Дракон не спит никогда
– Сколько их спаслось у С. Алисоники? У Т. Роголики? А здесь? Он поставил их туда, где их можно было раздавить. Не убивая никого постороннего.
Алеас насупилась. Она не могла поверить, что квай заставил их прыгать через обруч.
Для кое-кого из экипажа Стражей тяжелыми будут ближайшие десятилетия.
Она сказала:
– Что я вижу – это гибель мифа о нашей непобедимости. Он организовал нападение, и он потерпел неудачу. Еще один наш триумф. Но если узнают, во что это нам обошлось, Рубежи охватит пламя.
Она была права. Вся вселенная должна узнать только об очередном разгроме врагов Канона.
И сколько времени нужно будет Звездной Базе на восстановление? Столетия?
В ее словах был еще один смысл. Флот не может хвастать своей победой. Внешники не могут объявить о своем разгроме. Но квай на свободе…
У Военачальника осталось двадцать восемь процентов от всех его сил и никаких надежд на пополнение дефицита или выход на связь со Звездной Базой Денгайдой. Он не может никуда уходить, пока не выяснит судьбу квая…
Военачальник собрал совещание пилотов истребителей и командиров рейдеров и сказал, что ему нужны корабли Внешников с выжившим персоналом или системами данных, способными дать информацию. И услал их на задание. Потом запросил у орбитальной станции шесть все подробности боя. Когда данные были переданы, он сел смотреть воспроизведение.
* * *Простая штука – история, подумала Джо. Такой-то и такой-то сделал то-то и то-то. Как-его-там отреагировал так-то и так-то. Последовательность фактов и дат, иногда с расчетами, проливающими какой-то свет. История.
Искатель смотрел на это по-другому. Конкретные события, времена и лица мало что значили. История – это процесс и контекст, медленные колебания эмоций в физически единой, неимоверно переплетенной среде, где игроки никогда не меняются. История – это вязкая илистая река, а он – рыба в косяке. Реку не разрежешь на порции.
Это казалось бесхитростной работой по переводу, медленной, но вполне выполнимой. Это обернулось кошмаром недопониманий, неверных восприятий, ошибок и неудач. Без Эни-Каат Джо было бы не выдержать напряжения. Искатель бы не выжил без Янтарной Души.
– Эни-Каат, ты никогда не скучаешь по Мерод Скене?
– Нет. Это было не самое лучшее время.
– Жизнь была проще.
– Слишком проста, – фыркнула Эни-Каат. – Если тебе надоело это безделье, почему бы тебе не проветриться?
– Не хочу, чтобы это навалили на другую меня. Стрейт ее через три дня куда-то отправит. Черт побери, я уже выдохлась. Только бы мне правильно понять, что он говорит о Паутине и о Сущности.
* * *Военачальник пять раз прогонял встречу с передовым кораблем Внешников, ускорял, замедлял и не мог понять, что же его тревожит в этом корабле. Наконец Алеас над ним сжалилась. Она остановила запись, увеличила нос корабля и обвела кружок.
– Это квайские буквы. Означают «Тонкая гармония». Буквы на лопасти складываются в слова «Ужас Лучезарный – Один». Символы между гнездами истребителей – квайская запись даты их капитуляции и слово, которое можно перевести как «бесчестье», хотя это не все его значения.
Если она ожидала благодарности, то была разочарована.
– Он не стал бы так себя афишировать.
– А часто ли он видел свой корабль снаружи?
– Вряд ли часто.
У Внешников тоже свои политические соображения?
Не важно. Важно доказательство, что квай здесь был.
– Внимание, «Джемина». Выделить данные по сражению, относящиеся к этому кораблю. – Это может быть еще один отвлекающий маневр квая. – Организовать данные не по источникам, а по времени. Прогнать в сто раз быстрее реального времени. Садитесь, полковник Класс. Где вы прятались?
– У чужаков, сэр.
– Гм. – Странно, но вот эти маневры рейдеров… вот они. – Но вы что-нибудь нашли?
