Приручить королевича (СИ)
— Любой мужчина теряет аппетит, коли дело идет к женитьбе! — усмехнулся Будигор, павлином красуясь перед барышней. — Его высочество буквально вчера ездил в Златоград за невестой. И к счастью, дева пришлась ему по сердцу. Так что теперь тревоги позади, а пирожных готовьтесь готовить втрое больше!
Барышня залилась звонким смехом, махнула на кавалера рукой:
— Какой вы остроумный, право! «Готовьтесь готовить» — надо же такое придумать!
Смахнув слезинку, она вздохнула с облегчением, поразив взор казначея колыханием бюста, сокрытого строгим платьем и отчасти оборчатым фартучком.
— Но что же по вкусу невесте? — задумалась кондитерша деловито. — Мы отправляем в башню только те десерты, что нравятся их высочествам. Не хотелось бы попасть впросак и не угадать, не угодить нашему принцу и его даме сердца…
— Дорогая, вы и сама блещете остроумием: не угадать — не угодить! — промурчал, лучась от удовольствия, замказначея.
— Полноте, — отмахнулась барышня. — Оставим шутки, я о деле говорю! Если вечером его высочество будет неудовлетворен вкусом пирожных, утром вы же сами ощутите на себе его скверное настроение.
— Верно судите, — вздохнул Будигор. Хитро улыбнулся: — Но зачем же гадать, если можно спросить у самой будущей королевы?
Варя, смущаясь ролью невольной свидетельницы, тихонько устроилась за столиком в уголке. Ослепленная кавалером, хозяйка ее только сейчас заметила.
— Батюшки! — заволновалась барышня, прижала ладони к щекам, будто вдруг решила избавить оные от округлости. — Неужели сама невеста пожаловала?
— Я привел согласно распоряжению Ледомира, — с небрежностью подтвердил будущий казначей.
Варя прикрылась кулачком, чтобы громко не хихикнуть: похоже, Будигор был из того сорта мужчин, что резко глупеют рядом с желанной дамой. Определенно, если бы кондитерше вдруг взбрело в голову сделаться секретаршей министра финансов, Снежен мигом разочаровался бы в своем казначее и разжаловал бы бедолагу в посыльные.
Смущаясь и робея, кондитерша подошла к важной посетительнице и принялась перечислять самые разнообразные и без исключения завлекательные варианты выпечки и десертов, пытаясь определить Варины пристрастия. Варя была согласна на всё! Однако кое-что ее волновало в данный момент особенно сильно.
— А у вас есть что-нибудь с клюквой? — сглотнув невольно набежавшие слюнки, выдвинула она встречный вопрос. — Очень хочется попробовать, какая она у вас тут местная.
Кондитерша озадачилась:
— Увы, консервированная закончилась еще весной. Кажется, в запасах есть немного сушеной… Я могу предложить вам чай с настоем из ягод! Но, к сожалению, вкус будет далек от совершенства. Боюсь, придется подождать хотя бы месяц, пока появится свежая.
Делать нечего, подождать Варя согласилась. Тем более скрасить ожидание было чем! Она лично подошла к прилавку и потыкала пальчиком в самые заманчивые вкусняшки.
Замказначея заказал скучные, как он сам, рыбные пирожки.
Глава 13
Зимослава они не дождались — не спешили отпускать королевича вредные старики-министры. Но судя по оживленной суете, возникшей вокруг дворцовой площади невзирая на конец рабочего дня, Снежен в отместку развил широкую бурную деятельность, спеша разделаться с делами не только за прошлую неделю, но и на месяц вперед. Колесницы носились по улицам, едва не сталкиваясь, водители нервно ругались между собой, кролики что-то свое стрекотали, недовольно фырча стайка на стайку. Курьеры и секретари ехидно поглядывали на специфические «пробки» — и бежали исполнять поручения бегом, зажимая папочки с документами под мышкой. Стражники с озабоченно-хмурыми физиономиями вышагивали от «белого дома» до королевского дворца и обратно — то какие-то ларцы сопровождали, то вельмож провожали-конвоировали. Те либо радовались предстоящей долгожданной аудиенции, либо возмущенно недоумевали, зачем их вызвали.
