Новенький (СИ)

С тех пор в нашей жизни все пошло наперекосяк. Я не пошел вовремя в первый класс, пропустив год. Мать была беременна и от потрясений потеряла ребенка, а затем начала пить. Четыре года назад в нашу квартиру переехал ее собутыльник со своей дочкой Олесей.
Мы с Антоном уже очень давно предоставлены сами себе. У нас разные отцы и разные фамилии, но у меня нет человека ближе, чем он. Мать? Я мечтаю никогда ее не видеть. Несмотря ни на что, она не имела права сдаваться. Не имела права бросать нас с Антоном на произвол.
— Просыпайся, — толчок в плечо. — Приехали.
Я резко дергаюсь. Моя сонная башка соображает вяло. Тру глаза и зеваю. Застегнув повыше куртку, вылезаю из машины и направляюсь с братом к большому ангару, из которого виднеется свет. Высокая металлическая дверь не заперта. Придурки.
— Здорова, пацаны! — громко приветствует их Антон.
— Здорова! — раздается со всех сторон.
В ангаре стоят два спортивных автомобиля. Их нужно оттюнинговать до неузнаваемости. Затем эти угнанные машины будут проданы для нелегальных гонок в Подмосковье.
Я больше по части компьютеров, но в автомобилях тоже хорошо разбираюсь. Надеваю поверх джинсов и толстовки рабочий комбинезон, спускаюсь в яму под одной из машин и принимаюсь за дело. Нужно проверить дно и подправить, если что не так.
Наверху Антон занимается подготовкой машины к покраске. Когда я заканчиваю с дном, поднимаюсь к нему и помогаю. Я провожу в ангаре всю субботу, пропуская занятия в школе. В воскресенье снова еду сюда с Антоном и заканчиваю работу.
Коршун — предводитель всего этого преступного безобразия по угону автомобилей, изменению их внешнего облика и продаже — находится с нами в ангаре. Ему лет двадцать пять или чуть больше, он хитер и изворотлив, но деньги за работу платит честно. В воскресенье вечером отсчитывает мне приличную сумму.
— Соболь, погоди, — Коршун останавливает меня, когда я уже берусь за ручку двери его псевдо-кабинета в ангаре. Маленькая коморка, насквозь провонявшая машинным маслом.
— Чего?
— Говорят, ты в компах шаришь.
— Типа того.
— Говорят, взламывать там что-то умеешь.
— А почему ты спрашиваешь? — мне не нравится его интерес к моему настоящему пристрастию: программированию.
— Есть идея угонять люксовые машины, подключенные к интернету. Нам для этого нужен человек, который сможет взломать их системы безопасности. Сейчас поступил заказ на «Теслу». Тебе это по силам? — и выжидающе смотрит.
— Нет, — отвечаю, помедлив. — Я не настолько крут, чтобы взломать компьютерную защиту «Теслы».
Ухмыляется.
— Да брось заливать мне, все знают, на что ты способен.
— На самом деле обо мне больше говорят, чем я на самом деле могу, — вру. — Я программист-самоучка, а не хакер.
— Понятно… — тянет, продолжая задумчиво меня рассматривать. — Ну ладно, еще пообщаемся как-нибудь. У меня в следующую субботу вписка на базе, приходи.
— Спасибо за приглашение, — и я спешу покинуть его конуру.
Дома я пересчитываю свою пачку денег. Их хватит на покупку нового мощного ноутбука и других необходимых мне вещей. Часть можно будет отложить на черный день.
— На вписку к Коршуну надо будет пойти, — говорит Антон, ложась в кровать.
— Я не пойду.
— Почему?
— Не хочу. Лучше учебой позанимаюсь.
— Да брось ты это задротство! — тут же накидывается на меня брат. — Школа не приведет тебя к безбедной жизни.
— Я так не считаю.
— Ты хочешь всю жизнь ходить в офис с девяти до шести? Серьезно?
— А чего хочешь ты, Антон? — поворачиваю к нему голову. — Угонять машины? Играть с законом?
— Я хочу зашибать бабло, не прилагая к этому особых усилий. Ты в офисе за месяц не заработаешь столько, сколько мы заработали за два дня у Коршуна.
Я не отвечаю брату, решая не спорить с ним. Мы никогда не придём к консенсусу. И мне даже страшно представить, что будет, если Антон попадётся на темных делишках, которыми промышляет.
— А к Коршуну мы все равно пойдём, — заявляет категорично. — Там девчонки будут, тебе это нужно.
Снова не отвечаю, потому что уже проваливаюсь в сон. Моя жизнь — это какая-то беспробудная темнота… Нет света в конце тоннеля.
 
