Небесная академия. Ученица и наездник

Потом был еще раз. И еще. И еще. И еще…
Солнце не пробивалось сквозь густой туман, но я успела вспотеть, прежде чем злосчастная нить наконец оказалась у меня в пальцах. Коллар сразу перехватил мое запястье. Я невольно вздрогнула оттого, какие у него холодные руки. Кисти были длинными, узловатыми, пальцы – тонкими, и правда как у насекомого. Паук, ткущий сеть.
– Держи крепче, – с легким раздражением приказал он. – Опять выскользнет.
Коллар достал бумагу и сверился с изображением.
– Вот эти закругления – петли. Видимо, схему нужно встроить прямо в Туманный венец. Ну, давай пробовать.
И мы попробовали. Раз пятнадцать. Может, двадцать. Я постоянно теряла нить – сложно удержать в руке то, что состоит из энергии, а не из материи. То же самое, что стараться ухватить порыв ветра или язычок огня. Коллар злился из-за моей непутевости, но пока ничего мне не высказывал, только скрипел зубами. Впрочем, это плохо помогало, потому что я все слышала и сильнее нервничала сама, совершая еще больше ошибок. Как тут было не вспоминать Силвейна и его бесконечное терпение? Вот кто точно преподаватель с талантом от богов!
Я думала о нем, о его крепких и теплых руках, ласковых прикосновениях, шуточках, которые тем не менее не звучали обидно, а разряжали напряжение. О словах поддержки. Смешливых глазах и улыбке… Которые, быть может, мне больше никогда не увидеть.
Тоска оказалась такой острой, что на глаза навернулись слезы. И это, конечно, лишь вызвало очередной приступ раздражения у Коллара.
– Эн-хей не будет распускать сопли, как только у него что-то не получается. Учись держать лицо! – прикрикнул он.
– Надеюсь, в Белой академии ко мне приставят преподавателя, который умеет что-то большее, чем орать на своих студентов, – процедила я.
Удивительно, но Паук сразу заткнулся.
Понадобилось еще несколько попыток, прежде чем мы наконец завершили схему. Это была целиком и полностью заслуга Коллара, потому что я даже не видела, что, собственно, плету. Только что-то слабо серебрилось в воздухе и сразу исчезало, стоило отвести руку. Готовой схемы, вплетенной в туман, я тоже, разумеется, разглядеть не смогла.
– Получилось? – неуверенно спросила я у архея, когда он отпустил мое запястье и с нескрываемым облегчением выдохнул.
– Ты мне скажи, – ответил Коллар. – Рисунок готов. Ощущаешь какие-нибудь изменения?
Я внимательнее «прислушалась» к своим чувствам.
– Нет, если честно.
– Значит, мы потеряли время зря, – подытожил он. – Спускаемся. Можем, еще успеем обучиться по моему способу.
– Подождите! – взмолилась я.
Ну не может же это быть совсем тупик! Иначе зачем вообще Туманный венец связывался со мной через грифонов? Что я сделала не так?
«Кусачка, – позвала я. – Ты тут?»
«Ну конечно, тут, – отозвался грифон. Голос его звучал сердито. – А ты где? Ты нам кое-что обещала!»
«Уже в пути. Пожалуйста, скажи, когда облако пересылало тебе рисунок, оно не уточнило, как именно я должна его сплести? Может, в определенном месте на горе? Или нужно что-то особенное сделать при этом? Ну там богам эльфийским помолиться? Или станцевать, или еще что-нибудь?» – в отчаянии перечисляла я.
«Станцевать. Голышом. Ночью».
Раздалось бульканье – я уже знала, что это смех.
«Я серьезно, Кусачка!» – начала злиться я.
«И я серьезно. Откуда мне знать такие вещи? Спроси у облака сама. Только поспеши, мы тебя ждем», – и он затих.
«Кусачка. Кусачка!»
Бесполезно. Поганец не откликался.
– Ну что? – спросил Коллар, заинтересованно глядя на меня.
– Ничего, – буркнула я. – Грифоны не хотят мне подсказывать. Говорят, я должна спросить обо всем у облака, но как это сделать, не признаются.
– Они всего лишь звери. Вряд ли им это известно, – резонно заметил он.
Я вынуждена была кивнуть.
Да, звери. Причем ужасно своевольные и вредные!
Если Кусачка и услышал это мысленное послание, то не подал виду. Вместо его голоса сквозь туман донесся звон академического колокола. Коллар выпрямился, глядя в ту сторону, хотя сквозь облачную завесу рассыпавшиеся по Львиной Голове домики было не рассмотреть.
  
