Неистовый маркиз

— Дорогая, ты не поможешь мне приподнять эту штуку? — спросил он у Джулианы.
Совместными усилиями они сдвинули шкаф на несколько футов и обнаружили лужу крови. Кейн попытался вспомнить, в какой позе находился Тарлтон, когда Джулиана упала и обрушила шкаф. Усмехнувшись, он пробормотал:
— Похоже, мерзавец мертв. Он упал на свой собственный нож.
  
Глава 29
 
После долгих разговоров с констеблями, коронерами и адвокатами, а также со множеством людей, взволнованных смертью сэра Генри Тарлтона, Кейн вернулся на Сент-Мартинс-лейн. Джулиана же, сделав надлежащее заявление представителям суда на Боу-стрит, отправилась вместе с Кварто домой, чтобы немного поспать. Сейчас, после полудня, она встала, услышав стук в дверь.
Ужасно уставший Кейн сразу оживился при виде Джулианы. Она снова была в черном, но, славу Богу, без шляпки и с распущенными волосами. Как только дверь за ним закрылась, он обнял ее в темном проходе, счастливый тем, что может держать ее в своих объятиях. Нельзя сказать, что Джулиана воспротивилась этому, однако же очень быстро отстранилась от него.
— Должно быть, ты очень устал. — Она казалась взволнованной. — Проходи и выпей чаю.
Увидев убогую комнатку, Кейн вновь подумал о том, что следует немедленно, сию же минуту увезти отсюда Джулиану. Храп, донесшийся из угла, заставил его обратить внимание на Кварто, явно не выспавшегося. Кейн прекрасно знал, каковы могут быть в таком случае ощущения.
— Тебе на Боу-стрит наверняка задавали множество вопросов, — пробурчал он, рухнув в кресло. — Знаешь, душеприказчики Тарлтона готовы рассмотреть твой иск о том, что ты — дочь Джулиана.
— Спасибо тебе за помощь. Я бы просто не знала, с чего начинать.
Кейн отмахнулся от благодарности.
— Ты не должна благодарить меня. Нет ничего, чего я не сделал бы ради тебя. Я поручил старине Робинсону обсудить все детали. При наличии точной даты имеется реальный шанс отыскать церковь, где проходило венчание. Однако записи в книгах мисс Кумб могли бы помочь.
Джулиана тяжко вздохнула.
— Ох, я была не в состоянии спуститься в лавку, чтобы заняться записями. Но я думала об этом. Мне кажется, мисс Кумб потеряла доказательства, как бы они ни выглядели. Думаю, что она солгала сэру Генри Тарлтону, когда сказала, что предоставила их Джозефу. Иначе зачем бы Джозеф отправился в Фернли?
Кейн в задумчивости откинулся на спинку кресла. Немного помолчав, он сказал:
— Да, в этом есть резон. У него не было бы причин расспрашивать Фредерика Фиттерборна о замужестве Кассандры, если б мисс Кумб передала ему какие-либо доказательства.
— Вот именно. И по этой причине он купил у нее все эти ужасные книги. Видимо, решил, что документ затерялся где-то среди них. Она была старая и больная и не могла вспомнить, куда его запрятала.
— Ты продала что-нибудь из них?
— Вот это я и пытаюсь вспомнить… — Джулиана снова вздохнула. — Да, вероятно, кое-что продала. Ну, предположим, я продала ту книгу, в которой находится запись о венчании моих родителей. И тогда…
— И тогда люди поверят в это даже без записи, — подхватил маркиз. — Иначе зачем было Генри Тарлтону пытаться тебя убить? По крайней мере мы теперь точно знаем, что ты была внучкой сэра Томаса. Закодированная надпись в «Ромео и Джульетте» это подтверждает.
Джулиана пожала плечами:
— Да, пожалуй… Но это еще не означает, что я — его наследница.
— Плевать на эти деньги! Зачем нам состояние Тарлтона?
— Может, тебе и плевать, — заявила Джулиана, — но мне бы эти деньги не помешали.
— Джулиана… — Кейн внимательно посмотрел на нее. — Ты сознательно притворяешься глупенькой?
Она встала, обошла стол и приблизилась к креслу, в котором сидел маркиз.
— Это ты, Кейн, притворяешься глупцом. Даже если я наследница Томаса Тарлтона… Я совершенно не подходящая для тебя жена. Я вдова книготорговца и сама жила торговлей. Это будет смехотворно неравный брак. Сейчас, когда ты уладил свои разногласия с матерью, ничто не помешает тебе в твоих поисках найти аристократическую невесту. Тебе нужна женщина, которая близка тебе по положению. Ведь ты наверняка займешь свое место в светском обществе. Она поможет тебе занять и место в парламенте. И сделает для тебя много чего другого. Именно такая женщина сможет надлежащим образом представить Эстер в свете. — Сжав кулаки и свирепо нахмурив брови, Джулиана добавила: — Ты не нуждаешься во мне.
 
