Дракона не выбирают (СИ)

Но нет…
— Кто это? — взревел тут Амадеус. — Взять ее!
Черт! Черт… До источника оставались считаные метры, а сзади за мной уже неслись Драконы. Я на ходу откупорила крышку контейнера. Пару шагов до источника…
Кто-то попытался ухватить меня за локоть, но мне удалось вывернуться. И так, в повороте, я выплеснула слезы на черный огонь. По залу тут же прокатился гул, и будто что-то завыло из недр земли. Стены затряслись. От огня вверх поднялся столп такого же черного дыма. Все вокруг словно замедлилось. Драконы едва передвигали ноги, а Амадеус застыл в немом крике. Его поза стала неестественно сгорбленной, пальцы, которыми он пытался ухватиться за одного из стражников, искривились…
А черный дым все ближе подползал ко мне, окутывал. Стало трудно дышать, голова закружилась, будто на карусели…
— Маша! — голос Эрика был последним, что я услышала, прежде чем провалиться во мрак.
 — Маша, — сквозь гул в ушах услышала я вновь свое имя.
В глаза ударил свет, и я сощурилась. Взгляд плохо фокусировался, все предметы вокруг казались нечеткими. Одно было ясно — я уже не в подземелье дворца.
— Ну наконец-то, пришла в себя, — это снова было голос Эрика.
— Ты цел? Все целы? — прошелестела я.
— Обошлось без жертв, — успокоил он меня.
— Где мы? — я во второй раз попыталась открыть глаза и приподняться.
— Дома, — усмехнулся Эрик. — В нашей спальне. Ты лежи, тебе нельзя пока вставать, — он вернул меня обратно на подушку. — Тебя задело темной материей, нужно немного времени, чтобы она вывелась из твоего организма. Благодаря тому, что на тебе еще была защита от Тори, ты почти не пострадала от нее. А глоток драконьих слез, который остался на дне сосуда, скоро вернет тебя в форму.
— А что произошло там, в подземелье? У меня получилось? — спросила я.
Эрик ответил не сразу. Вначале убрал прядь волос с моего лица, погладил щеку и только тогда сказал:
— Получилось. И у меня нет слов, чтобы передать все, что я чувствую сейчас.
— А мне и не нужны слова, — я слабо усмехнулась и нашла его руку. — Я и так все знаю. Достаточно того, что все закончилось. Оно ведь закончилось, да?
— Одно закончилось, другое только начинается, — Эрик лег со мной рядом, и я наконец смогла разглядеть его лицо. — Впереди еще много работы и забот…
— У тебя тут ссадина, — заметила я, нахмурившись, и дотронулась его лба. — И губа рассечена.
— У меня еще и пару синяков на теле найдется, — хмыкнул он. — Просто не все хотели сдаваться без боя. Пит и вовсе лишился зуба, теперь придется восстанавливать у лекаря.
— Расскажи мне все, что там было, — попросила я. — После того, как я отключилась. Что с Амадеусом? Я видела, как он менялся внешне. Или мне это показалось?
— Когда источник темной материи погас, Амадеус лишился подпитки и всех своих сил. Сейчас он просто дряхлый больной старик, лишенный рассудка, — ответил Эрик, ласково перебирая мои волосы.
— И где он?
— Заключен под стражу.
— А Драконы?
Эрик вздохнул:
— Его шакалы тоже растеряли все свои силы. Часть из них попадала без сознания прямо в том зале, часть еще пыталась сопротивляться, но недолго. Нас трех было предостаточно, чтобы справиться со всеми, кто там был. Тео присоединился к нам.
— А что с теми Драконами, которые не были на службе?
— Они все впали в подобие транса, пока находятся в своих казармах. С ними будем разбираться позже.
— А слуги, другие стражники? Там же не все были Драконами.
— Практически все сразу перешли на нашу сторону. Сейчас дворец охраняется нашими людьми и теми, кто еще раньше дал присягу принцессе. А таких, вроде, немало.
— А где сама принцесса?
— Пока у нас в особняке, но как только во дворце все успокоится, переедет туда.
— А что дальше?
— Дальше… — Эрик улыбнулся. — Будем возвращаться к прежней мирной жизни. Без страха и ненависти.
— Без страха и ненависти… — эхом отозвалась я. — Ты ведь об этом мечтал?
— Об этом мечтали почти все жители Чармлейна, не только я.
— Я рада, что эта мечта сбылась, — я улыбнулась.
— Благодаря тебе, — Эрика произнес это серьезно.
 
