Охотники на души (ЛП)
Но папа вмешался:
— Нашу дочь забирают как свидетеля или подозреваемого?
— Это просто стандартная процедура полиции, мистер Адамс, — ответила детектив Шоу. — Мы не арестовываем ее. Она просто помогает нам в расследовании. Но если вам будет спокойнее, то вызовите адвоката.
Полицейский указал моему отцу отойти. Папа не двигался миг, а потом с неохотой пропустил офицера.
— Да, я вызову адвоката, — сказал он.
Я вдруг стала нервничать, когда меня взяли за руку и повели из столовой.
— Это нужно делать сейчас? — спросила мама, спеша за нами по коридору.
— У нас мало времени, расследование связано с террористами, миссис Адамс, — ответила детектив Шоу, открыла входную дверь и направила меня к холодному свету солнца.
— Но Дженна сказала, это было похищение, а не атака террористов, — напомнила мама.
— Это нам решать, — ответила детектив Шоу, пока меня вели по дорожке к бело-синей машине полиции, припаркованной у нашего дома. Она открыла заднюю дверцу, и офицер помог мне сесть внутрь.
— Разве не мы должны везти Дженну в участок? — твердо сказал папа.
— Ради безопасности вашей дочери лучше поступить так, — сказала детектив Шоу. — Дженна — ключевой свидетель атак террористов, так что она — потенциальная мишень. Если Феникс невменяемый, каким он кажется, а этот Дамиен так беспощаден, как вел себя до этого, то безопаснее всего для нее в полицейском участке. Чем быстрее мы попадем туда, тем лучше. Вы можете следовать в своей машине. Мы вас подождем.
Казалось, папа прыгнет на заднее сидение полицейской машины со мной, но детектив закрыла дверцу, и я вдруг оказалась одна в машине.
Отец побежал за курткой и ключами машины, а мама спешила обуться. Детектив и полицейский быстро и пылко обсудили, кто будет за рулем, и мужчина отдал ей ключи и поспешил на место пассажира. Я возилась с ремнем безопасности, ладони дрожали, тревога росла. Опасность от Дамиена стала вдруг чересчур настоящей. Если полиция вела себя так нервно, то я имела повод беспокоиться. Даже больше, ведь второй угрозой был Феникс и его нестабильное состояние разума.
В окно я смотрела, как мои родители поспешили запереть дом и побежали к гаражу. Хоть она обещала ждать их, детектив Шоу села за руль, завела двигатель и направила машину по дороге. Я оглянулась. Серебряный Вольво родителей только выехал на дорогу. В конце нашей улицы детектив Шоу повернула направо и ускорилась, огни машины горели, но сирена молчала. Мои родители с трудом следовали за полицией.
— Эм… мы можем замедлиться? — спросила я. Но оба офицера игнорировали меня.
Улица проносилась пятном, головы поворачивались на огни полиции, несущейся по дороге. Мне стало не по себе, я впилась ногтями в ладони. Все происходило так быстро, и я ощущала, что ничем не управляла, словно была перышком в урагане.
Мы приблизились к перекрестку, и детектив Шоу пронеслась на красный свет, оставив моих родителей позади.
— Стойте! — закричала я. — Мои родители застряли на светофоре.
— Они знают путь, — ответила кратко детектив. Она ускорилась, серебряный Вольво родителей был все дальше.
— А вы, мэм? — робко спросил полицейский. Он указал на поворот налево, мимо которого мы пронеслись. — Участок там.
— Знаю, — сказала она, но гнала машину дальше. — Нас преследуют.
Я напряглась от ужаса. Я посмотрела по сторонам, разглядывала машины вокруг нас, как испуганный заяц. Дамиен уже нашел меня?
— Кто подозреваемый? — спросил полицейский.
— Четыре машины назад. Справа, — ответила детектив.
Полицейский повернулся, чтобы оглянуться. Детектив Шоу вдруг ударила боком ладони по его горлу. Раздался жуткий хруст. Атака была такой быстрой и сильной, что мужчина, несмотря на его размер и силу, рухнул лицом на бардачок.
— Что за…! — охнула я, раскрыв рот от шока.
Детектив Шоу бросила очки и посмотрела в зеркало заднего вида. Ее глаза — до этого серые за затемненными линзами — стали чернильными прудами. Глаза Охотника на души. Я секунду смотрела в эти дыры тьмы, а потом ужас ситуации ударил по мне: или я сходила с ума… или Феникс рассказывал правду.
