Гражданская война (СИ)
— Верно! — поддержал старший лейтенант в кожаной куртке, похоже подводник. — На эсминце «Гаджибей» убили всех офицеров просто за то что офицеры! Да и на многих других кораблях было не сильно лучше.
— Как и в большинстве сухопутных частей, — кивнул капитан с тросточкой.
— Видимо поэтому эсминец «Гаджибей» сейчас не в Севастопольской бухте, а в Новороссийске, — ответил Климов. — И не он один. В Крыму теперь другие порядки. Все случаи подобных убийств будут расследованы и виновные получат наказание по законам военного времени. Не за политику — за уголовщину. Мастеровой из рабочей слободки, крестьянин в солдатской шинели, князь в офицерских погонах, для нас без разницы. Виновен — отвечай. Тут, кстати, надо учесть, что эти преступления совершали далеко не одни матросы и солдаты шедшие за анархистами и большевиками. У местных уголовников, я слышал, было очень модно покупать матросскую форму и заниматься уголовщиной под видом революционеров. Этих, если попадутся, тоже ждёт трибунал, а при сопротивлении — уничтожение на месте. Правда, подавляющего большинства этих виновных, в Крыму, похоже, уже нет, они сбежали на Кавказское побережье. Новая власть Свободных Советов продолжит работу по наведению законности и порядка и защите всех граждан от преступности. Но предъявляя обвинения нижним чинам, задайтесь вопросом, граждане офицеры, а сами вы такие ли белые и пушистые?
— О чем вы?
— Сколько раз вы пересчитывали зубы нижним чинам до февраля прошлого года? И не в бою, чтоб привести в чувство запаниковавшего солдатика или матросика, а в повседневной жизни? Не так выглядит, не так повернулся, просто настроение плохое и хочется его сорвать на ком-то, кто ответить не может. Не на фронте — там такие любители за два с половиной года вывелись. Пули то они не только спереди, но и сзади летать могут.
Большинство офицеров помрачнело и загудело, но полковник, подняв руку, повысил голос:
— А вот на кораблях и в тыловых гарнизонах это разве редко бывало? А если сами этого не делали, то ведь наверняка не мешали любителям почесать кулак об солдатскую или матросскую морду? А на дворе не времена крепостного права, когда быдло можно было пороть на конюшне и оно только утиралось. Да и тогда могли на вилы поднять и усадьбу сжечь — Стенька Разин и Емелька Пугачёв соврать не дадут. На дворе Двадцатый Век. Век электричества, радио, моторов и полётов. Люди пошли уже не те, в том числе в шинелях и в бушлатах. Они такого терпеть не хотят. И отношение к солдатам и матросам, как к бессловесной серой скотинке, которое было нормой в Осьмнадцатом веке, как-то прокатывало в прошлом столетии, теперь людям с ружьём и пушкой категорически не нравится. Вы недовольны тем, что солдаты и матросы, наслушавшись чёрт знает кого, творили всякую дичь. А почему вы сами не сагитировали их на свою сторону? Многие ли из вас до прошлого года пытались понять, что у солдата или матроса в душе и найти с ним общий язык? Пожалуй, только те, кто состоял в социалистических партиях…
Офицеры-социалисты слева, стали довольно переглядываться, бросая снисходительные взгляды на большинство коллег.
— Многие ли из вас, — продолжал Климов, — хотя бы научили ваших солдат и матросов читать и писать? Ведь не трудное дело. Хотя, я понимаю, пирушки в ресторации, танцы с дамами и игры в фанты с ними же, намного интересней... Попрыгунья стрекоза, лето красное пропела... А те же анархисты и большевики в фанты не играли, они не дамами, а вашими подчинёнными были заняты. И вы пальцем не шевельнули чтобы им помешать и перетянуть на свою сторону. Карл Маркс, с которым я не согласен по большинству вопросов, высказал верную мысль: «Неграмотный человек стоит вне политики». В царские времена это устраивало большинство господ генералов, адмиралов и офицеров. Безграмотными невежественными дураками проще управлять. Увы, времена не те. Это раньше для рубки саблей, уколов штыком, стрельбы из мушкета и заряжания ядра в пушку, не требовались науки. Сейчас техника становится всё сложнее, и того ко в ней не разбирается, бьют и будут бить всё сильнее. На безграмотных дураках далеко не уедешь. И если неграмотный солдат или матрос стоит вне политики, это не значит, что и политика будет стоять в стороне от него. И как он сможет из-за своего невежества понять, кто, к чему и главное, для чего, его призывает? И понятно, что ему будет ближе агитация своего брата, такого же мужика или фабричного, чем офицера из господ, который и не агитирует его ни за что, ибо невместно. Особенно это касается флота, где подобные глупости со времён Петра и каторжных порядков в тогдашних европейских флотах, взятых за образец, были возведены в абсолют. Только даже в Европах это менялось со временем, а у нас — сами знаете... Офицерская каста в кают-компании, даже машинных офицеров едва терпевшая как второсортных и неизбежное зло, матросы в кубриках, набираемые из наиболее классово сознательного пролетариата (а кого ещё, мужика от сохи к машинам не пустишь, поломает всё нафиг!), и эти две разные планеты движутся по никогда не пересекающимся орбитам, а пространство между ними бестолково пытались заполнить кондуктОрами [13] и боцманматами. Вот мы и увидели результат зимой.
Судя по лицам большинства морских, да и сухопутных офицеров, слова полковника им не очень понравились, хотя отрицать их правоту они не могли.
— Вы спросите: «А что же делать?» — подытожил Михаил, оглядев зал. — Что ж, основные пути я уже указал. Кто не хочет смириться с тем, что старое ушло навсегда — записываются в Кавказкий корпус и на Кавказский фронт, а затем Сербия. Кто не может доверять здешним солдатам и матросам, сможет перевестись в другие части нашей армии, в том числе в охранный корпус в Крыму, если это армейские офицеры, либо на создающиеся речные флотилии, бронепоезда и в тяжёлую железнодорожную артиллерию, если моряки. Кстати, нынешние армейские подразделения на полуострове, кроме береговых батарей и авиации, будут расформированы, а их личный состав пойдёт либо на пополнение других частей вместе с матчастью, либо в стройбат. Расформированные части будут заменены другими войсками помимо территориального корпуса. Эта работа уже идёт. В том числе и часть флотских экипажей выбрала службу в стройбате. Часть выбравших корабельную службу, будет переведена на речные корабли, бронепоезда и железнодорожные батареи. Некомплект на кораблях Черноморского флота будет пополнен моряками торгового флота, набранными по контракту. После наведения порядка в стране, все матросы и старшины флота будут набираться по контракту не на пять лет как сейчас, а на десять-пятнадцать. Нам нужен профессиональный флот!
Эти слова почти все морские офицеры встретили аплодисментами, а Климов, отпив из фляги вынутой из другого кармана куртки, чтоб промочить горло, продолжил:
— Кроме того, из войск пришедших со мной из Франции, в ближайшее время будет сформирована морская пехота. По роте на линкорах и броненосцах, по взводу на крейсерах, по отделению на эсминцах, канонерках и прочем. Естественно, касту и прочие старорежимные глупости придётся забыть, как приятный, но невозвратный сон. На все корабли и во все береговые подразделения будут присланы комиссары от СДПР, для работы с личным составом и разъяснения политики Русского Освободительного Движения. Ну и наконец, во всех экипажах, ротах, батареях и командах должны быть, при вашем непосредственном содействии, граждане офицеры, созданы школы грамотности. Как говорит наш политический противник, большевик Ульянов-Ленин, надо учиться, учиться и учиться. Для начала хоть элементарное, чтение, письмо, счёт. Как выражаются наши восточные соседи в Китае «Дорога в тысячу ли начинается с первого шага». Надеюсь, просвещённым солдатам и матросам уже не захочется убивать своих офицеров, кто бы их к этому ни призывал, хотя бы из страха погибнуть в ближайшем бою без толкового командования.
В зале воцарилось оживление, большинство собравшихся офицеров явно почувствовали перспективу.