Мой порочный Новый Год (СИ)

— Да, — коротко отвечает.
— Пойду возьму ещё мармеладок. Не знал, что мы с тобой оба их обожаем, — Андрей вальяжно стекает с постели и идёт в сторону кухни, — хорошо, что взяли сразу оптом.
Или он решил оставить нас с Лёшей одних?
— Прости, если я не в своё дело лезу.
— Она изменила мне накануне праздника, — вздыхает брюнет.
— Ой. Мне жаль, Лёш, — лепечу.
— Да ничего. Ты ведь тоже не просто так рыдала посреди улицы? — усмехается он.
— Так, надо выпить! — Андрей тащит новую бутылку шампанского.
— Я застукала своего… сожителя, — тих говорю, — в постели с моей лучшей подругой. Так сказать, в процессе…
— Оу, — мужчины переглядываются.
— Да, а потом он извинялся. Двести раз позвонил, — усмехаюсь, — ну а следом посыпались ругательства.
— Ты молодец, что не простила, — заявляет брюнет, — измена — это предательство. После такого у вас бы ничего не вышло больше.
— Принято считать, что женщина может простить, — вздыхаю, — но я не могу. От одной мысли противно. Но, с другой стороны, думая о том, что я увидела, боли уже не чувствую.
— Надеюсь, это из-за нас? — бородач обнимает меня, целует в макушку, — мы исцеляем твоё хрупкое сердечко?
— Ага, — шепчу, — вы вообще всю мою жизнь вверх дном перевернули.
— Это же прекрасно, Анюта! — восклицает Лёша, — потому что у меня чувство, будто это всё подстроено.
— Кем же? — скептически выгибаю бровь.
— Ну как кем, — смеется мужчина, затем показывает куда-то наверх, — просто нам суждено быть вместе! ТАМ так решили.
— Он вечно о судьбе талдычит, — вздыхает Андрей, — хотя, это действительно похоже на чудо.
— Что именно? — не понимаю.
— То, что моя тачка сломалась именно тогда, когда ты была на улице. Ни минутой позже или раньше. И что мы в одно время приехали в «Петушки», лечить ваши разбитые сердца, — задумчиво говорит он, теребя бороду.
— То есть, теперь ты веришь в чудеса? — ехидно хмыкает брюнет.
— Можно и так сказать.
— Я тоже не верила, — улыбаюсь, — но теперь даже не знаю. Вы такие классные оба. Не влюбиться бы с потрохами.
— Влюбляйся спокойно, малыш, — они вдруг оба приникают к моим щекам, — тебе не скрыться от нас.
Прикрываю глаза, убаюканная мирным завыванием ветра за окном и приятными поглаживаниями моих мужчин.
Сердце уже всё решило. Оно безо всяких проблем открылось перед Лёшей и Андреем. Тело принимает их, а душа поёт, когда эти мужчины рядом.
Неужели они правы? И нам просто суждено было встретиться? Вылечить боль друг друга, исцелить. Закрыть двери в прошлое и открыть яркое окно в будущее?
С этими мыслями я засыпаю, под тихий разговор и смешки. Мне безумно тепло и сладко.
Просыпаюсь утречком, сладенько потягиваюсь. Распахиваю глаза и…
— ААА! — падаю с постели, столкнувшись со взглядом чудовищных чёрных глаз.
— Помпон! — брюнет ловит меня.
Держит, затем сажает на постель.
— Ты чего? Это же всего лишь мишка, — усмехается он.
И правда! На моей постели сидит огромный бежевый плюшевый медведь. Сердце пропускает удар. Беру его мягкую лапу. А он милашка!
— Не знали, что тебе подарить, — пожимает плечами Андрей, — катались по ближайшим магазинам. Всё либо закрыто, либо дурь всякую продают. Вот, решили пока откупиться медведем.
— Не стоило, — смахиваю слезинку умиления с ресниц.
— Почему? Не нравится? Вроде сшит хорошо. Или игрушки не любишь?
Как многие девушки, я очень люблю всякое милое. В том числе и плюшевые игрушки. Но Паша всегда говорил, что это дурь и детский сад. Так что мои любимые мягкие зверушки остались у родителей, а бывший завешивал квартиру картинами, которые я не любила.
— Очень люблю, — шепчу, обнимая медведя, — он дорогой, наверное. И мягкий такой!
— Не дороже денег, — фыркает бородач, — нам главное, твои эмоции. Думали что посерьезнее, например духи или ювелирку, но не уверены, что угадаем… всё-таки мы пока не очень хорошо знакомы…
— Но мы это исправим, — Лёша плюхается ко мне.
