Бабочка

— Я знаю, как мы можем организовать продажу, — сказала Мэгги. — Через брокера, на которого я когда-то работала. У него большая фирма и есть отделения в Техасе.
— Тогда давайте начнем, Мэгги, свяжись с этой компанией, которая займется фермами. Я хочу поговорить с ними как можно быстрее. Кармен, ты работаешь вместе с Энн. Я хочу, чтобы наша новая компания начала действовать и поставлять продукты в наши рестораны не позднее чем через шесть месяцев. Да, еще надо придумать название, позаботиться об этом.
Мэгги собрала свои бумаги, положила их в свой портфель и сказала:
— Может быть, «Королевские фермы»?
Беверли посмотрела на Кармен, которая кивнула в знак согласия.
— Хорошо, пусть будет «Королевские фермы». Я хочу, чтобы к ноябрю Дэнни Маккей подписал документы о владении.
Выходя следом за Мэгги из кабинета, Кармен остановилась у дверей и оглянулась. Беверли так и сидела за своим столом, собираясь заняться другими делами. Ей надо было написать доклад в Торговую палату с предложениями по облику Голливуда восьмидесятых; подготовить несколько выступлений, принять или отклонить множество приглашений, и, кроме всего, подготовиться к поездке в Сакраменто, где она должна встретиться с законодателями штата по вопросу абортов, что было последним личным проектом Беверли. Она сама была за и хотела не только легализации абортов, но и создания консультационных центров для подростков, куда бы они могли обратиться за помощью в случае беременности.
— Эй, подруга, — мягко сказала Кармен. — Завтра твой день рождения. Давай что-нибудь придумаем. Давай сводим тебя куда-нибудь поужинать. Я могу заказать отдельный кабинет. Женщина не должна встречать сорокалетие в одиночестве.
Беверли улыбнулась.
— Спасибо, Кармен, но я не люблю отмечать дни рождения. Я отмечала его только однажды за всю жизнь, и мне этого достаточно.
На мгновение Кармен, как и Беверли, погрузилась в воспоминания о дешевом шампанском, которое даже не пенилось в бумажных стаканчиках, о том, как Хэйзл говорила: — «За нашу любимую девочку!», о том, как Дэнни пришел, чтобы взять Рэчел и сходить с ней куда-нибудь, а вместо этого отдал ее в руки убийцы.
Кармен подумала о том, как они снова встретились в Далласе пятнадцать лет назад, и как Беверли научила ее мечтать и осуществлять свои мечты. Эти воспоминания заставили Кармен подумать о всех тех людях, которых Беверли вдохновляла сегодня, учила их не бояться мечтать, дерзать и добиваться своих целей. Она выступала в колледжах и клубах, в своих собственных магазинах, ресторанах и фирмах, разговаривала с людьми всех возрастов, молодыми и старыми, заражала их своим настроением.
Если бы только, — подумала Кармен, выходя из кабинета и тихонько закрывая за собой дверь, — мечта Беверли могла осуществиться, как счастлива была бы она! Но Джонас Буканан, хотя все еще продолжал расследование (используя теперь и других детективов), не смог узнать ничего конкретного о местонахождении ее матери и сестры. След Наоми Берджесс оборвался в Медфорде, штат Орегон, а Кристина Синглтон, как выяснил Буканан, в 1958 году вышла замуж за некоего Рузефорда, затем аннулировала свой брак, и на этом следы ее оборвались.
Потом Кармен подумала о Дэнни Маккее, и что из-за него Беверли не позволяла себе полюбить кого-нибудь и вела одинокий образ жизни, хотя вокруг нее были мужчины. Джонас Буканан — один из тех, кто был предан ей. Но Кармен знала и то, что клятва Беверли в один прекрасный день отомстить Дэнни за все была жива в ее сердце.
Воспоминания нахлынули и на Мэгги, воспоминания о том, как они купались с Джо в заливе Мишн, как бродили по парку Балбоа, о долгих романтических днях в зоопарке, когда они просто валялись на траве и смотрели, как медленно плывут по небу облака. Но Мэгги понимала, что те дни давно прошли, и Сан-Диего теперь стал совсем другим городом. Мэгги поставила машину на стоянку ресторана Аутриггер и вошла внутрь.
