Обрести Единство: Владыка кланов (СИ)

Мне даже грустно стало от воспоминаний прошлого и того, что я попала в подобие этой структуры, с коллективом, признающим лишь силовые и волевые качества. Раньше у меня не было никаких проблем с общением с друзьями, коллегами, сослуживцами: они ценили меня такой, какая я есть. А здесь мне, судя по всему, предстояло полноценно вкусить все прелести общества с ярко выраженным социал-дарвинизмом и через силу пробиваться по вертикали власти клана… Если, конечно, я смогу при этом выжить.
Я не была законченной пацифисткой, но вот так нападать и бить в морду тех, кого ты считала своими — это непривычно. Возможно, именно поэтому я немного жалела Хор’Гарата в драке и не избивала его по слабым точкам, как тузик грелку. Интересно, а он то же самое по отношению ко мне ощущал? Я не могла знать.
Тем не менее, недостаток физической подготовки по сравнению с другими дракх’кханами сказывался не только в моём бою с Каз’Крахом. Мало того, что он больше тренировался и таким образом уже был сильнее и быстрее меня, так ещё и выносливости у меня не хватало. Мои лапы, непривычные к нагрузке, уже уставали на подъеме, а дыхание то и дело сбивалось. Но помня, что здесь не очень-то любят слабость, а Хор’Гарат с Энтаратой уже подозрительно поглядывали на запыхавшуюся меня, я терпела и старалась не отставать. Было тяжело, но тело пока не валилось в бессилии.
Через десяток минут справа и слева от тропинки стали появляться чахлые и покрытые шипами кустарники. Листва у них была узкая, жёсткая и серовато-бурого оттенка, а сами они достигали высоты примерно в половину роста нашего охотника-наставника. Я даже задумалась о том, возможно ли в этом месте вообще земледелие и сбор ягод, если вся растительность, которую я встречала за свою новую жизнь, была представлена только такими кустарниками. Наверное, стоило в будущем посетить те места, куда периодически наведывался Эрдарион, когда выдастся возможность…
— Стоп! — внезапный рык Каза прервал все мысли, заставив меня сразу же остановиться и замереть, словно вкопанная. Чёрный припал к земле на четыре лапы, отложив оглоблю, и принюхался, словно дикий хищник, что вызвало у меня небольшое удивление. Это было необычно — от похожего на человека существа увидеть такое поведение, словно он изображал охотничью собаку.
— Чуять добыча. Хшико. Большой хищник, — прошипел он, немного копая землю под собой передней конечностью. Глядя на такое, я невольно сравнила его с обычным четырёхлапым драконом, которому разве что не хватало более длинной шеи и крыльев для истинного сходства. Взяв инициативу в свои лапы, я медленно подошла к нему и присмотрелась: взрослый дракх’кхан на самом деле принюхивался к следам, напоминающих небольшие борозды по рыхлой земле. Что бы это значило для нас? Добыча или хищник, которого стоит избегать?
— Кто есть хшико? — не удержавшись от вопроса, осторожно спросила я, пока остальные два молодых дракх’кхана всё ещё наблюдали за поведением чёрного.
Каз’Крах медленно выпрямился и, скосив на меня строгий взгляд, пророкотал:
— Хшико есть длинный чешуйчатый хищник с головой дракх’кхана. Яд опасен для молодой дракх’кхан. Детёныши бояться хшико и смотреть, как охотиться на опасный зверь.
Я услышала лишь очень примерное корявое описание, но судя по всему, Каз пытался нам рассказать о некоем подобии змеи. На Земле это были стремительные и опасные создания, которые душат свою жертву, атакуют её стремительными атаками, а потом глотают её целиком. И борозда, которую старший охотник называл следом, была ничем иным, как следом от хвоста этого хищника. Единственное что — было неясно, каков по размерам хшико, так что я решила просто принять к сведению предостережение чёрного драконида.
— Мы есть охотиться на хшико? — спросил уже Хор’Гарат, нетерпеливо щёлкая хвостом по земле. Уж кому даже море по колено, так это ему.
