Навечно (ЛП)

― Увидимся завтра.
Я схватила ее за руку.
― Ты отведешь меня к алтарю?
У нее перехватило дыхание, когда она кивнула. Она сжала мою руку один раз и отпустила ее, переступая порог, чтобы открыть дверь Джулиану.
Он стоял в дверном проеме, уперев руки в бока, полностью одетый и чертовски сексуальный.
― Я не помешал?
Несмотря на наш разговор, моя мать отступила на шаг. Я не могла винить ее за такую реакцию. Ни с темной энергией, которую излучал Джулиан, ни с его божественной, смертоносной красотой.
  
Но она взяла себя в руки.
― Я уже уходила.
Он отступил в сторону, чтобы дать ей пройти.
Она помедлила и посмотрела на меня.
― Я могу помочь тебе подготовиться завтра, если хочешь?
Я не доверяла своему голосу, поэтому просто кивнула.
― Я провожу тебя, ― предложил Джулиан, хотя и немного натянуто.
Я вскочила с постели и понесла поднос с едой в гостиную. Я как раз возвращалась в спальню, когда Джулиан вошел следом за мной.
Он остановился и нахмурился.
― Ты не в постели.
― Я в порядке. ― Я подавила желание закатить глаза.
― Дело не в этом. ― Он наклонился ко мне, обхватил рукой за талию и притянул к своей твердой, широкой груди. ― Я просто с нетерпением ждал возможности оказаться с тобой в постели.
― О. ― Я прильнула к нему, наполняя легкие его ароматом ― гвоздики и специй, витающих в полуночном саду. ― Я весь день провалялась в постели.
Он приподнял пальцем мое лицо.
― Я не против стула, стола, стены ― любой ровной поверхности.
― Такой открытый, ― поддразнила я, и у меня перехватило дыхание от желания, которое я испытала.
Но Джулиан не двигался.
― Твоя мама придет на свадьбу.
Это был не совсем вопрос, но я кивнула.
― Это проблема?
― Нет. ― Он наморщил лоб. ― Конечно, нет. Это просто хороший знак.
― Да. ― На моем лице вспыхнула улыбка ― для него, для нас, для нашего будущего. ― Я все ей рассказала. О ребенке. Об острове. О моей магии. Думаю, у нас все наладится.
Его плечи расслабились, словно избавившись от тяжести груза, лежащего на них.
― Слава богам. ― Он подмигнул мне. ― Мне нужен кто-то еще, кому я мог бы доверять, чтобы беспокоиться о вас двоих так же сильно, как я.
Я не могла этого понять. Казалось невозможным, что я могу влюбиться в него еще сильнее, но каждый миг, каждая секунда, каждый вздох доказывали, что я ошибаюсь.
Его горло дрогнуло, глаза потемнели.
― Для меня это также, ты знаешь.
― Я не могу дождаться, когда выйду за тебя замуж. ― Слова сорвались с моих губ, а его улыбка прогнала тени из глаз. ― Технически, я думаю, ты не должен видеть меня в ночь перед свадьбой.
Словно в подтверждение того, как мало его волнует эта традиция, он подхватил меня на руки. Его губы нашли мои, поцелуй был медленным и томным, напоминая о том, что нас ждет вечность. Джулиан опустил меня на кровать, подложив под голову подушку, а затем сбросил с себя одежду.
― Я не беспокоюсь о невезении. ― Он забрался на кровать, раздвинул мои ноги и встал между ними на колени. Его руки задрали мою шелковую ночную рубашку. Придвинувшись ближе, он обхватил мои бедра, приподнимая меня, пока не устроился у моего входа. ― Свадьба ― это шанс похвастаться тобой. ― Он вошел в меня на дюйм, и мои пальцы впились в простыни. ― Все, что я собой представляю, принадлежит тебе. ― Еще дюйм, и я застонала. ― Уже очень давно.
На последнем слове он вошел в меня до упора, и я выкрикнула его имя. Мои соски возбудились, шелк ночной рубашки натирал их. Моя кожа казалась натянутой и горела. Каждый дюйм во мне ожил и сосредоточился на том, как он заполнил меня. Но, несмотря на желание, охватившее нас обоих, он двигался медленно, каждый толчок был неторопливым. Мое тело отвечало на его ритм ― ноги обвились вокруг его талии, его пальцы впились в мои бедра.