Следуя за хозяйкой ресторана, одетой в национальное индонезийское платье, через полутемный зал, оформленный как морской причал, Мэгги вдруг подумала, сильно ли изменился Пит за это время. Все-таки прошло десять лет.
 
Боже, он совершенно не изменился!
Стесняясь своей собственной полноты и не понимая, почему она раньше не замечала, как он хорош, Мэгги обняла своего бывшего босса со слезами на глазах. Он напомнил ей о хороших днях, счастливых днях, когда в ее жизни не было еще Дэнни Маккея и когда Джо был жив.
— Я не могу передать, как я удивился, когда секретарша сказала мне, что ты звонила! — сказал Пит Форман. — Я спросил у нее: Мэгги Керн? Ты уверена, что звонившая представилась Мэгги Керн? А потом, когда я набрал номер, который она мне дала, и услышал твой голос, я чуть не упал со стула! Мэгги, ты прекрасно выглядешь! Как Джо? Ведь так зовут твоего мужа, да?
— Джо умер десять лет назад, Пит, — сказала она мягко, в то время как официант расставлял перед ними закуски.
Он положил свою теплую и добрую ладонь на ее руку.
— Мне очень жаль слышать это, Мэгги. Почему ты сразу не вернулась в Сан-Диего? Я говорил совершенно серьезно, когда обещал, что ты всегда можешь получить свою работу.
Она улыбнулась.
— Мне сделали лучшее предложение.
За цыпленком по-териакски с рисом и овощами и другими яствами они рассказали друг другу о том, что с ними случилось за эти десять лет. Справа от них ресторан медленно заполнялся посетителями. На столах горели свечки и отбрасывали тень на старые рыбацкие сети, упаковочные клети с надписями: Сингапур, Шанхай и Каир. А слева простирался синий сказочный залив Мишн, чтобы где-то там, в бесконечности, слиться с таким же бесконечно синим небом Сан-Диего. Мэгги подумала, почему она не приезжала сюда все эти годы.
За кофе она объяснила цель своего визита.
— Как видишь, Пит, — сказала она, раскладывая на столе бумаги, — «Королевские фермы» владеют частью самых плодородных земель в Центральной долине. Говядина поступает из лучших стад. Я знаю, что ты знаком с фирмой, которая управляет для нас фермами. Посмотри, какая прибыль уже получена, и это только за первые пять месяцев функционирования.
Пит внимательно посмотрел цифры, которые действительно впечатляли, и кивнул.
— Да. И ты говоришь, что «Королевские фермы» являются единственным поставщиком продуктов и бумажных изделий в рестораны Королевских гамбургеров? Почему же вы хотите продать их?
— Мы хотим расширить сеть ресторанов, и для этого нам нужны наличные.
Питу не надо было объяснять подробности. Он работал в сфере капиталовложений уже много лет. В принципе, сельскохозяйственная компания не считалась хорошим вложением денег — обычно он старался не заниматься ими. Но у этой был гарантированный рынок. И какой! Да к тому же деньги, полученные от продажи компании, должны были пойти на расширение этого самого рынка, который опять же будет покупать ее продукцию!
— Я вижу у тебя слюнки потекли, Пит.
— Мэгги, если ты просишь, чтобы я нашел покупателя для тебя, дай мне только пять минут, и я представлю тебе сотню!
Она посмотрела на яхты, стоящие у пристани, и задумчиво погладила рукой шею. Это была самая деликатная часть проблемы.
— Понимаешь, я действительно хочу, чтобы ты занялся продажей. Но мы бы хотели продать эту компанию конкретному покупателю. Дело в том, что мой босс является убежденным последователем и сторонником одного евангелистского проповедника. А так как она сама создала «Королевские фермы», сама руководила ими, она хочет быть уверенной, что они перейдут в достойные руки. Она хочет, чтобы их купил этот проповедник.
— А он хочет купить их?
— Мы не знаем. Это будет твоей задачей.
— А почему она так уверена, что он купит компанию?
В этом можно было не сомневаться. Папка с материалами о финансовой деятельности Дэнни Маккея, собранными Кармен, была почти такая же толстая, как телефонная книга. Сейчас, когда доход общества Благая весть составлял миллионы долларов ежегодно, а его проповеди по телевизору транслировались по всей стране, Дэнни стал приобретать недвижимость без разбору. Он покупал все, что мог, если это, конечно, обещало прибыль.