Немножко начинаем узнавать Диму)) Как вам он?) Следующая глава тоже будет от него.
Девочки, не забывайте ставить звездочки и оставлять комментарии! Автору будет приятно) Если звездочка уже горит малиновым цветом, то повторно нажимать не нужно.
  
Глава 13.
 
ДИМА СОБОЛЕВ
2 года назад
В понедельник утром я иду на олимпиаду по информатике. Она проходит в другой школе, не очень далеко от моей. Захожу в большое светло-розовое здание, снимаю верхнюю одежду в гардеробе и подхожу в холле к столу, на котором стоит табличка «Информатика».
— Соболев Дмитрий, — говорю девушке в праздничной белой блузке. Она в специальном листочке отмечает пришедших на олимпиаду.
— Ваш паспорт, пожалуйста.
Подаю ей документ. Она ставит галочку напротив моего имени и номера школы и возвращает паспорт обратно.
— Кабинет номер триста двенадцать на третьем этаже. Портфель нужно оставить на входе в кабинет. С собой можно брать только ручку. Черновик вам выдадут. Телефоном пользоваться нельзя.
— Хорошо, спасибо.
До начала еще двадцать минут, поэтому я решаю не торопиться. Отхожу к подоконнику и приваливаюсь к нему. Достаю из кармана мобильник и безразлично листаю ленту соцсети, пока не надоедает. Убираю смартфон в карман и оглядываю холл, уже прилично наполнившийся школьниками, пришедшими пытать счастье на олимпиадах.
И я замечаю ее. Невысокая, худенькая девушка с красивыми светлыми волосами до середины спины. У нее белоснежная кожа и светлые глаза. Не могу понять цвет издалека. Голубые или серые. Красивая. На Белоснежку похожа, почему-то вдруг возникает в голове мысль.
Она подходит к столу с табличной «Литература», дает паспорт и ждет, когда ее отметят. Забирает документ и отходит в сторону. Через минуту к ней подходят две девушки — одна высокая брюнетка, вторая слегка полненькая шатенка.
До начала олимпиады остается пять минут. Мне бы пойти уже в свой триста двенадцатый кабинет, но я стою у подоконника, будто прирос, и продолжаю смотреть на Белоснежку. Я никогда не видел девушек красивее, чем она.
— Через три минуты начало! — громко объявляют. — Поторопитесь!
Белоснежка и ее подруги разворачиваются в сторону лестницы и уходят. Я провожаю взглядом понравившуюся девушку, отчаянно пытаясь запомнить ее тонкую, как у балерины, фигурку и красивые блестящие волосы.
— Молодой человек, — строго говорит мне сотрудница школы. — Опоздавших не пускают, идите в свой кабинет.
Игнорирую ее слова, срываюсь с места и подбегаю к столу с табличкой «Литература».
— Извините, можете, пожалуйста, сказать мне, как зовут светловолосую девушку в темно-синем платье и из какой она школы? Она отмечалась у вас пять минут назад.
— Это персональные данные, я не могу раскрывать, — отрезает женщина.
— Ну пожалуйста, очень вас прошу. Хотя бы просто имя.
— Молодой человек, — строго повышает голос. — Идите на свою олимпиаду.
Женщина поднимается из-за стола и, прихватив с собой список отметившихся, демонстративно проходит мимо меня. С досадой направляюсь на третий этаж в свой кабинет.
Я не могу толком сосредоточиться на решении задач, потому что Белоснежка не уходит из головы. Смотрю в листок с уравнением, а вижу ее лицо. Такая она робкая и хрупкая. Как красивый цветок, который нужно оберегать и защищать, чтобы он не погиб.
Кое-как заставив себя сосредоточиться, я решаю все номера и спешу в холл на первый этаж. Здесь уже довольно много школьников, хоть до конца олимпиады остается еще пятнадцать минут. Я жадно всматриваюсь в лицо каждой выходящей с лестницы девушки, боясь пропустить Белоснежку. Черт знает, что я ей скажу, когда увижу, но совершенно точно намерен подойти познакомиться.