— Ты права, — кивнул маркиз. — Я действительно не нуждаюсь в тебе.
Джулиана уставилась на него в изумлении. А он, развалившись в кресле, смотрел на нее с каким-то странным выражением.
— Да, я не нуждаюсь ни в тебе, ни в любой другой невесте, — продолжал Кейн. — И мне плевать на светское общество. Общаться со светскими людьми ужасно скучно и неинтересно. Что же касается аристократической невесты… — Маркиз усмехнулся. — Видишь ли, в парламенте, то есть в палате лордов, — там вообще нет женщин, даже аристократических. Так что жена-аристократка едва ли будет мне полезна. Моя тетя сумеет вывести Эстер в свет, и она будет счастлива этим заниматься, пока я плачу по счетам за ее гардероб. Выходит, мне вообще не нужно жениться. Так гораздо удобнее, верно? Ведь сейчас я могу делать все, что хочу.
— Да, вижу… — Джулиана почувствовала себя дурочкой. Она-то с пафосом говорила о своем самоотречении, а Кейн дает ей понять, что у него вообще нет намерения жениться. Он лишь хотел, чтобы она помогла ему сделаться опекуном Эстер.
— И чего же ты хочешь? — спросила она, презирая себя за этот вопрос. И все же она прекрасно знала, что будет тосковать по нему, никогда не сможет его забыть.
Джулиана со вздохом потупилась и вновь невольно сжала кулаки. И в тот же миг Кейн поднялся на ноги. Взяв ее лицо в ладони, он тихо сказал:
— Дорогая, разожми кулачки. — Его «бархатный» голос подействовал на нее также, как обычно. Она разжала пальцы, и Кейн прошептал: — А теперь посмотри на меня.
Глаза его горели, а на губах играла ласковая улыбка. Джулиана смотрела на него как загипнотизированная, и в ее сердце затеплилась надежда.
— Так вот, я скажу тебе, чего я хочу, — продолжал Кейн. — Я хочу быть с тобой до конца своей жизни. Хочу ложиться с тобой в постель каждый вечер, а среди ночи просыпаться и предаваться любви. По утрам тоже, разумеется. Я хочу покупать книги вместе с тобой, спорить о них и не слушать тебя, когда ты будешь говорить, что я слишком дорого плачу. Я хочу одеть тебя в шелка и кружева самых роскошных цветов, чтобы затем снимать их с тебя и любоваться тобой. Хочу, чтобы ты удержала мою сестру от желания одеваться в пурпурные тона. Хочу, чтобы ты была рядом со мной, когда я вернусь домой, чтобы примириться со своей матерью. Хочу, чтобы ты была маркизой Чейз и матерью следующих маркизов.
Тут Кейн, как и в первый раз, когда делал ей предложение, опустился на одно колено и вновь заговорил:
— Моя дражайшая Джулиана, окажешь ли ты мне честь стать моей женой? Не потому, что я «нуждаюсь», а потому, что я «хочу» жениться на тебе.
Джулиана раскрыла рот, но тут же почувствовала, что не может вымолвить на слова.
— Нет-нет, не говори ничего, пока я не закончу, — тут же сказал Кейн. — Так вот, есть только одна причина для твоего отказа. Ты можешь отказать мне, если не любишь меня так же, как люблю тебя я.
И тут ей наконец-то удалось заговорить:
— Какой же ты глупый, Кейн! Разумеется, я люблю тебя! Ну как я могу не любить тебя?
— Дорогая, я мог бы говорить еще долго, но, похоже, самое главное я уже сказал. Так, значит, «да»?
Джулиана выбросила вперед руки, чтобы обнять Кейна за шею, и оба, не удержавшись, повалились на пол.
— Да, да, да! Я выйду за тебя замуж! — прокричала она.
Жаркий поцелуй, который мог бы превратиться в нечто еще более жаркое, был прерван лаем Кварто: он явно не одобрил того, что на принадлежавшем ему полу катаются два человеческих тела.