Дочка папы Карло (СИ)

—Господи, клянусь больше никогда не поступать подобным образом. Свято обязуюсь впредь вести себя прилично, обдуманно и благоразумно.-каялась я, и посылала мольбы в небо, натягивая на лицо нейтрально-любезное выражение.
Купец, утратив всякое легкомыслие в интонациях, дотошно и серьёзно покрутил в руках принесённые образцы, похмыкал, пожевал губами, почесал макушку, морща лоб, покивал каким-то своим мыслям и, отложив в сторону последний коврик, уверенно заявил:
— Алиса Карловна, если вы не против, у меня будет к вам деловое предложение.
В общем, сосед, прикинув свой интерес в участии в реализации новинки, решил, что это может оказаться очень даже выгодно. Лично я пока не знала, насколько для меня этонеобходимый ход.
С одной стороны, пока всё очень неплохо катилось по накатанным рельсам. С другой — с помощью подобного варианта решалась масса проблем с доставками, рекламой и поиском клиентов — ведь нельзя достоверно спрогнозировать, как долго продлится этот спонтанно вызванный ажиотаж. Может и стоит уступить часть прибыли за гарантию того, что объёмы реализации не упадут, а может даже и возрастут.
Всё-таки, не тягаться мне опытом продаж с одним из местных воротил в таких делах. Стоило хорошо подумать, а для начала выслушать предложения Фёдора Степановича, которые он обещал огласить после некоторых расчётов.
Чем больше я думала об этом варианте — тем сильнее легчало у меня на душе. Ведь отдавать свои заказы меня никто не принуждал? А значит, сохраняя собственную “подушку безопасности”, можно спокойно продолжить свою деятельность, дополнив её притоком копеечки от сотрудничества с соседом. Посмотреть, как пойдёт, а дальше уже решать, куда бросать свои силы — на поддержание, или на расширение.
Выразив глубокое удовлетворение от такого продуктивного визита, купец откланялся. А я, перекркестившись левой пяткой, приготовилась к объяснениям с другим гостем.
На самом деле, нервозность и у меня, и у графа уже улеглась. Вся эта игра заняла столько сил, что эмоциональных резервов на бурные проявления просто не осталось. Поэтому, мы сели и спокойно поговорили.
Я просто рассказала обо всех, предшествовавших моменту, событиях, мотивах своего поступка и приготовилась получить заслуженную кару за собственное безрассудство.
— Я понял, что вы растерялись и поэтому… кхм… озвучили такую версию. Готов принять ситуацию, как забавный анекдот.
— Но, Дмитрий Алексеевич, вы, кажется, не понимаете…
— Чего? — усмехнулся он.
— Что мой сосед разнесёт новость по всей округе и это нанесёд вред нашей репутации, э-э-э… возложит какие-то обязательства… — я совершенно стушевалась, пытаясь донести такую очевидную мысль, — Простите ещё раз…
— Да не расстраивайтесь так, Алиса, всё не так страшно, как вам кажется. Хотя, задали, конечно, вы жару своим заявлением. Ваш уважаемый Фёдор Степанович — человек очень прагматичный. Если вы заметили, он много болтает, поддерживая беседу, но мало говорит. Понимаете, о чём я? Очень умно с его стороны. Так вот, о вас он сейчас вообще не станет распространяться. По нескольким причинам. Во-первых, получилась неловкая ситуация с его сватовством. Кому захочется об этом упоминать? Во-вторых, если и в самом деле сложится сотрудничество — он будет беречь вас от слухов, как зеницу ока и вообще нигде не произнесёт вашего имени — а ну как дойдёт до предприимчивых конкурентов.
— Вы и правда так думаете?
— Конечно. Иметь дело с вами сейчас может оказаться очень выгодно для людей, имеющих связи и знающих в торговле толк. Кстати, я бы на вашем месте серьёзно подумал над предложенной идеей.
— Возможно вы правы. — возвращаясь с приятного на больной вопрос, чтобы уж наверняка закрыть его, — Только это не снимает с меня ответственности…
— Не надо так уж переживать. В конце концов, никто не пострадал, и в обиде не остался.
— А вы?
— Кажется, я уже привык. Боюсь, даже, без ваших приключений, моя жизнь станет на порядок скучнее и безрадостней. — улыбнулся он.
Я пока не разобралась по интонации — это он серьёзно, или ехидничает. Или то и другое?