— Если не найти добычу лучше — дракх’кхан охотиться на хшико, — сурово заявил чёрный охотник и обхватил оглоблю сильнее, после чего, не оборачиваясь, сделал жест пальцами свободной лапы, чтобы мы тихо следовали за ним. Судя по тому, как два молодых драконида осторожно двинулись следом, я поняла его правильно. Хорошо, что некоторые жесты не отличались от земных, хотя по-новому учиться невербальной речи было довольно проблематично.
 
Мы свернули вбок от тропинки и двинулись сквозь небольшие кустарники навстречу высоким скалам. Через минуту растительность сменилась голыми камнями, а затем мы вышли на край обрыва, вдоль которого вела узкая тропа. Справа от неё буквально в нескольких метрах начиналась пропасть, оканчивающаяся потоком лавы с вырывающимися потоками ядовитого газа. Он хоть и был далеко внизу, но даже отсюда я могла почувствовать отвратительный запах серы, из-за чего я невольно отвернулась, стараясь как можно меньше вдыхать его. Мало ли, как он может воздействовать на организм дракх’кхана. Человеку, тут, например, было бы смертельно опасно находиться, и проверять, насколько сильно ядовитые пары могут воздействовать на меня, являлось плохой идеей.
— Держаться рядом. Двигаться по одному, — напомнил нам Каз и затем пустил вперёд Энтарату. Я двинулась сразу за рыжей спиной молодой охотницы, помня, какую очередь следования нам задал наш наставник, а Хор’Гарат и Каз замыкали процессию.
Двигаться приходилось медленно, чему мои заметно утомлённые к тому моменту лапы были неимоверно рады. Однако я уже была настолько уставшей, что мышцы едва слушались, отчего я немного прихрамывала. Несколько раз я случайно споткнулась о камень и едва не рухнула в пропасть. Благо — успевала в последний момент отскочить назад, чем вызывала недовольное шипение бурого Хор’Гарата. Видимо, он считал, что я являюсь основной причиной промедления, а потому всё ещё злился на меня.
Однако такой долгий и сложный путь, по которому мы следовали, заставлял меня задуматься о том, почему мы идём именно так — настолько сложными окольными тропами? Или тренировка выносливости — это тоже часть обучения? Оставалось надеяться, что цель «первой охоты» — не измотать молодой организм и отсеять слабых. А я, походу, самым слабым звеном и являлась сейчас.
Наконец, когда пропасть осталась позади, Каз’Крах вновь повёл нас вперёд и уже через несколько минут остановился посреди небольшого плоскогорного каменистого плато, окруженного крутыми скалистыми склонами. Оно выглядело весьма пустым на первый взгляд, но кто знает, какие следы других зверей найдёт Каз’Крах?
— Отдых. После него охотиться, — наконец, проговорил старший охотник и, опустив дубинку, присел на голый камень.
Я вздохнула и опустилась рядом с ним, растирая свои задние лапы. Их уже несколько минут сводило от усталости, а мышцы словно окаменели, так что я была благодарна за хотя бы короткий перерыв. И судя по виду двух других молодых охотников, они тоже уже начинали утомляться. Так что я с какой-то стороны была рада, что я не одна такая, и моё состояние не шибко выбивалось из ряда. Заодно я воспользовалась моментом и осмотрела свои раны на боку. Конечно, они были не очень серьёзными, и кровь практически не шла, но они всё ещё побаливали, что дополнительно тратило мою выносливость на преодоление боли. Хотя в процессе пути я перестала обращать на них внимание — они выглядели не страшнее мелких царапин, которые может оставить излишне игривая кошка на коже.
Но вместе с тем, хотелось задать пару вопросов нашему проводнику, и моё любопытство таки взяло вверх, заставив спросить у Каз’Краха:
— Почему мы идти далеко? Разве добыча рядом нет?
Каз внимательно на меня посмотрел, прищурившись. Он чуть обнажил клыки, очевидно, что-то мысленно подмечая. Затем перевёл взгляд на Хор’Гарата и Энтарату и после этого произнёс, не оборачиваясь:
— Рядом с долиной Лок’Ракх мало дикий зверь. Дракх’кхан должен привыкать уходить далеко, — спокойно ответил он, чуть порыкивая и постукивая когтями по своей оглобле.
— А на кого и как мы охотиться? Какая добыча желанна для дракх’кхан? — решила перейти я ближе к делу, приготовившись усваивать новую информацию.