Дикое правосудие

— Синатра, — в конце концов произнес он и почти с благоговением добавил: — Фрэнк, он лучший из всех, верно, куколка?
Дорога обратно в Лондон казалась бесконечной, особенно последний ее отрезок, когда Джоанна ехала по городу. Она так и не позвонила Филдингу. Впервые за последнее время на протяжении нескольких часов она ни разу не вспомнила о нем. И неудивительно — сенсация полностью захватила ее. Джо решила ехать прямо в редакцию, в Кэнери-Уорф. Только слово «прямо» едва ли соответствовало тому, как она ехала.
Чтобы одолеть около двухсот миль от эксетерской тюрьмы до окраины Лондона, у нее ушло три часа, а затем еще полтора часа она пробиралась — буквально со скоростью пешехода — через город, пятнадцать-шестнадцать миль до кварталов, где находились переделанные под офисы доки.
Как и у большинства журналистов, личного парковочного места у нее не было, и Пол, разумеется, не собирался делать для своей жены исключение. Поэтому пришлось отыскать платную стоянку.
Было около семи вечера, когда Джо, усталая, поднималась в лифте на двадцать первый этаж. Она уже почти жалела, что не поехала сразу домой в Ричмонд и не подождала Пола там. Но поздний вечер — не лучшее время для обсуждения нового спорного материала. А до утра она, конечно же, ждать не могла.
Взглянув на часы, Джоанна решила дать мужу примерно час, прежде чем она пройдет к нему в кабинет. Ей хотелось поговорить с ним сразу после отправки выпуска в типографию, когда наступало относительное затишье.
Тем временем Джо собиралась кое-что сделать, хотя, вполне возможно, что у нее ничего не получится. Она включила компьютер, зашла в Интернет и попробовала попасть на сайт Лодочника. Пусто. Только табличка с объявлением, что эта страница больше недоступна. Все правильно: Лодочник же сказал ей, что он уничтожил свой сайт. Но она решила все-таки проверить: времени эта операция занимала немного, а ей было важно убедиться самой.
Затем Джоанна зашла на hotmail и набрала его логин и пароль. М-да, весело.
И логин, и пароль действовали. Но еще когда Лодочник так свободно предоставил ей доступ в свой почтовый ящик, Джо заподозрила, что все его письма удалены. Сохраниться они, пожалуй, могли только на компьютере, с которого он связывался со своим клиентом, а Лодочник отказался говорить, из какого кафе он выходил в Интернет. В округе было не так уж много интернет-кафе, и наверняка он ходил в какое-то одно, но этим пусть уже занимается профессиональный детектив. В любом случае Джо считала, что у нее есть все необходимое для серии сенсационных интервью и статей, которым позавидуют все конкуренты «Комет».
Прошел час, и Джоанна наконец отправилась поговорить со своим мужем и редактором. Как она и предполагала, Пол был у себя в кабинете — сидел, откинувшись на спинку кресла и положив ноги на стол. Дверь, как всегда, оставалась открытой. Стучать было не принято, любой мог свободно войти, не опасаясь, что попадет не вовремя. Узкий луч света от лампы на столе Пола освещал лишь небольшую часть комнаты. Тихо звучал Моцарт. Пол прикрыл глаза, но Джоанна знала, что он не спит, а просто отдыхает: он старался использовать любую возможность расслабиться на несколько минут. Такой режим помогал ему выдержать долгие часы напряженной работы еще со времен Флит-стрит.
— Привет, Джо, — негромко произнес он.
Его глаза оставались закрытыми, и вроде он не открывал их. Однако ее не удивило, что он знает о ее присутствии. Может, он все-таки подглядывал сквозь ресницы, а возможно, у него действительно было шестое чувство, о чем поговаривали в редакции.
Она села напротив, мысленно репетируя, с чего начать, и подождала, пока он будет готов выслушать ее.
— Что привело тебя сюда сегодня вечером? — поинтересовался он. Это был один из ее неприсутственных дней.
— У меня есть сенсационный материал, — начала она и рассказала ему все, что ей удалось узнать.
Пол слушал очень внимательно. Он всегда был отличным слушателем. К концу ее рассказа он чувствовал почти такое же возбуждение, как и она.
