"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Наверное, только Агапова по-настоящему прочувствовала судьбу героини. Она ею живет и выдает на площадке самые настоящие шедевры. А вот с Сафоновым я, похоже, ошибся. Пока он вытягивает роль на мастерстве. Только я вижу небольшой диссонанс между главными героями. Или актрисы просто более эмоциональны? Не знаю. Но с женщинами мне работать гораздо легче, чем с мужчинами. Пора провести кастинг или селекцию среди советских театров — ну не нравятся мне многие актеры кино. Вернее, я просто не вижу большую их часть в своих будущих фильмах. Заодно открою для страны новые имена. Решено, беру Зельцера с Пузик и еду в тур по СССР. Тем более что командировку можно оформить за счет студии. В этом плане социализм мне очень нравится!
Передав процесс Моисеичу, погружаюсь в свои мысли. А они отнюдь не так легки, как бы мне хотелось.
Самое забавное, что контора тестя помогла с печатаньем календарей в Финляндии. Есть у них какие-то мутные схемы с хитромудрыми сынами Суоми. Понятно, что не обошлось без вездесущего итальянца, который умудрился договориться с ведущими европейскими таблоидами, где пойдет реклама. В общем, сейчас есть небольшая мода на Союз, которая уже подходит к концу. И грех этим не воспользоваться, как глаголет синьор Франческо.
Главная задача — заявить о себе и получить необходимое оборудование. На остальное просто плевать.
Плохо, что из-за работы я перестал ездить на шабашки с Самсоном. Просто нет времени. А на ставку режиссера прокормить жену с двумя детьми весьма проблематично. Вот и жду, когда нам подкинут денег за плакаты. Вроде как должны быть поступления. В противном случае придется занимать, так как свою заначку я уже почти истратил. Очень неприятная ситуация. Привык по жизни держаться подальше от кредитов — это моя принципиальная позиция, которой собираюсь следовать и в этой реальности. А ведь скоро Новый год, надо покупать подарки.
* * *
— А что еще есть в вашем репертуаре?
Самсон перестал на меня дуться и решил помочь с музыкой. Оказывается, его старый знакомый организовал ансамбль, вот к нему в гости мы и приехали. Вернее, мы посетили наш родной городок, где живут начинающие артисты. Ребята играют и репетируют в свободное от работы время. Репертуар у них очень слабый. Перепевают советские шлягеры и всякую иностранную муть. Группа так себе, но подкупает двумя вокалистами — парнем и девушкой. И еще вокал у обоих просто замечательный. А правильные песни мы напишем.
— Мы еще «битлов» и Элвиса играем, — отвечает патлатый парень по имени Геннадий.
Он у них лидер и вокалист. Похож на Маккартни, под которого усиленно косит. Как его не прибили еще за такой прикид? Здесь народ простой — могут и в морду дать за несоответствие облику истинного пролетария. Вокалистку зовут Нина и выглядит она вполне себе нормально. Лицом напоминает Валентину Толкунову. Фигура только подкачала, зато какой голос!
Но они мне нужны. Я решил, что нам нужна своя музыка. Значит, должна быть группа, пусть пока она называется ВИА «Провинция». Это я так шучу. Петь ребята умеют. Еще у всех классическое музыкальное образование. Надеюсь, что мне с ними повезло.
Сажусь за пианино, разминаю пальцы и пытаюсь изобразить мелодию из «Королек — птичка певчая». Терпеть не могу турок, но музыка из того сериала цепляет. Вдруг понимаю, что обстановка изменилась. Тишина стала какой-то гнетущей.
— Алеша, зря ты не реализуешь свои таланты. Этим любителям до тебя, как до Луны, — пожилая женщина кивает в сторону притихших музыкантов. — Сам сочинил?
Автоматически подпрыгиваю и несусь в сторону директора местной музыкалки.
— Сима Иосифовна, грешен! Часть мелодии украл, — радостно говорю своей учительнице музыки.
— Уже хорошо, что не врешь! — улыбается директор и садится за пианино. — Давай-ка набросай мне ноты. Уж очень мелодия хорошая и простая одновременно.
Мастера видно сразу. Иосифовна сразу словила тему и выдала такое, что мне даже не снилось.
— Примерно так!
— Боюсь спросить. Можно ли вас пригласить на запись? — решаю ковать железо, не отходя от кассы.
  
— Алеша, ты невыносим. А в титрах меня упомянут?
