Рапсодия в тумане (ЛП)

 На втором этаже Аш, что поговорил с Ирсаном и явно остался этим разговором доволен, я слышал это по его голосу, когда они еще разговаривали.
 А я сижу на кухне, курю и… не знаю… Слишком много переживаний за один день. Меня одно похищение Аша уже из колеи выбило, про остальное и говорить нечего. Ниррай, который, оказывается, все-таки болен и похищен для переселения в другое тело, Мур, что чуть не умер.
  
 Это был чертовски долгий и выматывающий день, и у меня просто уже соображалка не работает. Ладно, пока Мур не пришел в себя, а Ирсан не позвонил, можно и отдохнуть, а потом снова все понесется галопом, и к чему мы придем — непонятно, потому что Ниррай не хочет быть вампиром, но если его не обратить, он умрет.
 Из дум меня вырывают шаги. Обычно я не обращаю внимания на людей, что ходят по ту сторону забора, но тут людских ног чересчур много, и все они явно приближаются к нашему дому. Быстро потушив сигарету, я перепрыгиваю подоконник открытого окна, оказываясь в траве. Ну да, точно к нам путь держат.
 Не ожидая ничего хорошего, я взлетаю и вижу толпу людей, настроенных не чаи распивать, но и не Кошки это. Нас окружают люди в потертых одежках, кто с пистолетом, кто с ножом, один вообще с рогаткой…
 Самое интересное, что я их не знаю, уверен, что вижу впервые. Еще раз оглядываю толпу, и один из парней мне кажется смутно знакомым. Но в этот момент и он замечает меня и, наставив странный, обрезанный, пистолет, выкрикивает:
 — Это тебе за чудилу, чудовище!
 И стреляет. Но я успеваю нырнуть обратно в дом. Вот же блядство какое-то, а не день!
 — Аш! — зову брата, захлопывая окно. Так себе преграда, но все же…
 Слышу, как отворяется окно в соседней комнате, и уже несусь туда, слыша одновременно и шаги брата по лестнице, и голос Мила:
 — Аман, Мур…
 Но я уже залетаю в гостиную и сам вижу, что Мур свалил, а с улицы слышится вскрик и маты. Бегу туда, перепрыгивая забор, вижу стрелявшего человека со сломанной рукой, даже кость торчит, прорвав рукав, но, естественно, ни о какой помощи и речи быть не может. Мур находится в тени кустов, кот, блядь, рыжий.
 Я его хватаю, но он с рычанием начинает вырываться.
 — Мур, ты Милу нужен! Срочно! — говорю я какую-то белиберду, пытаясь побыстрее, пока нас не заметили, оттащить его обратно в дом.
 Мур все же вырывается, но сам же убегает обратно к Милу. Замечательно, хоть чем-то его можно сдержать.
 Прибежав домой, вижу, как Мур, обнюхав Мила, что только и успел натянуть штаны, которые до этого с него стянули, уставляется на него вопросительно.
 — Ты его звал, у тебя срочное для него дело, — говорю я Милу, который непонимающе моргает, но, переведя взгляд на улицу, видно, понимает, что нужно что-то придумать, и он говорит:
 — Мур, я не могу, мне страшно. Побудь со мной, пожалуйста.
 Закатываю глаза. Ничего умнее придумать не мог?!
 Аш вообще в непонятках, но тоже выстрел слышал, он открывает рот, намереваясь что-то спросить, но в этот момент Мур подхватывает Мила и уматывает. Прислушавшись, понимаю, что куда-то далеко понесся, и смерть этим людишкам больше не грозит.
 — Звони Ирсану. Кажется, его родственник решил устроить вендетту.
 Я не уверен, что это именно так, но лицо и правда знакомое, да и внешний вид навевает мысли о бедном районе.
 Аш убегает наверх за телефоном, а дом начинают бомбардировать какой-то вонючей дрянью, что, разбиваясь, вспыхивает и горит. Видно, людишки оголодали, раз приняли нас за курочек и решили запечь прямо в доме.
 — Может, нам лучше уйти? — спрашивает Аш, вернувшись и тапая по экрану телефона пальцем.
 — Чтобы эти придурки дом сожгли?! — я выхватываю телефон и, прислонив его к уху, слушаю гудки. Но ответа нет — Ирсан сбросил.
 Выругавшись, я достаю из ящика стопку полотенец и мочу их в раковине холодной водой. Будем тушить, пока и правда сильного вреда нам не учинили.
 Передав половину мокрых тряпок брату, я уже хочу следовать за ним на улицу, когда телефон звонит.
