Прикосновение варвара (ЛП)

Я всегда должен быть наготове.
В дальнем конце пещеры Ле-ла садится и трет лицо. Ее темная грива взъерошена и ниспадает на плечо. На одной щеке пятно грязи, и она растирает его.
Но я поражен тем, насколько она красива.
Мой кхай громко поет песню согласия, напоминая мне, что он хотел бы, чтобы я спарился с ней. Мое тело реагирует на ее близость, и я натягиваю мех на колени, чтобы она не увидела мой напряженный член и не испугалась.
Выражение ее лица меняется с мягкого и сонного на настороженное, когда ее взгляд фокусируется на мне. Несмотря на то, что я спас ее, она мне не доверяет. Я не удивлен, хотя и чувствую небольшой укол гнева на Хассена за это. Именно из-за его действий она не доверяет. Мне придется показать ей, что я не желаю ничего плохого.
Я медленно вытаскиваю один из своих ножей из ножен на поясе, а затем двигаюсь, чтобы положить его на пол между нами, затем жестом прошу ее взять его. Она чувствует себя сильнее с ножом, так что я верну его ей.
Ле-ла бросается вперед и хватает его, затем отступает обратно к мехам с ним в руке. Мой кхай напевает рядом с ее, звук почти оглушительный в маленькой пещере, но ее, кажется, это не беспокоит. Вместо этого она смотрит на меня с обеспокоенным выражением лица.
— Я не такой, как Хассен, — говорю я ей, поворачиваясь к огню и разжигая его, просто чтобы занять руки. — Я не буду давить на тебя.
— Я не вижу твоего рта, — говорит она тихим, задыхающимся голосом. — Не могу понять, о чем ты говоришь. Не слышу тебя.
Я оглядываюсь.
Она постукивает себя по уху и делает жест руками, показывая, что не слышит. Она читает по моим губам, чтобы понять слова? Значит, ее кхай не устранил проблему со слухом, в чем бы она ни заключалась. Я киваю, затем вспоминаю жесты, которые любила делать ее сестра, и пробую один из них, показывая ей средний палец. Это сигнал, который Мэ-ди использовала, чтобы подтвердить чьи-то слова.
Тихий, задыхающийся смех Ле-ла наполняет пещеру, и мои яйца в ответ сжимаются в паху.
— Ты только что показал мне средний палец?
Я пытаюсь осмыслить ее слова.
— Разве это не сигнал? — Я обязательно поворачиваюсь к ней лицом и наблюдаю, как ее брови хмурятся, когда она смотрит на мой рот. Кажется несправедливым произносить слова, если она их не слышит. Мне нужно выучить ее жесты.
Поэтому я решаю попробовать другую тактику. Я наклоняюсь над огнем и наполняю свою походную миску тушеным мясом, затем начисто вытираю нижнюю часть и предлагаю ей.
Она моргает и наблюдает за мной.
Я указываю на миску, затем прикасаюсь к своему рту, показывая, что она должна поесть.
Улыбка расплывается на ее лице, поражая своей красотой. Я в благоговейном трепете. Мэ-ди достаточно привлекательна в пухлом, здоровом человеческом смысле, но Ле-ла? Она забирает мое дыхание из моего тела. Когда ее губы изгибаются, я испытываю чувство завершенности, которого никогда раньше не испытывал.
Как бы смеялась моя мать, увидев, что я так очарован человеком. Она дразнила меня с тех пор, как появились люди, удивляясь, почему я не погнался за ними, как Аехако за своей Кайрой. Теперь я знаю — я ждал Ле-ла.
Она делает жест и тихо бормочет «спасибо». Я делаю ответный жест, и она снова улыбается. Ее счастье кажется мне призом, который я выиграл, и я полон решимости заставить ее улыбаться. Я наблюдаю, как она откусывает от еды, а затем идет облизывать пальцы. Затем она морщит нос и корчит гримасу, ставя миску на стол с выражением отчаяния на лице.
Ее руки взлетают в другом жесте, а затем она делает расчесывающее движение пальцами. Ах. Она грязная, и ей это не нравится. Я постукиваю своей палочкой для разжигания огня по второму мешочку, который у меня висит.
— Вода, — говорю я, затем понимаю, что не знаю, как это сделать жестом. Я на мгновение задумываюсь, затем показываю будто умываюсь.
— Вода? — спрашивает она, и я киваю. Затем она делает жест, прикладывая три пальца ко рту и постукивая. — Это вода.
Она учит меня своим жестам. Удовольствие пронзает меня, и я повторяю движение, стараясь максимально приблизить его к ее жесту, учитывая, что у меня меньше пальцев, чем у нее. Я мысленно повторяю это снова и снова, полный решимости учиться. Я хочу общаться с ней так, как ей удобно. Если она не может использовать произносимые слова, я тоже не буду.
 
Ле-ла моет руки в теплой воде, а затем смотрит на меня. Я похлопываю себя по щеке и делаю брызгающий жест, потому что ее лицо все еще грязное. Она кивает и трет лицо теплой водой, а затем снова макает руки, чтобы убедиться, что они чистые. Она вытаскивает руки из воды и трясет ими, чтобы избавиться от влаги, а я беру мешочек с огня и иду его снова наполнить. Ей понадобится новая, свежая вода, как только она закончит есть.
К тому времени, как я набрал в мешочек побольше снега, растопил его, а затем снова наполнил до тех пор, пока не набралось достаточно воды для согревания, Ле-ла уже свернулась калачиком в своих одеялах и ест. Она наблюдает за мной, но ее плечи кажутся немного более расслабленными, а нож лежит у нее на ноге. Она начнет доверять мне, но на это потребуется время.
Я терпеливый мужчина; я готов уделить ей столько времени, сколько ей нужно.
Она доедает еду с легким вздохом, и я смотрю в ее сторону. Ее взгляд встречается с моим, и я делаю знак «вода», постукивая растопыренными пальцами возле рта. Она хочет пить? Мой сигнал вызывает у нее улыбку, и она кивает, затем возвращает миску мне. Я даю ей свой бурдюк с водой и смотрю, как она пьет. Ей понадобится больше воды для питья, больше воды для купания, и ей нужно будет приготовить воду и справить нужду. Я знаю, что люди любят уединение для своих тел, и они гораздо более застенчивы, чем ша-кхаи. Я не хочу, чтобы она чувствовала давление, поэтому я указываю на чашу в углу пещеры, которая отведена для таких действий, а затем указываю на нее. Затем я указываю на воду, которую грею на огне, и делаю движение для мытья. Я указываю на себя и показываю, что собираюсь на время покинуть пещеру. Я все равно должен проверить свои ловушки.
Ле-ла кивает мне и делает шквал жестов руками, затем замолкает с застенчивой улыбкой на лице.
— Думаю, еще слишком рано для таких жестов. Хорошо, я подожду здесь. — И она указывает на пол.
Я киваю и беру свой лук и копье, накидываю мех на плечи, а затем выхожу, убедившись, что надежно закрепил экран над входом в пещеру. Мой кхай протестующе гудит; он не хочет, чтобы я покидал ее. Мой член пульсирует от желания, и я стискиваю зубы, погружаясь в снег.
Возможно, я не так терпелив, как мне кажется, потому что, когда я выхожу из пещеры, чтобы проверить свои ловушки, я представляю Ле-ла обнаженной и в мехах рядом со мной, ее приветственные объятия.
Я бы хотел, чтобы мы уже были на таком этапе.
ЛЕЙЛА
Роудан, возможно, самый приятный инопланетянин, которого я встречала до сих пор, думаю я, торопливо снимая одежду, чтобы вымыться губкой. Он пытается заботиться обо мне, как Хассен, но, в отличие от Хассена, я не получаю от него странных ощущений. С Хассеном каждый раз, когда он подавал мне еду или питье, я почти чувствовала, как происходит мысленный подсчет, например: «если я заставлю ее поесть еще четыре раза, тогда она захочет быть моей девушкой». С Роуданом у меня вообще нет такого чувства. Он кажется милым. Я могу быть предвзятой, потому что он не властный, но, да. Он мне нравится.
Моя меховая одежда все еще воняет пещерой йети, и вонь становится невыносимой. Я бросаю их в кучу, и запах немного ослабевает. Я не знаю, как долго его не будет, поэтому решаю, что мне нужно поторопиться. Мыла нет, поэтому я довольствуюсь тем, что брызгаю теплой водой на кожу и тру ее оторванными лоскутами своей ночной рубашки, чтобы смыть большую часть грязи. Я также быстро ополаскиваю свои жирные волосы. К тому времени, когда я чувствую себя чистой и больше не чувствую запаха йети на своей коже, вода почти закончилась, и я дрожу, несмотря на тепло пещеры.