Любите истории пострашнее? (ЛП)

Уилсон прикуривает её сигарету, затем свою. Они опять курят в постели, как раньше, когда только поженились, думая, что заведут пару детей и будут жить долго и счастливо. Двенадцать лет спустя детей так и нет, и Уилсон чувствует себя постаревшим.
— Ты же не собираешься сказать, что хочешь развестись? — Это шутка. Или не шутка.
— Нет. Я хочу рассказать тебе, почему с этой весны была такой чертовски сварливой и тяжёлой в общении.
— Хорошо…
Сэнди пыхает сигаретой, но без затяжки.
— Меня «штормило».
— Я не понимаю, что ты имеешь в виду, Сэнди.
— Я имею в виду менопаузу, Фрэнк. Ты знаешь, что это такое?
— Ты уверена?
Сэнди бросает на него кислый взгляд, но затем фыркает и смеётся.
— Уж, наверное, я бы знала, тебе не кажется?
— Детка… тебе всего тридцать девять.
— В моей семье мы рано начинаем и рано заканчиваем. Моя сестра Пат начала меняться, когда ей было тридцать шесть. Я была вся на эмоциях, как ты мог заметить.
— Почему ты не сказала?
— Потому что тогда мне пришлось бы признаться в этом самой себе. — Сэнди вздыхает. — Последние месячные были четыре месяца назад, и всего лишь пару капель. С тех пор… сухо. — По щеке Сэнди скатывается слеза. Она бросает недокуренную сигарету в стакан с водой и прикрывает рукой глаза. — И я чувствую себя сухой, Фрэнки. Старой, потрёпанной и нелюбимой. Прости, я относилась к тебе, как сука.
Уилсон тоже тушит сигарету. Он ставит стакан на столик и заключает Сэнди в объятия.
— Я люблю тебя, Сэнди. Всегда любил и буду любить.
— Спасибо, дорогой.
Она протягивает через него руку, прижимаясь грудью к его щеке, и выключает свет. На мгновение экран его телефона мигает красным.
Сэнди Уилсон улыбается в темноте.
  
Эксперт по турбулентности
 
1
Крейг Диксон сидел в гостиной полулюкса «Четыре сезона», ел дорогую еду, доставляемую прямо в номер, и смотрел платный фильм, когда зазвонил телефон. Его до этого спокойное сердцебиение вдруг ускорилось. Диксон был одинок, идеально подходил под определение «перекати-поле», и только один человек знал, что он здесь, в этом шикарном отеле напротив парка Бостон-Коммон. Он хотел было не отвечать, но этот человек — Диксон называл его куратором — будет названивать, пока ему не ответят. И если этого не сделать, то жди неприятных последствий.
Это не ад, подумал Диксон, апартаменты слишком хороши, но это чистилище. И никаких перспектив для выхода в отставку в ближайшее время.
Он выключил телевизор и поднял трубку. Без всякого приветствия он сказал:
— Это несправедливо. Я только два дня назад прилетел из Сиэтла. И ещё не пришёл в себя.
— Я понимаю и ужасно сожалею, но дело срочное, и вы единственный, к кому можно обратиться. — Вместо «сожалею» он сказал «сошалею».
У куратора был успокаивающий, почти усыпляющий голос, как у ведущего на радио, подпорченный лишь изредка пробивающейся шепелявостью. Диксон никогда его не видел, но представлял высоким и стройным, с голубыми глазами и нестареющим лицом без морщин. В реальности он наверняка был толстым, лысым и смуглым, но Диксон был уверен, что его представление о нём никогда не изменится, потому что он не ожидал, что когда-либо встретится с куратором лицом к лицу. За годы работы в фирме — если это была фирма — Диксон познакомился со многими экспертами по турбулентности, и никто из них никогда не видел этого человека. Естественно ни один из экспертов, работавших на него, не был «бессмертным» — даже двадцатилетние и тридцатилетние выглядели людьми среднего возраста. Дело было не в работе, где иногда случалось задерживаться допоздна, хотя никаких тяжестей таскать не приходилось. Дело было в том, почему именно они были пригодны к этой работе.
— Говорите, — сказал Диксон.
— «Аллаид Эйрлайнс», рейс № 19. Бостон — Сарасота, без пересадок. Вылет сегодня вечером в 8:10. Вы как раз успеваете.
— И больше никто не может? — Диксон вдруг понял, что стонет, как маленький мальчик. — Блин, я устал. Устал. Этот перелёт из Сиэтла был жёстким.
 