– Может быть, не очень важное, но интересное для того, кто считает, что наш флот – вершина возможной технологии.
– Звучит зловеще. Одну минуту. – Он смотрел на кувыркающийся рейдер, пока тот не исчез. Военачальник запустил по его следу девять зондов, вызвал изображения прядей Паутины, запустил еще несколько зондов и повернулся к полковнику. – Рассказывайте.
Она сказала прямо:
– Паутина имеет искусственное происхождение. Сущность – их в нашем секторе галактики три – это автоматическое ремонтное устройство.
– Да, – сказал он. И был настолько ошеломлен, что мог только еще раз повторить:
– Да.
Никогда ни в одной теории не было предположения, что Паутина – чье-то творение, разве что в теологическом смысле. Последним словом макроинженерии была Звездная База.
– Искатель говорит, что его народ вышел на Паутину шесть миллионов лет назад, – сообщила Класс. – Они встретили расу, пребывавшую там уже миллиарды лет. И те не знали, кто построил Паутину, а слышали только легенды более древних рас. Вероятно, Строители были первым развившимся разумом и были функционально бессмертны. Они прокладывали путь в открытом космосе на субсветовых скоростях, на что ушли целые эры. Когда они закончили работу в этой галактике, то ушли в соседние – так предполагается. Может быть, они и сейчас где-то плетут Паутину.
Он ничего не сказал. Он был ошеломлен.
– Паутина была предназначена не для передвижения, а для связи, как волоконно-оптическая сеть. Конечно, теперь это все информация из третьих рук.
– Это Строители точно строили на века, если их «машины» до сих пор работают.
– Искатель говорит, что Паутина разрушается. Ее изнашивает движение кораблей. За последние миллиарды лет ее нашли тысячи рас. Сущности не успевают ремонтировать. В некоторых регионах они оставили такие попытки.
– Пока хватит. И так уже слишком много на сегодня – вместе со всем остальным. – Его нетерпеливо ожидали входящие звонки. – Подготовьте обзор. Работа, кажется, первоклассная.
– Спасибо, сэр. Это было непросто. Я думала, вы хотите сразу узнать основное. Никогда бы не прервала вас, если бы знала, что мы заняты в операции.
Она вышла.
– Ее это здорово захватило, – сказал вслед ей вполголоса Военачальник.
– Интересное открытие, – заметила Алеас. – Подумай, какие оно может иметь последствия, если станет известным.
– А?
– Мы тысячелетиями заявляли, что Страж – это предел технологии. Мы в это верили. Что будет, когда это выйдет наружу?
– А чего беспокоиться? Эта информация никогда не была секретной.
Он повернулся к ожидающим сообщениям.
Третье оказалось интересным. Один истребитель обнаружил главный корпус передового корабля Внешников. Он был поврежден, но функционировал.
Военачальник приказал его привести.
135
Полет в открытом космосе быстро стал однообразным. Это можно было предсказать заранее. Поскольку каждый прибавлял в список пожеланий что-то свое, оставалось только выполнять рутинные обязанности и смотреть, как тают запасы. Панцирь проводил почти все время с Миднайт, пока она еще есть.
Возрастные разрушения становились очевидными. Блаженный взволновался. Потом и сама Миднайт это заметила, может быть, еще не осознав. У нее начались легкие депрессии. Потом они станут сильнее.
Панцирь успокаивал ее во время приступа слез, когда появился Провик.
– Тебе стоит прийти.
Тон его был мрачным.
На центральном посту собралась толпа. Один из воинов держал ему место.
– Она поставлена на прогон.
Панцирь прогнал ленту.
Мимо корабля летел рекогносцировочный зонд.
– Двадцать минут назад.
За ним прошли еще два на пределе обнаружения. Расчеты показали, что зонды запущены из окрестности Звездной Базы.
– «Джемина-7». Военачальник смог догадаться.
Его воины стали рассчитывать варианты. И нашли то, что он и подозревал.