 
Пол Поттер был журналистом до мозга костей и реагировал на новости непроизвольно, инстинктивно и непредсказуемо, совсем как его жена. Стоило разразиться какой-нибудь сенсации, и в его крови, как и у нее, бушевал адреналин. Но внешне это никак не проявлялось. Такой он выработал стиль поведения. И кроме того, в его служебные обязанности входило тщательно продумать и скоординировать дальнейшие действия, причем без нарушения закона, и постараться выжать все, что можно, из попавшего в их распоряжение материала.
«Просто напиши электронное письмо киллеру. Изумительно. Волшебно, — размышлял Пол. — Слов нет, насколько волшебно. И сам-то киллер какой умница! Чего стоит его идея, чтобы деньги за „работу“ переводили в швейцарский банк. Но все это рассказал Джоанне осужденный убийца, и она согласилась заплатить ему, хотя и через третье лицо. Здесь Джо поторопилась. Разумеется, у нее нет и не было никаких полномочий обещать, что „Комет“ заплатит за интервью». Но на этот раз Пол не стал винить ее. Он и сам поступил бы так же: пообещал бы, взял бы интервью, а там будет видно.
Платить деньги преступникам — опасная игра. Разумеется, ему приходилось такое делать, как и большинству редакторов, хотя вряд ли кто-нибудь из них признался бы в этом. Вообще, он этого не любил. И никто не любил. Но кроме всяких прочих соображений, здесь присутствовало опасение — не сделаешь ты, сделает кто-то другой. А сейчас у них в руках настоящая сенсация. Но когда придет время платить Лодочнику, нужно делать это очень и очень осторожно. Пол посчитал, что не стоит динамить еще один договор, заключенный Джоанной. И дело вовсе не в том, что она его жена: его не особо волновала ее репутация и всякие прочие старомодные штучки, такие, как, к примеру, доверие ее информаторов, на которых традиционно полагаются специалисты в их бизнесе. Пол был одновременно и прагматиком, и реалистом, когда дело касалось интересов газеты. Как любому журналисту, ему это было неприятно, но время благородных жестов давно прошло. Однако репутацию «Комет» стоило всеми силами защищать. Один журналист погоды не делает. Однако, если станет широко известно, что у «Комет» вошло в систему уклоняться от выполнения своих обязательств, это может сильно повредить газете.
Да, если они воспользуются этим материалом — а не воспользоваться просто глупо, — тогда надо платить Лодочнику. Сумма, на которую договорилась Джоанна, Пола не беспокоила. На самом деле для сенсации такого калибра — дешево. Но здесь было над чем подумать.
— Лодочник оказался прав: материал убойный, — в конце концов проговорил он. — Молодец, Джо. Мы немедленно займемся им. Но два момента. Никому не говори, пока не напечатаем, хорошо? Втиснуть эту статью в сегодняшний выпуск не получится. Хорошо, что ты не стала передавать материал в номер по телефону. Это грандиозный эксклюзив, и я хочу, чтоб он занял все полосы, какие только есть у «Комет». Основной материал мы преподнесем послезавтра. «УБИЙСТВО ЧЕРЕЗ ИНТЕРНЕТ» или «КИЛЛЕРА, УБИВШЕГО ДЖИМБО, НАНЯЛИ ПО ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЕ». Или что-нибудь в этом роде. Да, Джо, не должно пропасть ни одно его слово. А на развороте дадим: «ЗАКАЖИ УБИЙСТВО ПО ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЕ — К ЧЕМУ МЫ ИДЕМ?» Пожалуй, неплохо. Подробный анализ, как это может работать, куча диаграмм, и надо пройтись по надежности швейцарских банков. Затем идет большая картинка, на которой вчерашний преступник тащит большой мешок, и еще побольше — где сегодняшний, одетый с иголочки негодяй уже с ноутбуком. И даже пусть в его лице узнается лицо Лодочника… Да, вот так! Давай-ка так и сделаем… — Воодушевившись темой, Пол выдавал идеи одну за другой, неизменно оказываясь на высоте. Именно это и приносило ему успех.
Слушая его, Джоанна согласно кивала.
— Вот ты и займешься, Джо. Работы много, но я не хочу никого больше подключать, пока нет такой необходимости. Макет я сделаю сам. А твой материал мы поставим в самый последний момент. Первым делом утром надо подобрать подходящие иллюстрации, но этим пусть займутся другие, обойдутся пока без текста — большой разницы все равно нет. Всякий раз, когда мне приносят на подпись иллюстрации, у меня возникает впечатление, что текст никто не читал. — Он усмехнулся. — О’кей?