— Думаю, на моем месте так поступил каждый, — я слегка смутилась. — Я не собиралась геройствовать, просто… Так получилось. Порыв, понимаешь? Экстремальная ситуация… Я просто подумала, что если есть шанс, то надо его использовать. Терять ведь было нечего, правда? У нас говорят в подобной ситуации: пан или пропал, — я усмехнулась. — Но ты ведь такой же, совершенно такой же. И на моем месте поступил точно так же. Так чему ты удивляешься?
— Поэтому я и люблю тебя, — Эрик сгреб меня и крепко прижал к себе, а я стал млеть от этих признаний. — Такую смелую, отчаянную и немного сумасшедшую… Со своим перцовым баллончиком на прицеле.
— Вот же… — с досадой протянула я, вспомнив. — Баллончик! Я так его и не использовала! А как бы было здорово прыснуть им в злющие глаза Дракона, который чуть не схватил меня! От шока все забыла. Эх, жалость какая…
— Ничего, — Эрик засмеялся. — Ему и так досталось.
— Ну что, теперь не жалеешь, что взял меня с собой? — спросила я с хитрой улыбкой.
— Не жалею. Но… Больше я тобой рисковать не намерен, — он угрожающе прищурил глаза. — Так что о новых подвигах забудь. Если только на поприще своей кондитерской…
— Кондитерская! — вспомнила я и тут же подхватилась. Голова сразу загудела, и я обхватила ее руками. — Сколько я была без сознания?
— Почти сутки, — ответил Эрик недовольно.
— С ума сойти! — заволновалась я. — У меня же финал марафона через два дня! А еще ничего не готово! Так, подай мне, пожалуйста, мой блокнот.
— Что ты собираешься делать? — муж сдвинул брови.
— Геройствовать на поприще кондитерской, что же еще?
  
Глава 35
 
В следующий раз я проснулась полная сил и в прекрасном настроении. За окном сияло солнце, день обещал был теплым и продуктивным. Ночью, несмотря на ворчание Эрика, я все же набросала план для ярмарочных дней, и осталась им довольна. Эрик тоже решил не оставаться в стороне, заявив:
— Я буду варить кофе.
— Тогда мне придется дать тебе мастер-класс по рисунку на пенке, — ответила я, — а то твои сердечки еще не совершенны. И надо поучиться делать еще какой рисунок.
— Я буду учиться делать сердечки до тех пор, пока ты не скажешь, что они идеальны, — Эрик поцеловал меня и поспешил по своим делам.
Сегодня он весь день проведет во дворце, возможно, к вечеру туда же переедет и принцесса. Сейчас важно обеспечить ей полную безопасность, пока все приспешники Амадеуса не выведены на чистую воду.
Город, вроде как, жил прежней жизнью, будто и не знал, что произошло прошлой ночью. Хотя нет, некоторая напряженность все же царила в воздухе. Все словно затаились, боясь поверить и порадоваться. Даже продавец газет как-то нерешительно предлагал свежий выпуск. Но их нетрудно понять: столько десятилетий жить в страхе, что теперь не сразу можно уверовать в освобождение от него.
Однако что точно сразу бросалось в глаза, так это то, что нигде в округе не было видно ни одного Дракона.
— Леди Хайд, — стоило мне оказаться около своей кондитерской, ко мне подошел господин Фирс, хозяин соседнего магазина, — это правда, что лорд Хайд жив? Второй день все об этом судачат, но бояться поверить в такое счастье.
Похоже, пришла пора признаваться. Думаю, после устранения Амадеуса Эрик больше не скрывает своего «воскрешения».
— Да, это правда, — улыбнулась я.
— Хвала всем богам! — и Фирс так засиял, словно это касалось его самого близкого человека. — Мы так рады!
От этого на душе стало еще светлее.
— Значит, это благодаря ему все произошло? Это он был там во дворце? — полушепотом спросил дальше мужчина.
— Он и его товарищи, — кивнула я, умолчав о своей персоне.
— То есть это тоже все правда?
— Правда, — я снова улыбнулась.
— Ох, вы прямо вознесли меня до небес, леди Хайд! — приложил руки к груди Фирс. — Пойду свою жену обрадую.