Невеста Мрачнейшего (СИ)

То ли выражение лица Пифии, то ли глубокий встревоженный голос, но меня не покидала
уверенность: что эта история куда более значительная, чем на первый взгляд.
Быть может, Пифия говорила что-то еще, но я уже не слушала. Дедушкина улыбка на старой фотографии убеждала меня, что я все делаю правильно. Если я – Невеста Мрачнейшего, то дорога у меня одна. Во дворец Талла.
Пифия молча смотрела, как я ухожу: пересекаю порог, оглядывая гнезда птиц-кровопийц, которые изрядно потрепал ураган. И не пыталась меня остановить.
Буря, пронёсшаяся по долине Харвингаст, оставила после себя лишь тишину. Дождевую воду поглотила иссушенная земля, потрескавшаяся от жажды, а тучи медленно расходились, давая совсем чуть-чуть света. Это звезды победно мерцали, радуясь тому, что грозе не удалось сорвать их с небосклона.
-Ну, пошла, - я обернулась через плечо. Пифия, с непроницаемым, суровым лицом, застыла на пороге и комкала в руках шаль.
-Кто же знал, - хмыкнула она, словно выныривая из темной бездны, в которую был обращен ее внутренний взор, - что человеческая девчонка сможет вынести столько потерь и испытаний. Ты спрашивала, вижу ли я будущее?
-Вы не ответили.
-Мне был дан великий дар в момент рождения, множество столетий назад. Моей платой за этот дар стали глаза. Никогда не увидеть свет солнца, никогда не отследить полет птиц… Зато я вижу, как началась эта история. И предвижу, как она закончится. Желаешь ли ты узнать?
Какое заманчивое предложение! Мудрая Пифия давала мне выбрать: хочу ли я приоткрыть туманную завесу над будущим? Но, взвесив все за и против, я приняла решение.
-Нет. Ничего же все равно не изменить, верно?
-Мудро. Удачи тебе, девочка, она тебе пригодится.
Я улыбнулась и ступила на дорогу, ведущую к замку. Петляя, она вилась через долину Харвингаст, чтобы привести меня к самому сердцу этого мира.
***
Очертания замка на горизонте, поначалу нечеткие и размытые, моим единственным ориентиром. Я ощущала себя Элли, которая шагает к Изумрудному городу по дороге, мощенной желтым кирпичом.
Я не сводила с замка глаз, раз за разом прокручивая в голове каждую минуту своего пребывания в мире из дедушкиных сказок. Как будто с лица сорвали вуаль, заслонявшую обзор, и теперь я видела все отчетливо и ясно.
Дедушка сочинял сказки, чтобы развлечь пугливую, вечно хнычущую внучку. Девочку со светлыми хвостиками, на которую только у него хватало времени. Он усаживал ее на колени и рассказывал истории, каждый день – новую, и ни один вечер не обходился без сказочного ритуала. Кто-то из знакомых, узнав об этой традиции, посоветовал написать книгу для детей, но дедуля Лео наотрез отказался. Говорил, что ему достаточно одного, самого верного, слушателя.
Годы шли, а сказки не иссякали. Откуда дедушка брал сюжеты и вдохновение? Давно знакомые персонажи появлялись в них наравне с новыми, а приключения не заканчивались. Я равнялась на тех, про кого рассказывал дедушка, и мечтала оказаться в сказке, чтобы бок о бок пройти все испытания, выпавшие на долю дедушкиных героев.
Такой шанс мне выпал, и что из этого вышло?
Грязная и усталая, я едва волокла ноги. И слезящимися от пыли глазами наблюдала, как замок медленно и неотвратимо приближается. А потом, в одно мгновение, он вырос передо мной: величественный и ужасный. Я видела и каменные ступени, ведущие в дружелюбно распахнутые двери, и смогла различить огонь, ярко полыхающий в чашах сигнальных башен. В толще темного, матового камня, из которого был выстроен замок бога сна и смерти, были вырезаны символы: кости, звезды, треугольники и спирали. Каждый из них хоть раз, но встречался на моем пути. Кости – в костяной тюрьме и в
замке Многоликой Аоры; звезды – на галстуке Колияра – Синего хитреца и в хижине Даной; треугольник – Пифия, спасшая жизнь мне и Айдену. И спирали – маска Вилфа Красноглазого.
Разве это не знак, что путешествие заканчивается? С чего все началось и продолжалось, тем и закончится. Таков закон жизни.
