Изнанка (СИ)

Интересно, а руку Эрчер позволит в себя засунуть, Рихард вставил три пальца неглубоко совсем, и плоть вокруг них слегка сжалась.
— Прекрати.
— Как скажешь, дорогой, — Рихард с трудом заставил себя вытащить пальцы.
В ту ночь ему снова снились бесконечные поиски Эрчера среди трупов в ящиках. Только теперь Рихард знал, что Эрчер тоже мертв, и хотел отыскать его хоть такого.
  
Перед самым отлетом пришлось тащиться в местную службу безопасности и просить еще за нескольких арестованных. На Даллене они считались несовершеннолетними, и Эрчер особенно переживал за них.
Заместитель начальника, Краус, очень веселился, уяснив суть просьбы. Во время их разговора Рихарду начало казаться, что Краус неуловимо похож на Эрчера, ну, если того в форму безопасника одеть.
— Какие же они дети, они преступники.
— По местным законам — дети. Притом безмозглые совсем.
— Сделаем им внушение, — посерьезнел вдруг Краус. — Соорудим на площади виселицы и вздернем парочку, а остальных отпустим. Это очень красивая древняя казнь, вы видели когда-нибудь, капитан Терге?
— Очень давно, на Альвейме. Может, достаточно будет их просто выпороть, — Рихард сделал значительную паузу, а потом добавил: — Вы хотели взглянуть на альвеймские файлы? По вашей работе там были замечания, кажется.
— С удовольствием, — обрадовался Краус. И решил оказать ответную любезность, видимо: — Этот ваш… Вы летите с заходом на Хасефею. Мой вам совет — бросьте его там, не тащите грязное белье на Родину.
— Спасибо, — поблагодарил Рихард.
Дома Эрчера не оказалось, это как всегда уже, и комм не отвечал, пришлось взять флаер и искать его в лесу и на озере. Эрчер нашелся через пару часов недалеко от обрыва, дрых в палатке как ни в чем не бывало, завернувшись в спальник.
— Вставай. Собираться пора, через двенадцать часов старт, — растолкал его Рихард. — Может, хочешь попрощаться с кем-то из своих?
— Нет.
— Тогда пошли.
Рихард запер его на всякий случай в управлении, два кабинета в конце коридора были снабжены решетками.
— Это всего лишь необходимые меры предосторожности, — успокоил он Эрчера. — Я заеду за тобой перед самым вылетом, не беспокойся.
Эрчер молча отвернулся и уставился в окно, оттуда был виден кусочек городской площади.
***
И опять у них было ровно два месяца, ведь именно столько времени нужно, чтобы достичь Хасефеи сквозь изнанку.
Рихард закрыл Эрчера на этот раз в своей каюте.
— Попадешься штурмовикам, — пугал он, — обязательно в трюм затащат и изнасилуют.
Эрчер только смеялся над его заботой, и хотелось его прибить в такие моменты. Но все заканчивалось безудержным сексом, как обычно.
— Я тебя люблю, — шептал Рихард и старался втиснуться в Эрчера еще глубже, это было почти в самом конце их пути.
А кончив, тут же вытащил, не отдышался даже, и засунул в растраханную дырку сразу четыре пальца. Член у Эрчера продолжал стоять, Рихард провел языком вдоль ствола и попробовал аккуратно добавить большой палец.
— Потерпи, я осторожно.
Эрчер вцепился в покрывало руками и вздрагивал иногда, и был весь влажный от пота и такой красивый. Рихард добавил смазки и еще пососал, любовник стонал и мотал головой, а ладонь медленно входила в его задницу, завораживающее зрелище. Он остановился, лишь когда сфинктер плотно обхватил запястье. Только бы ничего не порвать там, внутри, где все такое нежное и мягкое, Рихард благоговейно пошевелил пальцами, и Эрчер обкончался ему прямо в лицо.
После он осторожно вытащил руку, наблюдая, как розовые края дырки послушно выпускают его кисть и остаются слегка раскрытыми. Эрчер поморщился и повернулся на живот, даже в душ не соизволил пойти, Рихард намочил полотенце и вытер его. А потом позорно сбежал в кают-компанию, пока Эрчер не надумал заговорить с ним.