Я закричала и дернула за ручку дверцы. Но было заперто. Я стала стучать кулаками по окну, звать на помощь. Но никто в других машинах на улице не замечал — а если и замечали, я выглядела как преступница, которая бушевала в полицейской машине.
— Молчи! — рявкнула детектив Шоу. — Или я сломаю горло и тебе.
Я сжалась в сидении, озиралась в поисках того, чем можно было защититься. Но задний отсек напоминал встроенную камеру для преступника.
Я пыталась понять, как сбежать, а детектив Шоу набрала номер на телефоне, подождала, пока ей ответят, а потом просто сказала:
— Душа поймана.
Сухость ее слов послала ледяную дрожь по моему телу, ее звонок доказывал, что сеть Воплощенных охотилась на меня. Но… может, это у меня было психическое расстройство?
Я размышляла о своем хрупком разуме, а парень в шлеме на синем мотоцикле поравнялся с полицейской машиной. Байкер в кожаной куртке посмотрел на машину и поднял забрало шлема. Я увидела сапфировые глаза.
— Феникс! — потрясенно прошептала я.
Он махнул мне плотнее затянуть ремень безопасности. Меня вдруг дернуло в сторону, машина пыталась сбить его с мотоцикла. Он юркнул между машин на другой стороне. Смелым зигзагом он объехал белый грузовик, попал на тротуар и обогнал полицейскую машину. Он выехал на дорогу, бросил из кармана куртки горсть гвоздей. Я поспешила затянуть ремень плотнее, а детектив Шоу проехала по железным гвоздям. Раздался оглушительный грохот. Одна из передних шин лопнула, и машину резко увело влево. Но детектив Шоу боролась с рулем, удержала машину на дороге. Она нажала на газ, решив протаранить Феникса на мотоцикле.
Капот полицейской машины почти задел его заднее колесо, когда он резко повернул и бросил кирпич в лобовое стекло. Детектив шоу закрыла лицо руками, когда стекло разбилось, и она выпустила руль. Мы врезались в обочину, и полицейская машина перевернулась. Меня бросало в стороны, ремень впился в мое тело, руки и ноги трясло. Металл скрежетал, стекло разбивалось, пока мы ехали по асфальту колесами вверх. Машина врезалась в бетонный столб, закружилась, моя голова ударилась об окно и…
Жизнь пронеслась перед глазами. Не одна. Много жизней.
Я ребенком плела венки из ромашек с отцом на лугу… я служанкой шла по саду, полному ароматов, в Вавилоне… рыбаком билась с волнами на борту китайской лодки… поваром готовила хлеб в душной кухне замка… пересекала раскаленную пустыню… была графиней в скрипучей карете, которая неслась, перевернулась, и лошади визжали от боли и ужаса. Разбитая карета остановилась у края утеса, жестокий смех врагов гремел вокруг меня, я видела, как черные кожаные сапоги приближаются к разбитому окну…
— Дженна? Ты в порядке? — спросил с паникой Феникс.
Растерянная и оглушенная, я не сразу поняла, где была… в каком времени и кем была. Полицейская машина остановилась, двигатель шипел. Я висела вниз головой, руки болтались, волосы закрыли мое лицо, кровь прилила к голове. Феникс отбросил ногой стекло от пассажирского окна, а потом просунул руки, осторожно разрезал ремень безопасности перочинным ножом. Я обмякла на крыше машины. Он распахнул дверцу и помог мне выбраться из разбитой машины.
— Ты ранена? — спросил он, тревожно разглядывая меня.
Кроме порезов и синяков, я была целой.
— Вроде, нет… — я охнула. — Но потрепана.
С места водителя донесся стон боли. Детектив Шоу была среди обломков. Кровь лилась из пореза на ее лбу, но она была жива. Рядом с ней лежал кучей офицер полиции, теперь он выглядел как трагическая жертва аварии, а не жертва убийства, хотя я знала правду.
Вдали слышались сирены полиции, и они быстро приближались.
— Идем! — Феникс взял меня за руку и повел к своему мотоциклу. Я хромала рядом с ним. Он дал мне запасной шлем, и мы поспешили забраться на мотоцикл, а детектив Шоу потянулась к рации на панели приборов.