 — Я не знаю, что делать! — сразу же говорит Ирсан. — Ниррай спит, они его везут… Мне кажется, я бы мог быстро его выкрасть, но ты говорил, что они о нас знают…
 — Мы щас будем. Не лезь, звони родне! Они на нас напали.
 — Кто? Мама? Зачем?
 — Если твоя мама — дворовая шпана мужского пола… Кричат: «За чудилу!» Звони, блядь, у нас дом горит.
 Телефон выскальзывает, так как придерживал я его плечом — руки заняты мокрыми полотенцами. Ну и похуй. Сейчас быстро потушим и пойдем вызволять Ниррая.
 — Ивашка, что ли? — доносится с пола из телефона. — Вы не можете справиться с моим братом и его гопотой? Да они мирные… может, лучше, Ниррая?
 — Они стреляют и жгут. Одному Мур уже руку сломал, это их не остановило. Я не хочу убивать столько людей! Звони, мы щас будем.
 Все, не став ждать ответа, спешу к брату, помочь тушить возгорания, но я не могу на этом сосредоточиться и потратить минуту на это занятие. Мой единственный дом горит, не полыхает, но все же, вокруг разгневанная толпа, а где-то там Ниррай, которого уже повезли убивать. Какого хрена я делаю вообще?! В пизду.
 — Аш, бросай, — окликаю брата, спрыгиваю на землю и сваливаю полотенца на травку. — Пойдем, а то, мне кажется, что не успеем.
 Брат с сожалением оглядывает дом, но, кивнув, распахивает крылья и летит на поиски Ниррая. Я долго лететь не смогу, поэтому срываюсь на бег, выискивая горьковатый запах темного шоколада.
 Нас выводит к соседнему от Банка Крови зданию. И Аш, спустившись ко мне, сразу спрашивает:
 — Командуй, я только окошко могу разбить.
 Схватив его за руку, снова срываюсь на бег
 План? К черту его, нет времени, разберемся по ходу дела.
 Пробежав по многочисленным коридорам, мы врываемся в дверь, рядом с которой психует мужик, и я сразу же вижу Ниррая, раздетого и лежащего на операционном столе. Даже не хочу знать, как они это самое переселение собрались делать, раз потребовалось его обнажать. На втором столе лежит труп, а между ними суетятся два врача в больничных робах.
 Я отпускаю руку брата и, подлетев к столу, быстро кутаю Ниррая в одноразовую, даже не знаю что это, простыня или ткань, из такого маски защитные делают. Аш сшибает людей с ног, отчего они, вскрикивая, падают, и к нам откуда-то сверху спрыгивает Ирсан.
 — Стойте! У них все самое интересное тут! Нельзя уйти не забрав, хоть сфотографировать! Это поможет их остановить, спасти людей!
 — Поторопись, — говорю и поднимаю Ниррая на руки. Спит под действием лекарств и ощущается каким-то хрупким, исчезающим. Встряхиваю головой, откидывая дурные мысли, и прижимаю его плотнее к себе. Ничего, скоро мы уйдем отсюда.
 — Аш, помоги! Любые записи!
 Брат вскакивает с кряхтящего мужика в голубой форме и сразу двигает к письменному столу, принимаясь рыться в ящиках. Ирсан тем временем шустро перерывает вместилище компьютера, щелкая мышкой. Я к ним не присоединяюсь, не могу оставить Ниррая, у меня такое ощущение, что если я выпущу его из рук, то он растворится в воздухе, и я больше не смогу его найти.
 Один из людей дрыхнет на полу, видно, хорошо приложившись при падении, а второй очень медленно, даже для человека, отползает от нас подальше к стене. Спрятаться, видно, решил. Он же такой маленький и незаметный.
 К системнику подключается флешка, на которую Ирсан скидывает инфу, в то время как Аш сует тому под нос какие-то бумажки.
 Да быстрей уже! Чего так долго?! Нам нужно отсюда убраться поскорее!
 Но я молчу, зато Ирсан говорит, выдергивая флешку, что отправляется в его карман:
  
 — Побежали.
 Парни припускают к двери, я за ними, но стоит Ашу открыть дверь, как он вскрикивает, прикоснувшись к поблескивающей сетке, что занавешивает проем и, отскочив, оттаскивает Ирсана.
 — Янтарь, — говорит тихо, вцепившись в Ирсана так, словно тот, глупенький, все равно решит пойти проверить.
 — Отпустите заложника. Вам не выйти, — звучит голос из-за «шторы».