Замок был окружен тьмой, тоской и тишиной, от которых сжималось сердце. Деревья, стоящие у главного входа, устремили к небу голые, черные ветви, а опавшая листва покрывала ступени плотным ковром. Они хрустели под моими ногами, когда я медленно, шаг за шагом поднималась по лестнице.
 
Перед тем, как нырнуть под арку и войти, наконец, во дворец, я помедлила. А вдруг меня там ждет ловушка?
«Какая разница» - ворчливо пробормотал внутренний голос, так похожий на дедушку Лео. «Ты же уже здесь?»
Веро, поздно отступать. Пора было покончить с этим.
***
-Добро пожаловать! – грянул сонм голосов, застигая меня врасплох. Неподвижные фигуры, затаившиеся в темноте, которые я, пересекая порог, поначалу приняла за каменные статуи, оказался почетным караулом рыцарей Талла. Я сделала несколько шагов вперед, в упор разглядывая незнакомые лица. Все юные, все прекрасные, как на подбор. Череда рыцарей при полном параде, в блестящих нагрудниках, выстроились в две шеренги по обе стороны от прохода.При моем появлении они склонили головы, прижимая правую руку к сердцу:
-Приветствуем э’лантем, истинную Невесту Его Мрачнейшего Величества Талла! – пафосно произнес один из рыцарей, давая отмашку. Десяток мечей взметнулись в воздух, создавая коридор, по которому мне предстояло пройти.
«Элант’ем» значит “предреченная». Разговор с Шартиар в храме глубоко под землей еще был свеж в памяти.
Я и шла, жадно заглядывая в лица рыцарей, в надежде обнаружить знакомые черты. Но ни Шартиар, ни Виллана, ни даже Руца там не было, а про то, чтобы увидеть Айдена даже думать было больно. Я все еще ощущала на ладонях тепло его тела, которое рассыпалось туманом и пропало.
Широкий холл ввел дальше, в широкий зал под витражным куполом, через который лился яркий звездный свет. Проникая сквозь витражи, он разбивался на несколько отдельных лучей, которые подсвечивали прямоугольный предмет в самой середине зала. При взгляде на него, сердце испуганно забилось, как птица в тесной клетке. Хрустальный гроб, точь-в-точь как в Хранилище Сердец, я узнала издалека. Прозрачный, прикоснись - и рассыпется. И не смогла к нему подойти, как будто натыкалась на невидимую стену. Только та стена была порождением моего собственного разума.
-Что же ты, трусишь? - мягкий и очень знакомый голос коснулся моего уха.
Поочередно рядом с гробом полукругом возникали фигуры: одна, вторая, третья. Руц, Шартиар и Виллан. Нагрудники сверкают, а лица возвышенные и серьезные. И затем, чуть помедлив, из воздуха соткалась еще одна фигура. Распущенные темные волосы, руки покоятся на рукояти обнаженного меча, устремленного в пол. Синие глаза безотрывно следили за каждым моим движением. Я сглотнула, чувствуя, как дрожат колени. Я разрывалась между желанием кинуться Айдену на шею и хорошенько отхлестать его по лицу. И второе желание перевешивало. Да еще и хрустальная усыпальница, заполненная до краев мелкими розами, чьи лепестки отливали цветом полночных сумерек. Я уже видела их!
Шартиар шагнула вперед, вставая между мной и усыпальницей Талла. Блеснули очки в металлической оправе, отражая звездный свет, льющийся через витраж купола.
Взволнованный, хриплый голос взмыл ввысь, отражаясь от древних стен:
-Три испытания пройдено! Пророчество исполнено!
Щелчок пальцев, и с громким скрежетом пришли в движения секции витража. Цветные стекла менялись местами, создавая новую картинку и рассказывая историю. Мою историю. Запрокинув голову, я смотрела как витраж рассказывает о моих приключениях и ошибках.
Зверь и девушка, защищающая подругу посреди леса. Молчаливое противостояние, которое закончилось бегством Зверя.
-Невеста Его Мрачнейшего Величества должна быть храбра, и первое испытание Лиззет выдержала с блеском. Ценой угрозы своей жизни она защитила меня, тем самым первое испытание было засчитано, - в голосе Шартиар прибавилось торжественности. Я кусала губы, чтобы не высказать свою точку зрения, но правда была на стороне рыцарей. Первое испытание было подстроено ими, Айден и не скрывал это в свое время. Но остальные…