжело вздохнула, с силой сцепив пальцы, будто таким образом не давала себе сделать ничего лишнего.
Неужели она думала, что ее отец легко согласится, развернется и отчалит в Италию после всего, что девушка здесь устроила, напрочь и довольно нагло игнорируя родителя весь год? Это было слишком наивно с ее стороны.
— Ты здесь совершенно не нужен, — холодно произнесла Вик и твердо посмотрела на отца.
Заметно напряглась, когда мужчина резко поднялся на ноги и подошел к столу, нависая над ребенком. Он зло сощурил алые глаза, смотря сверху вниз на дочь.
— Ребенок… — тихо с затаенной яростью обратился он. Один словом передавая все свое отношение к данной ситуации и просьбе дочери.
— Я уже давно не ребенок, папа, — Вик не меняла тона, встретив мужчину таким же взглядом и уверенностью.
Занзас усмехнулся.
— Для меня ты всегда останешься ребенком.
Дочь поморщилась и свела недовольно брови.
— Поэтому, если ты сейчас не объясняешь все, то через четырнадцать часов будешь это все рассказывать сначала передо мной на Сицилии, дома, а после перед Вонголой и всем Альянсом, — с угрозой, не повышая голоса сказал Занзас.
Вик сощурилась, а глаза затопила обжигающая ярость.
— Это не твое, и уж тем более не их дело, — сквозь зубы произнесла она.
— Ты хоть понимаешь, как это выглядит? — мужчина вскинул бровь и хмыкнул. — Как наследник Вонголы заявляется на другой континент, устраивает тут войну, захватывает местные кланы и картели и ставит себя над всеми. М?
— На хуй Вонголу, — Вик поднялась со стула, со злостью смотря на отца. — На хуй Альянс.
Они замерли.
Лишь молчаливая борьба алых взглядов. И Пламени, что тяжелой аурой стремительно затапливало кабинет.
— Ну? — Занзас смотрел в горящие глаза напротив. — Меня тоже пошлешь?
Это и есть… бунт?
В душе поселились горечь и расстройство за глупого ребенка, который натворил дел. Уже не так сильно хотелось устроить ей взбучку, но дать оплеуху точно, охладить пыл, чтобы мозги встали на место.
Семейное это, что ли, у них?..
— Папа, — голос у девушки сел, а сама она болезненно поморщилась и все-таки опустила взгляд. — Нет. Тебя — нет.
Занзас тяжело, но с долей облегчения выдохнул, ведь уже был готов услышать посыл от дочери, как и ответить на тот.
Атмосфера заметно смягчилась, и в данной борьбе Вик явно была проигравшей стороной.
— Глупый ребенок, — мужчина привычно растрепал волосы дочери, на что та недовольно скривилась и поспешила заново собрать испорченный хвост. — Неужели нельзя было хоть весточку отправить? «Все в порядке, не волнуйся»? После таких новостей я уже и не знал, что думать, а тут и Альянс с Вонголой доводить начали.
Он скрестил руки на груди и требовательно посмотрел на дочь, которая устало вздохнула и рухнула в кресло, прикрыв веки и накрыв лицо ладонью. Мужчина присел на край стола, все еще надеясь получить ответы на вопросы.
— Вот именно, что нельзя, — выдохнула Вик и глянула на отца сквозь пальцы. — Нахуй они мне тут сдались? Я здесь не как какой-либо наследник, а первым делом как наемник, со своей группой.
— А местный мусор чересчур враждебно относится к коллегам из Старого Света, — в понимании кивнул Занзас. — И если бы кто-то засветился рядом с тобой, то весь твой план на начальных этапах можно было бы спустить в трубу.
— Вот видишь, — фыркнула девушка. — Ты и сам все понимаешь.
— Но не понимаю, зачем ты все это устроила? — прищурился мужчина, на что его дочь вздохнула и закатила глаза. — Нахуй тебе этот мусор?
— А нахуй мне Вонгола? — вторила она. — Я ее не просила и не желала. Мне вообще плевать на нее с самого начала. Я не собиралась становиться каким-либо боссом.
 
— Но за год построила здесь чуть ли не Империю, примерные обороты которой ввели Маммона сначала в глубокий шок, а потом в безумное состояние, отчего его с трудом удалось удержать в Италии, — хмыкнул мужчина. — Он хотел прибежать к тебе и наняться твоим личным финансистом.