Замказначея постоял вместе с Варей в сторонке, позволил ей издалека полюбопытствовать на столичную суету. Затем тронул за локоток, напомнил, что пора возвращаться в поместье.
— Если, конечно, вы не хотите остаться на ночь во дворце.
— Нетушки! — поежилась Варя. — Не надо мне такой радости.
Замказначея пожал плечами: мол, кто вас, принцесс, разберет с вашими капризами? Может, будущей королеве до свадьбы взбредет подробнее ознакомиться с причитающейся жилплощадью.
Варе напротив хотелось обратно в Жуков Улей. И желательно вместе с Зимом. Но что уж тут поделаешь, раз такого обязательного принца в женихи выбрала, придется пока довольствоваться обществом занудного финансиста.
Будигор одну ее в лодке через озеро не отправил, ответственно составил компанию. Зяблики его признавали и слушались не хуже, чем Венцемира, видно, он в поместье впрямь был своим человеком.
И всю дорогу занудным тоном вещал лекцию об устройстве государства Синегорского: сколько городов да земель включает в себя, какими князьями и губернаторами управляется на местах, какие края чем славятся в плане производства, промысла, природных ресурсов и прочих особенностей; чем торгуют с соседними странами, что наоборот завозят, какие отросли стараются развивать; какие налоги и подати берутся с разных слоев населения, какие программы социальной направленности проводятся; какие праздники отмечаются в течение года…
— Я ж всё не запомню! — взмолилась Варя, чувствуя, как голова приобретает квадратную форму от избытка знаний.
— Ничего страшного, — отозвался замказначея. — Я повторю столько раз, сколько потребуется, мне не трудно. Это лишь самые общие сведения…
Варя застонала от жалости к самой себе — еще один учитель по ее душу! У Зимослава все друзья как на подбор!
К счастью, когда Будигор перешел к рассуждениям о проблемах нехватки молодых чародеев-специалистов в области сельского хозяйства, они уже приплыли.
С принцессой Зореславой-Сияной столкнулись на полпути к «пряничным» домикам. Та обрадовалась покупкам, как девчонка, кликнула крутившихся рядом служанок, чтобы отнесли сумки. А уж те, пробегая мимо, успели доложить о визите замказначея кормилице.
— Будигорушка! Как славно! — издалека был слышен голос бабы Веры.
С меланхоличным видом будущий министр финансов откланялся — и отправился свидетельствовать почтение многоуважаемой старушке.
Зорька тотчас состроила ехидную мордочку и по секрету (хотя об этом знало всё королевство) сообщила Варе, что когда-то, в мифическую пору юности бабы Веры, к королевской кормилице-красавице посватался министр финансов, но та, несмотря на бурно вспыхнувший роман, ему отказала, предпочтя долг служения венценосной семье личному счастью. Так что Будигор бабе Вере почти как родной правнук!
— Угу, точно как Венцемир и все остальные в этом поместье, — понятливо покивала Варя. — Бедняга, до утра придется новости рассказывать. На работу хоть успеет вовремя вернуться?
— Чего это бедняга? — засмеялась Зореслава. — Будигор единственный из нас, кто способен переговорить бабу Веру! И воспоминания ее слушает с историческим интересом, чему она и рада. Ничего! Покормит обедом, потом ужином, на ночь оставит, в баньку отправит, наутро на попутную телегу посадит и платочком вослед помашет!
— На телегу? — Варя хихикнула, представив, как чопорный замказначея восседает на деревенской телеге, размышляя о государственных проблемах. — Получается, до города есть обычная дорога?
— Конечно, есть. Вкруг озера.
— Но ведь так дольше выйдет, чем напрямую на лодке.
Принцесса помотала головой:
— Зяблики рано утром не поплывут — там знаешь какой ветрище до полудня!
— После заката они не ездят, до полудня тоже! — засмеялась-возмутилась Варя. — А как же Зимославу прикажете возвращаться? Пешком или вплавь?
— Он порталами шастать предпочитает, — напомнила сестрица. — Тем более сейчас от привычки не откажется, раз ты у него появилась.
Варя аж малость смутилась от такого замечания.
А принцесса ресничками похлопала, под ручку ее подхватила и повела за собой вглубь сада: