Потерянное дитя (СИ)

— Надо, — только и ответила я, на что получила хмурый взгляд, который требовал объяснений.
Но я упрямо ответила таким же взглядом, наплевав, что человек передо мной явно зол и лучше бы сдерживать свой крутой нрав.
Даже люди недалеко от нас заметно занервничали и поспешили разойтись кто куда, на всякий случай.
— Шапку надень. Позвонишь, когда надо будет забрать, — в конце концов, раздраженно произнес отец и махнул рукой, отпуская.
Он что-то еще, не оборачиваясь, холодно бросил своему сопровождению и ушел в ресторан. Те двое остались в холле. Вчерашний офицер, что одаривал восхищенными взглядами и звал «сыном босса», поспешил за отцом, что-то возбужденно говоря на итальянском, но его проигнорировали.
Так, это был приказ для этого дуэта идти со мной?..
Хм-м, судя по широкой улыбке блондина, видимо, да.
— Ye-es, bo-oss! — в спину Занзаса протянул зеленоволосый парнишка и после уставился на меня.
Блядь, мне еще одних нянек не хватало.
Я резко развернулась и распахнула прозрачные двери, выскакивая на улицу и на ходу доставая из рюкзака проклятую шапку.
Холодно. Серо. Мерзко.
Все, как всегда.
В такую погоду хотелось сидеть дома у батареи, а не тащиться хер знает куда.
Передернув плечами и запахнув ворот пальто сильнее, прячась от колючего ветра, я двинулась верх по улице, к метро. Реборн ни на шаг не отставал, тоже неприязненно морщась от встречного ветра. Мое сопровождение шло за спиной, изредка переговариваясь на итальянском и посмеиваясь, но я на них даже не оборачивалась, чтобы проверить.
Шли и шли. Ладно. Главное не лезли под руку.
Только в метро заметила, что у тех вместо варийской формы обычная одежда, тогда как из гостиницы они выходили в той. Иллюзии?
Удобно.
Весь путь проходил без лишних разговоров — никто меня не дергал и не пытался втянуть в беседу, хотя взгляды спутников раздражали.
Было почти одиннадцать, когда, наконец, приблизились к приюту. Я решила сократить путь, походя знакомыми переулками старых высоток, притиснутых столь близко, что соседи могли через окна пожать друг другу руки. Район старый, и за красивым розовым и белым фасадом с широких улиц порой прятались серые и кривые дома, приятные глазу в своем безобразии.
Иногда посмотришь на такое здание и, казалось, что вот-вот и то развалится. Ан нет, упорно переживало день за днем, исходило трещинами, ржавело металлом, но стойко переносило время.
Мы пересекали очередной крохотный двор, больше напомнивший коробку. Вдоль стен подтаявшие сугробы, под ногами слякоть, смешанная с песком, над головой переплетения проводов на фоне серого неба. У крыльца старая машина с открытыми дверьми, откуда доносилась отвратительная музыка, а на ступеньках сидела группа из молодежи.
Похоже, кто-то уже начал отмечать.
Но чутье заговорило о раздражающих неприятностях.
Хотелось закатить глаза к небу и спросить у него — почему сейчас?
Почему на фоне всего произошедшего, когда уже столько дней рука об руку с мафией, мне собрались доставить проблем местные гопники, которые явно приняли нашу группу не за тех.
А, нет.
Просто меня узнали.
— Какие люди! — из толпы подскочил долговязый парень, одетый довольно легко, несмотря на погоду, с опухшим лицом, видно, пить начали давно и прочно. Он злобно сощурился и оскалился, направляясь наперерез со своей группой поддержки. Удивительно, как еще умудрялся идти прямо и на твердых ногах.
Бывший приютский, года два назад выпустился и упал на дно. Ничего интересного. Обычный отброс, что не нашел место в обществе, виня то во всех своих бедах. Часто пытался задирать девчонок в нашем районе и склонять к близости, подлавливая тех по вечерам. За это был не раз бит что мной, что Сергеем, либо другими старшими, которые такой подход не одобряли.
Но гляди-ка, выполз из дыры, осмелел. Неужели из-за новости, что меня забрали, решил подняться?
Хм-м. А я даже его имя-то не знаю. Нахер оно мне?
— А говорили, что ты свалил, — парень замер в паре метрах, закрывая со своей бандой выход со двора, куда мы и шли. — Что объявился богатый папенька из Европы и забрал тебя. Праздник-то какой для нас! Ха-ха!
 
Я остановилась и окинула его раздраженным взглядом, чуть поджав губы.
И так времени мало, а этот отброс еще решил его сожрать.
Преподать урок напоследок, что ли?..
— Ши-ши-ши, а у вас тут и развлечения есть! — чересчур оптимистично отреагировал блондинистый офицер.
А мне его радость показалась слишком подозрительной.
— Быстро сросся с новой ролью, да? — мерзко улыбался парень, посмотрев на моих спутников. — Друзей под стать себе нашел, таких же педиков. Ха-ха!
Будто тонкий сквозняк шелохнул волосы у виска, и через мгновение у парня на щеке разросся алый росчерк, а блондин за моей спиной довольно смеялся. Его зеленоволосый спутник что-то протянул на итальянском. Гопник запоздало отшатнулся, прижимая ладонь к порезу и смотря на нас безумно зло.
— Свалил. С дороги, — резко и раздраженно бросила я, ощущая, как в груди снова вспыхивала и клокотала ярость, и мрачно смотря в чужие глаза, наполнявшиеся невнятным страхом. — Нахуй.
Он судорожно дернулся и одеревенело отступил.
Люди за ним зароптали, высказывая свое неодобрение моим словам и явно нацелились на другой исход. Наверняка были пьяны и плохо соизмеряли силы, не понимая, кто стоял перед ними.
Блядь, да со мной в компании три профессиональных киллера! Только один из них мог всю толпу размазать по земле и стенам за пару секунд!
А эти отморозки даже не подозревали всей правды и страдали тут хуйней. Как же бесят!
Настроение скатывалось вниз.
— Принц хочет поиграть, — блондин выскользнул вперед, а между его пальцев блеснули стилеты. — Принц догонит вас, после того, как покажет этим, что перекрывать дорогу Принцу — плохая идея.
Он чуть склонил голову в мою сторону, будто перевел взгляд на меня, таившийся за длинной челкой, намекая, чтобы сваливала отсюда.
Понятия не имела, что он задумал, но повеяло чем-то жутким, отчего хотелось скорее унести ноги подальше из этого двора.
Его спутник снова что-то протянул на итальянском и двинулся по дуге в обход толпы отморозков крайне неторопливо, будто на прогулке в лесу, обозревая окрестности, чем еще сильнее раздразнил и так неадекватных гопников.
Я пошла следом за зеленоволосым недоразумением, покосившись на веселого Реборна. Он поймал мой взгляд и вскинул бровь.
— Офицер Урагана Варии Бельфегор известен как безжалостный убийца, Принц-Потрошитель.
Пожала плечами — это и так ясно, что он убийца, и явно других в Варии не держат. Либо Реборн думал, что мне будет жалко этих идиотов, если на них обратит внимание один из офицеров, который умудрился получить прозвище «Потрошитель»?
С хера ли? Кретины сами виноваты. Не стоило им лезть, куда не надо. Им не раз вбивали в голову, чтобы не страдали херней. Но, видимо, в попытках проучить выбили последние признаки мозгов.
За спиной раздались испуганные вскрики.
Хотя убийства средь бела дня…
Я задумчиво глянула на потолок арки, под которую мы вступили. Нас накрыла тень, а впереди маячил свет. Звуки позади как отрезало, и были слышны только проезжавшие впереди по улице машины и переговоры торопившихся людей, проходящих по асфальту вдоль арки.
Хм-м…
Нет, меня и убийство не волновало.
Глянула в спину другого варийца, что беззаботно шел впереди. На выходе тот замер и завертел головой, так как не знал дальнейшего пути.
Я хмыкнула, прошла мимо него и повернула направо, вдоль улицы, через перекресток и мимо забора, за которым и скрывался детский дом, окруженный голыми деревьями.
 
— Вик! — с порога уже встречали, заливая по уши радостью и впечатлениями. Я даже не успела до конца расстегнуть пальто, только и стянула шапку с головы.
Инна вцепилась клещом в руку и жалась к боку, а другие дети лишь хихикали над этой картиной, но каждый поприветствовал, кто кивком, кто помахал дружелюбно рукой.