— Нужно на завтрак, — не могу отлепиться от чудесного подарка.
Мишка такой потрясающий! Милый! И чёрные глазки смотрят с любопытством. Я словно ныряю в детство. Чувствую себя маленькой, окруженной заботой.
 
Тут меня осеняет.
— А я вам ничего не купила… так неловко.
— Ты не знала, да и не нужно ничего. Ты нам уже сделала подарок, — улыбается Лёша.
— Какой? — туплю спросонья.
— Ты. И твои упругие дырочки, помпончик, — облизывается.
Резко краснею. Ладонь брюнета накрывает мою грудь. Слегка сжимает и соски мгновенно твердеют.
— Ммм, — выгибаюсь, позволяя ему больше, — боже…
— Нравится? У тебя красивая грудка, малыш, — шепчет он, разворачивая меня спиной, — вот так…
— АХ! Лёша…
— Да? — хитро улыбается он, пощипывая сосочки, поглаживая кожу, — ты когда возбуждаешься, грудки набухают… больше становятся. Это пиздец заводит. И соски твои постоянно торчат…
Стону, закидываю голову ему на плечо. Трусь ягодицами о его твёрдый пах.
— Войди в меня… не могу… пожалуйстаааа! — умоляю.
— Бесстыдница, — шепчет мужчина.
Слышу звук рвущейся фольги. Затем в меня врывается огромный член.
— Так легко проскользнул… ты такая мокрая, помпон, — шепчет он, обхватывая мои бёдра и начиная двигаться.
Интенсивно, быстро. Мы оба безумно голодные.
— Интересненько! — из ванной выходит Андрей, складывает руки на груди, — продолжайте.
— Присоединишься? — почти плачу от безумного удовольствия.
— Посмотрю, пожалуй, — рычит мужчина.
Лёша ускоряется. Его яйца порочно шлёпают о мои бёдра. Чувствую, как он становится больше.
— Ты такая тугая… — стонет, — не могу… прости, Анютка… я сейчас…
— Кончай, — разрешаю ему.
Но он немного замедляется, затем шумно выдыхает.
— Только после тебя, девочка моя… только после… бляяядь! Пиздец туго…
Кожей чувствую, как взгляд Андрея гуляет по поему телу. Тело мужчины напряжено. Он стискивает зубы. Тоже хочет…
— Андрей… — шепчу, глядя ему прямо в глаза, — иди сюда!
Он приближается.
— Хочешь, я пососу твой член? — от этих слов я безумно завожусь, всё сильнее и сильнее.
Вот-вот кончу. Но мне хочется доставить удовольствие обоим. Лёша выравнивает темп, входит очень глубоко. Затем полностью выходит, терзает, играет. Водит головкой по моим складочкам. Сводит с ума.
— Конечно хочу, — хрипит бородач.
— Дай мне его…
Андрей расстегивает джинсы, спускает. Его член пружинит напротив моего лица. Облизываю темно-красную бархатную головку. Проглатываю его возбуждение.
Облизываю ствол от основания. Руками обхватываю гладко выбритые мешочки, сжимаю. Лёша трудится сзади, его жар опаляет и меня, стремительно подводя к пику.
— Малыш… не сжимай так! — умоляет брюнет, а я не могу.
От ощущения, что принимаю двоих, оргазм подходит очень близко. Расслабляюсь, позволяя наслаждению заполнить меня до краёв. И происходит взрыв.
Удовольствие мощной волной сносит всё на своём пути. Кричу, сокращаюсь на толстом члене, глотая сперму его друга. Глаза закатываются. Боже! Секс — это что-то невероятное.
Никогда не думала, что можно так остро чувствовать.
— Отлично, — Андрей целует меня в губы, даже не брезгуя тем, что на них осталось его семя, — я пошёл за завтраком.
— А я? — бормочу.
— Завтрак в постель, Анюта, — он подмигивает мне и уходит.
Это сон? Я попала в сказку?
— Пойдем в душик, помпончик, — выдыхает брюнет.
Покорно топаю за ним. Мужчина впускает меня в кабинку, включает водичку. Прикрываю глаза.
— Хорошо здесь, да? — улыбается он.
— Лёш… — тихо говорю.
— М?
— А ты в любовь с первого взгляда веришь? — кладу руки на его грудь.
Хороший рельеф, он явно над собой постоянно работает. Вода стекает по Лёшиным волосам, огибает сильную шею. Внимательно слежу за капельками, бегущими по гладкой груди к темной дорожке волос внизу живота.