— Займёте ваше обычное место, — сказал куратор, произнеся последнее слово как «мешто». Затем он повесил трубку.
Диксон посмотрел на недоеденную рыбу-меч, но у него пропал аппетит. Он посмотрел на телевизор, где шёл фильм с Кейт Уинслет, который он всё никак не досмотрит, по крайней мере, не в Бостоне. Затем подумал — и не в первый раз! — о том, чтобы просто собрать вещи, взять напрокат машину и поехать на север, сначала в Нью-Гэмпшир, затем в Мэн и через границу в Канаду. Но они его поймают. Он это знал. И до него долетали слухи о сбежавших экспертах, которых потом били электрическим током, потрошили и даже варили заживо. Диксон не верил этим слухам… но сомнения закрадывались.
Он начал собирать вещи. Скудные. Эксперты по турбулентности путешествовали налегке.
2
Билет дожидался его на стойке регистрации. Как обычно, его место эконом-класса располагалось в начале хвостового отсека, центральное в правом ряду. Каким образом оно всегда было доступно, оставалось ещё одной загадкой, как, например, сам куратор, откуда он звонил или в какой организации работал. Как и билет, место просто всегда дожидалось Диксона.
Он засунул свою сумку на полку над головой и оглядел сегодняшних попутчиков: бизнесмена с красными глазами и запахом джина у прохода, и даму средних лет, похожую на библиотекаршу, у окна. Бизнесмен пробурчал что-то неразборчивое, когда Диксон, извиняясь, протиснулся мимо него. Он читал книгу в мягкой обложке с очаровательным названием «Не позволяй своему боссу е*ать тебе мозги». Библиотекарша смотрела в окно на всякие снующие туда-сюда технические агрегаты, будто в своей жизни не видела ничего более захватывающего. На её коленях лежало какое-то вязание. Диксону показалось, что это свитер.
Женщина повернулась, улыбнулась ему и протянула руку.
— Приветствую, я Мэри Уорт. Как девушка из комиксов.
Диксон не знал никаких девушек из комиксов по имени Мэри Уорт, но пожал её руку.
— Крэйг Диксон. Рад познакомиться.
Бизнесмен что-то буркнул и перевернул страницу своей книги.
— Я в полнейшем нетерпении, — сказала Мэри Уорт. — У меня двенадцать лет не было настоящего отпуска. Мы с подружками сняли небольшое местечко на Сиеста-Ки.
— Подружки, — буркнул бизнесмен. Похоже, бурканье было его стилем общения.
— Да! — подмигнула Мэри Уорт. — У нас будет целых три недели. Вообще-то, мы никогда не встречались, но они настоящие подружки. Мы все вдовы. Познакомились в интернете. Это невероятная вещь. В моём детстве ничего подобного не было.
— Педофилы тоже думают, что это невероятная вещь, — сказал бизнесмен и снова перевернул страницу.
Улыбка мисс Уорт дрогнула, затем стала ещё шире.
— Очень приятно познакомиться с вами, мистер Диксон. Вы путешествуете по делам или в своё удовольствие?
— По делам, — ответил Диксон.
Из динамиков донеслось «дин-дон».
— Добрый вечер, дамы и господа, говорит капитан Стюарт. Сейчас мы начнём движение от посадочных ворот на взлётную полосу № 3, где будем третьими в очереди на взлёт. Ориентировочно перелёт до аэропорта Эс-Ар-Кью в Сарасоте займёт два часа сорок минут, и мы окажемся в краю пальм и песчаных пляжей незадолго до одиннадцати часов. Небо ясное, и мы ожидаем, что перелёт пройдёт гладко на протяжении всего пути. А теперь я бы хотел, чтобы вы пристегнули ремни безопасности, убрали столики, если кто-то уже успел их опустить …
— Как будто нам было что на них ставить, — буркнул бизнесмен.
— …и не забудьте убрать все личные вещи. Спасибо, что воспользовались услугами авиакомпании «Аллаид». Мы знаем, что вам было из чего выбирать.
— Хер там, — буркнул бизнесмен.
— Читайте свою книгу, — сказал Диксон. Бизнесмен бросил на него изумлённый взгляд.