Вернулся он через несколько часов, Эрчер уже спал, развалившись поперек их широкой кровати. Для обслуживающего персонала на корабле были общие каюты, но Рихард его сразу же к себе поселил. Боялся за любимого, вдруг и правда со скуки кто-то из офицеров набросится, Эрчер почему-то выглядел таким доступным в простой серой форме прислуги.
— Эрчер, — позвал он негромко, но тот спал или притворялся, что спит.
Рихард пьяно покачнулся, включил верхний свет и попробовал заглянуть ему в задницу. Стащил с Эрчера одеяло и раздвинул ягодицы, разглядывая припухшую дырку.
— Прости, прости меня, — зашептал он и завозился, укладываясь рядом, наверное, и до завтра не заживет, ну ничего, Эрчер же хотел когда-то его трахнуть, на Даллене еще.
— Что ты там бормочешь, спи, — возмутился Эрчер сквозь сон.
— Хочу, чтобы ты мне вставил, любимый.
Эрчер выругался и ушел куда-то, за новым флаконом смазки, наверное, предыдущий-то Рихард весь на руку себе вылил. Он так и заснул, не дождавшись, а Эрчер все не приходил, и тогда Рихард понял, что его опять надо искать среди ящиков с мертвецами.
— Ты идиот, еще бы ногой полез, — сказал Эрчер за завтраком.
— Камилла скорее всего на Хасефее, я узнавал, — Рихард забрал у него чашку с остатками кофе, чтобы допить. — Через несколько дней мы выйдем на орбиту, пробудем там несколько дней. Как раз успеем слетать на планету и все выяснить.
Пропуск Эрчеру еле выдали, Рихард даже альвеймским начальством пугал местную службу контроля.
Разрушенная при освобождении Хасефейская столица так и остались лежать в руинах, и с посадочного шаттла это было прекрасно видно.
— Моя дочь училась там, — Эрчер отвернулся от иллюминатора, и Рихард обнял его, как будто эта боль у них была одна на двоих.
— Сейчас там только бандиты. Мы остановимся в Хас Тохумсе, это недалеко, но город охраняют, так что не бойся.
— А население как же?
— Многие в трудовых лагерях, — не хотелось пугать его раньше времени, Рихард еще с орбиты запрос отправил, но вразумительного ответа не получил.
Камилла Веллинг не значилась ни в одном из списков лагерных работников, а это был бы самый простой вариант. Если она попала в походный цирк, то скорее всего мертва сейчас. А еще Камилла могла погибнуть при сопротивлении хасефейцев, попасть под бомбежку или быть расстрелянной во время одной из показательных казней. Или просто поменять фамилию и затеряться среди мирно сотрудничающих жителей.
— А если она в этом вашем… цирке, — Эрчер как мысли его прочел, шаттл как раз вошел в атмосферу, их слегка трясло.
— В цирке сложнее найти, там ни номеров, ни фамилий. А она красивая, похожа на тебя?
— Нет.
— Жаль, а то я бы на ней женился.
— Ты…
— Я пошутил, — улыбнулся Рихард, так сладко было представить, что Эрчер ревнует его. — Кроме тебя мне никто не нужен.
Космопорт в Хас Тохумс уцелел, альвинги лишь слегка перестроили его, и мохнатые звезды украшали стены здания снаружи и изнутри. Они с Эрчером быстро прошли контроль, багажа у них не было почти.
— Мы не в казарме остановимся, надеюсь, — спросил Эрчер и сжал под стойкой его пальцы.
— Нет, в гостинице, здесь в центре неплохая есть, еще от хасефейцев осталась. Хочешь, возьмем номер для новобрачных, — неловко пошутил Рихард.
Эрчер кивнул и отпустил его руку, но от этого простого прикосновения в паху ощутимо раскручивался знакомый жар. Ведь Эрчер так давно не прикасался к нему сам, только если Рихард просил его, и только во время их соитий.
  
В гостинице, теперь она называлась “Слава Свободе”, им пришлось взять разные номера, и в Рихардовом обнаружился огромный траходром в виде алого сердца. Легкомысленные хасефейцы совали эти сердца куда попало, не только в номера для новобрачных, но даже в собственный герб, и Рихард кощунственно подумал, что логичнее было б и траходром заменить на мохнатую звезду. Но тут же оборвал себя. Скорее бы Эрчер пришел, хотелось показать ему эту смешную кровать и принять ванну вместе.