– Ректор уже почти готов вылетать. Надо спешить вниз, снимать чары с авиария, иначе опоздаем к вылету и не успеем до темноты попасть в Мавеннар. Продолжим эксперименты с магией уже там. Или ты уже не рвешься освобождать своих грифонов, раз они не очень-то желают тебе помогать? – ехидно осведомился Паук.
– Обещания надо выполнять, – отрезала я и первой направилась к ведущей с горы тропе.
У меня было отвратительное ощущение, будто я упустила что-то очевидное. Если бы было время посидеть хотя бы полчасика в тишине и подумать, я бы обязательно сообразила, что именно. Но нападение Лорны, срочные сборы, освобождение опасных грифонов – все это, случившееся за такой короткий срок, превращало мысли в кашу. Руки подрагивали от напряжения и усталости, и опустошенная миска с печеньем, кажется, не особенно придала сил.
Что ж, мне ли не знать, насколько редко что-то происходит вовремя. Придется уже в полете подумать о том, где я могла ошибиться со схемой. Добираться до столицы три или четыре часа – этого должно хватить.
А пока – в авиарий, прощаться с Закатом. Надеюсь, ненадолго…
  
Глава 39
 
В том, что у авиария окажется сердитый ректор, не было ничего удивительного. Я чего-то такого и ожидала – и что он придет понаблюдать за освобождением опасных грифонов, и что он будет недоволен нашим опозданием. Чего я предположить не могла, так это того, что там соберется весь мой курс.
– Снятием плетения я займусь сам. Можешь быть свободна, – сказал Коллар, глянув на меня, и ушел к Освальту.
Как только архей с ректором отошли подальше, ребята, наоборот, окружили меня. Я неловко помахала им рукой и спросила:
– А что вы тут делаете?
– А где нам еще быть? – Хоэл развел руками. – В Мавеннар нас не захотели брать. Своих грифонов нет, сажать на чужих – а вдруг свалимся и разобьемся? Никто не хочет брать на себя ответственность.
– Из наших одна ты летишь, – добавил Гвиллим, и в его голосе явственно прозвучала зависть.
– Я бы с удовольствием осталась здесь, – смутилась я. – Но меня хотят использовать как отвлекающий маневр. А потом, наверное, сразу заберут в Белую академию.
– Поэтому мы и пришли, – Мади растолкала парней и встала рядом со мной. – Вдруг не будет другой возможности попрощаться?
У меня защекотало в носу от подступающих слез.
– Надеюсь, что будет. Вернее, что не придется прощаться совсем.
– Мы хотим устроить забастовку, – внезапно выдал Брейт.
– Устроить… что? – растерялась я.
– Это такое новое чужеземное веяние, – пояснил Хоэл. – Вроде бунта, но мирного. Когда все собираются вместе и отказываются выполнять свою работу, пока хозяин не выполнит определенные условия. Мы планируем требовать, чтобы тебя вернули обратно в академию. Кое у кого из старшекурсников есть большой опыт судебных разбирательств в семье. Выяснилось, что, если ты поступила, ты имеешь право учиться, пока исправно платишь, не нарушаешь правила учебного заведения и получаешь приемлемые оценки по всем предметам. Закон защищает студентов, – важно добавил он.
– Хорошо, что археи об этом не знают. – Я встала на цыпочки проверить, где там Коллар и слышит ли он, что мы обсуждаем. – А то если бы узнали, закон мигом бы изменился.
Ребят, кажется, это слегка отрезвило. Даже будучи аристократами, они понимали, что мир принадлежит не только им.
– Мы все равно будем стараться, чтобы тебя вернули, – Мади сжала мое предплечье.
Я вспомнила ее грустную историю с нелюбимым женихом и покачала головой:
– Главное – не испортите себе жизнь. Вы сможете стать хорошим отрядом и без меня.
– А все-таки отряд с первым археем-наездником был бы лучше, – подмигнул Хоэл. – Не волнуйся, Эйри. Мы разберемся.
– А за Закатом присмотрите? – я обвела умоляющим взглядом однокурсников. – Если вдруг у меня не получится вернуться, ему будет нужен новый наездник. Добрый…