Да я ее где угодно упомяну! Еще и помогла мне с этими пародистами на «жуков». Вроде не приказывала, но намекнула, что надо помочь товарищам.
— Так, ребят, — обращаюсь к музыкантам, — с инструментами и прочей техникой я вам помогу. Более того, подкину и репертуар. Главное условие, что вы работаете на меня, когда будет необходимость.
Лидер группы мне понравился своей адекватностью. Геннадий прекрасно понял, что в моем лице получает шанс на известность и славу. А честолюбия у товарища на десятерых. Он бы и свой коллектив продал, лишь бы пробиться наверх. С такими людьми даже проще. Не люблю идеалистов и прочих бессребреников. Уже замучился перевоспитывать Пузик. Геннадий сразу уловил смысл, что ему придется выдавать мои произведения за свои, и даже не думал переживать. С Оксаной в этом плане просто беда.
— Гена, — обращаюсь к певцу перед отъездом, — нам нужен текст к этой мелодии. Сможете?
— Алексей Анатольевич, — отвечает будущая звезда советской эстрады. — Сделаем! Только шедевров от нас не ждите.
— Шедевров я тебе сам сколько угодно набросаю, — усмехаюсь, глядя в голубые глаза наладчика четвертого разряда. — Ты мне сейчас текст выдай, более-менее приличный.
Чую, что весь небольшой городок будет стоять на ушах, но нужные стихи найдутся.
* * *
Хруст снега и пар, вырывающийся из прекрасных губ. Иду за Зоей, которая, пританцовывая, шествует передо мной, напевая недавно услышанную песенку. Хороша, чертовка! Спорить глупо.
В последние дни у нас все устаканилось. Не ругаемся. А в постели вообще какой-то ураган. Это положительно отразилось на моей работе. Стал меньше дергаться и переживать.
Возвращаемся с концерта, который станет основой для «Голубого огонька». Или уже стал — я от телевизионной кухни далек. Но концерт был хорош! Юмористы и музыканты отработали от души.
Ранее терпеть не мог дуэт «Тарапунька и Штепсель», но сегодня проникся. Вроде на сцене был и Райкин, который просто блистал. Но эти два не особо смешных актера затронули даже мою циничную душу.
Эх, предки. Знали бы вы, что будет с нашей страной через пятьдесят лет. Хотя про Яшина я ржал как конь, прости, господи, мою красно-белую душу.
Вот и Зоя находится под впечатлением от увиденного.
— Леша! А ты что думаешь? Как все будет через пятьдесят лет? Мы же можем дожить до этого времени.
Не говорить же ей правду, что народы некогда единого государства вцепятся друг другу в глотку. А мир вообще сойдет с ума.
— Думаю, в каждой семье появится по телевизору и холодильнику.
— Это неинтересно и скучно, — надувает губки прелестница.
— Значит, у всех будут переносные телефоны, похожие на компьютеры.
Как же она красиво смеется!
— Как, по-твоему, люди будут носить с собой аппараты? Им что — шить под них специальные сумки? А провода? Не выдумывай.
На самом деле, меня волнуют немного иные вопросы, нежели внешний вид гаджетов. Больше всего мои мысли занимает вопрос, как они умудрились все развалить? Я ведь не дурак и прекрасно вижу, что народ верит. Речь идет не о банальном коммунизме и идеологии. Они искренне верят в свою страну и не сомневаются в правильности выбранного пути.
Прошедший концерт показал еще один интересный момент. Юмористы шутят над проблемами страны. Значит, кто-то прекрасно понимает их наличие и важность донести это до народа. Да, юмор какой-то детский и немного наивный. С другой стороны — а нужен ли иной? Я уж молчу про убогую петросянщину и прочие «камеди клаб», которые не могу воспринимать без мата. Но дело не в этих недоумках. Анализирую выступления артистов в восьмидесятые — и понимаю разницу. Нынешние артисты шутят, а их последователи через двадцать лет начнут издеваться. Нельзя забывать о силе слова, которая гораздо разрушительнее иной танковой дивизии. Если на подсознание постоянно капать, внушая, что все плохо, то человек постепенно начнет в это верить. Никогда не был большим знатоком эпохи застоя, но мне кажется, что власти просто самоуспокоились. Думали, что все идет хорошо, и так будет продолжаться вечно. При этом не учли того факта, что партия давно стала прибежищем карьеристов, а не истинных последователей коммунизма. Это не всегда плохо, но когда-нибудь критическая масса равнодушия превысит подлинный энтузиазм. И не замечать этого очень глупо.