 
 48 
— А почему вы не рассказали мне о своей мастерской тогда, в кафе? — спросил Дмитрий, когда морально-этические вопросы были слегка приглажены.
Кажется, он и в самом деле не дулся на меня за произошедшее.
— Ну… во-первых, тогда ещё и рассказывать особо было не о чем. — пожала плечами я.
— А во-вторых?
— Если честно, я не знала, как вы отнесётесь к самой идее того, что молодая дворянка займётся таким… не очень-то соответствующим… по современным меркам делом.
— Не вижу в этом ничего дурного. — отставляя опустевшую чайную кружку в сторону, серьёзно заявил он, — Особенно в свете того, что о вас некому позаботиться. Считаю ваш удачный эксперимент смелым и дальновидным решением. Вы правы, возможно кто-то мог бы и осудить подобные действия, но только не я. Вы же видели моих родителей — в нашей семье довольно свободные взгляды на то, чем уместно заниматься дворянам. Отца с мамой вон вообще мало кто понимает и поддерживает, но я считаю, что они делают прекрасное благое дело.
— Согласна с вами, граф, и ваша семья вызывает у меня искреннее восхищение. — совершенно честно ответила я, вспоминая увиденный воочию музей, — То, что они делают —очень кропотливый труд, оценить по достоинству который в данный момент мало кто может. Но для будущего — они уже оставили о себе великую память. А можно встречный вопрос?
— Слушаю вас. — сложив руки на стол, заинтересованно посмотрел на меня граф.
— Почему вы не занимаетесь тем же, что и они?
— Ну, это дело, скорее, в своё время подхватит сестрёнка — ей эта область больше по сердцу. — рассмеялся собеседник, — А я вот решил развить другую папину идею. Наверное, я просто менее терпелив и, при всём уважении и понимании значимости их работы, больше люблю общаться с живыми людьми, чем возиться с древними черепками. А неволить в выборе чего бы то ни было, у нас в семье не принято. Кстати, о папиной идее… Помните, вы обещали мне помочь?
— Помню, конечно, и от своих слов не отказываюсь. Однако, существует ряд препятствий для того, чтобы отправиться с вами прямо сейчас. — осторожно ответила я.
— Вы имеете ввиду, что необходимо рассмотреть то, что предложит ваш сосед, и, при удачном разрешении, потребуется время, чтобы отладить все связанные вопросы?
— Да, и… — я замолчала, пытаясь подобрать правильные слова, размышляя над тем — как сдержать данное слово и при этом не напортачить снова. Отправиться к графу в гости в одиночестве — без сопровождения, сами понимаете — категорически невозможно. Шишек из этой оперы мы уже набили. Благодарим покорно.
— Я, кажется, догадываюсь о причинах вашего замешательства. — избавил меня от этих мук Дмитрий, — Через месяц моя тётушка — мамина сестра — планирует нанести визит в моё новое имение. Удобно ли будет вам к ней присоединиться? Я попросил её об этом, чтобы получить оценку и, возможно, какие-то рекомендации по управленческой и хозяйственной части. Дело в том, что Наталья Сергеевна — кажется, самый практичный и серьёзный человек в нашей родне.
Что-то на этой характеристике, мне стало несколько неуютно.
— Но вы не переживайте, — заметив мою перемену в лице, улыбнулся граф, — это не мешает ей быть очень лёгкой и приятной в общении дамой. Уверяю вас — зная обеих, смело могу утверждать, что вы подружитесь.
Я была уже в таком долгу перед этим человеком, что отказаться, сами понимаете — не было никакой возможности. Опять же, данное мною тогда слово требовалось сдержать.И предложенная графом компания тётушки — решала вопрос с так и не нанятой до сих пор компаньонкой. Я написала письмо Марте, но так и не решилась предложить ей покинуть стены университета ради меня. Всё-таки, размен несопоставимый. Поэтому, просто поделилась своими новостями, достижениями и наговорила приятных тёплых слов.
—А во избежание неожиданных ситуаций и ради соблюдения приличий, бог с ним, найму приходящую матрону — вон хоть у свахи выясню, кому можно такую должность предложить (она, кстати, как ни странно, и в самом деле оказалась соседкой по улице). Будет себе спокойно носки вязать и просто присутствовать днём. Может и в самом деле чего-то подсказывать.