Он принадлежал мне. Этот Бог, стоящий на коленях между моих ног. И я принадлежала ему так, как только начинала осознавать.
Позже будет время, чтобы позволить этой отчаянной потребности овладеть нами, а пока я наблюдала за ним, наслаждаясь мужественной уверенностью на его лице, пока он неторопливо вел меня к кульминации.
― А как же твоя фамилия? ― Я выдохнула, мои глаза слегка закатились, когда он задел такую глубокую точку внутри меня, что я чуть не распалась на части.
Он замер на мгновение, и я пошевелила бедрами, призывая его продолжать. Его взгляд стал горячим, обжигающим от эмоций, которые, как я почувствовала, вспыхнули в моей груди.
― Моя фамилия? Ты хочешь взять мою фамилию?
Я сопротивлялась желанию уткнуться в подушку, впиться в нее зубами, чтобы сдержать стоны.
― Да, ― удалось выдавить мне. ― Я тоже принадлежу тебе.
Любовь пронзила меня насквозь, пробуждая его темную магию.
― Это будет скандал.
― Еще лучше. ― Я улыбнулась, ― это было самое большее, на что я была способна, когда он был так глубоко внутри меня, так глубоко, что я чувствовала его в своей душе.
Синева его глаз вспыхнула одним ярким бликом, а затем они стали полуночными.
― Тея Руссо.
― Да. ― Я вздохнула, потянувшись к нему. Джулиан переместил свой вес, его руки переплелись с моими и прижали их к моей голове. ― Фамилия нашей семьи.
Его глаза впились в мои, когда он осмысливал, что я имею в виду. Что жизнь, которую мы строим, не будет одинокой. Что я выбрала не только его, но и его семью. Что его долг ― это и мой долг. Что для меня было привилегией делить с ним постель, его жизнь, его имя.
Даже если я никогда не смогу насытиться такими украденными моментами, когда мы принадлежали только друг другу.
ГЛАВА 58
Джулиан
― Последний шанс сбежать. ― Себастьян врезался в меня. Повернувшись спиной к гостям, он достал из нагрудного кармана фляжку.
Я закатил глаза, но сделал глоток и передал ее Лисандру.
― Зачем мне бежать?
Он рассмеялся и похлопал меня по плечу.
― У тебя большие неприятности.
Бесполезно было пытаться объяснить ему это. Он не поймет, пока не окажется на моем месте. Может быть, когда-нибудь он это сделает. У меня сжалось горло, и, глядя на братьев, я понадеялся, что все они найдут ту радость, которую нашел я в объятиях своей пары. Что касается женитьбы, то меня занимала только одна проблема.
― Почему так долго? ― проворчал я. Я не хотел бежать. Я хотел жениться.
― Жаклин готовит ее. Это займет некоторое время, и ты знаешь, что будет большой прием. ― В качестве подтверждения он махнул рукой вокруг нас, чтобы подчеркнуть сказочный декор, доказывающий, что благодаря моей лучшей подруге и моей матери эту свадьбу запомнят на века.
Внутренний двор превратился в сказку. Красные розы, вьющиеся по стенам, стали белыми, а их листья и лианы отливали серебром. В воздухе витал их пудровый аромат, а между цветами сверкали слабые огоньки, ― какое-то волшебство, похожее на танцующих светлячков. Стулья выстроились в аккуратные ряды, плющ и свечи украшали каждое место у прохода, а в центре был постелен ковер цвета слоновой кости, усыпанный белоснежными лепестками.
― Это слишком, ― сказал Себастьян, прислонившись к цветочной арке, украшенной розами и пышными пионами, которая возвышалась над нашими головами. Его пальцы в перчатках перебирали покрытый серебром плющ, обвивавший арку.
― Осмелься сказать ей об этом, ― сказал я.
Себастьян поднял руки.
― У меня нет желания умереть.
― Не знаю. В данный момент ее довольно трудно разозлить, ― многозначительно сказал Лисандр. ― Очевидно, спаривание приводит всех в хорошее настроение.
  
Себастьян фыркнул, показывая на меня большим пальцем.
― Однажды он пытался оторвать мне голову из-за этого.
― Тогда я еще не скрепил нашу связь, ― напомнил я ему. ― После этого у меня было отличное настроение.