Девушка спрятала лицо в ладонях, отчего голос стал глух.
— Я никогда не думала, что такие цифры вообще существуют, — призналась она. — И у них здесь, блядь, странные порядки! — Вик резко вскинула руки, с возмущением смотря на отца. — Все переходит победителю! Так что все это дерьмо, — она обвела руками комнату, имея в виду и прочие заслуги и проблемы, — мне досталось из-за того, что я грохнула кучку ублюдков.
Было видно, что у девушки явно накипело за это время.
— И нет, чтобы рассказать мне все сразу, ты целый год скрывалась и умалчивала, — Занзас вскинул бровь.
— Не могла, — упрямо заявила дочь и скрестила руки на груди, поджав губы.
— Почему? — нахмурился мужчина.
Но ответа не было.
— Ты могла сказать только мне. И мне было бы куда проще посылать Вонголу и Альянс, зная, за что именно я их посылаю. А не посылать, и потом слушать вопли Акулы об очередном разрушенном полигоне, ремонт которого обошелся в круглую сумму, и это уже в третий раз за два месяца.
Вик невольно хихикнула, представив, как Скуало врывается в кабинет раздраженного отца с новыми обвинениями и тут же вылетает оттуда с громкими ругательствами и подпаленной шевелюрой.
Время идет, а ничего не меняется.
— Это мои проблемы, и только мои, — вздохнула и решительно произнесла девушка. — И мне с ними разбираться. Мне не нужна твоя помощь. А ты бы не остался в стороне, когда я все это заварила.
— Сейчас, значит, можно? — прищурился Занзас.
— И сейчас нежелательно, — мотнула она головой.
Упрямая.
Мужчина с досадой поморщился и вздохнул.
И в кого она такой уродилась?
Неужели он был таким же?..
— Пап, тебе заняться, что ли, совсем нечем? — Вик устало взглянула на него.
Занзас усмехнулся.
— Женился бы тогда, если совсем скучно, — проворчала дочь и достала телефон из кармана. Тот самый, что четыре года назад ей подарил Скуало после переезда в Варию.
Мужчина удивился такому прямому заявлению.
— Мне одной тебя достаточно, чтобы поседеть раньше времени, — впечатлено произнес Занзас. — А Вария, Вонгола и Альянс разом так ебет мозг, что никакой жены не надо.
Вик набрала сообщение и отправила то, снова убирая телефон.
— И после всего этого у тебя остаются силы, чтобы уже делать мозги мне, — пробормотала с недовольством девушка.
Мужчина качнул головой на слова дочери.
Та подобрала волосы, пальцами пройдясь по бусинам, тем самым восстановив иллюзию. Занзас вернулся в кресло напротив рабочего стола как раз вовремя.
В дверь постучали, а после осторожно приоткрыли, будто ожидая ответа от хозяина кабинета.
— Входи, — твердо бросила Вик и свела брови, когда в помещение вбежала молодая девушка с папками и подносом с двумя чашками с кофе.
Брюнетка выложила свой груз на стол босса и быстро покинула комнату, подхватив пустой поднос и тихо прикрыв дверь.
— Если тебе совсем неймется, то можешь разобраться с этим, — Вик придвинула в сторону отца три толстых папки и поморщилась. — Меня это слишком угнетает. А забить не позволяет совесть.
Занзас подхватил верхнюю папку — Сант-Марэ.
— Сант-Марэ — независимый остров в Карибском море. Формально он принадлежал Венесуэле, но в шестидесятых годах был выкуплен за приличную сумму. Так что за небольшие проценты все дружно закрывают на все глаза, — начала объяснения Вик, откинувшись на спинку кресла и рассматривая потолок. — Он достался мне в наследство от одного наркобарона, жившего там. На острове помимо виллы в живописной лагуне, есть два населенных пункта. Общее население в пять тысяч человек. Тут и самая загвоздка, — вскинула руку дочь, ткнув указательным пальцем вверх. — Большая часть тех людей — рабы и должники того ублюдка, которые вкалывали на плантациях, даже не за еду, а чтобы их близкие могли жить дальше и не присоединились к ним на эту каторгу. Своеобразный остров-тюрьма. Да, там же выращивается кока, и производится наркота. И я знаю, что если появлюсь на этом острове, то людей верну домой, а остальное все сожгу к чертям.