Тайный ребенок для безжалостного дона (ЛП)

— Ты не можешь просто убивать всех, кто с тобой не согласен.
— Конечно, могу, — весело говорит он.
— Ребята! — Майкл огрызается. — Кай и Елена все еще здесь.
Я поднимаю взгляд и обнаруживаю, что глаза обеих женщин пристально смотрят на нас. Черт, я забыл об этом.
— Не волнуйся, — говорит Елена, хлопая ресницами. — Вы не оскорбляете наши деликатные чувства своими разговорами. Продолжайте.
— Я бы предпочла, чтобы ты этого не делал, — бормочет Киара.
Я откидываюсь на спинку стула и бросаю на нее извиняющийся взгляд:
— Прости, Ки.
Елена подходит ко мне.
— Кто твоя оппозиция?
Я настороженно смотрю на нее.
— О чем ты сейчас говоришь, беда?
Она закатывает глаза.
— Ты сказал, что у тебя есть оппозиция со всех сторон. Винсент мертв. И насколько я слышала, ты пытал людей, которые встали на его сторону. Кто еще противостоит тебе?
Я собираюсь сказать ей, чтобы она занималась своими делами, когда ее брат открывает свой большой рот.
— Иван.
Я пристально смотрю на него, и он пожимает плечами.
— Твой двоюродный брат? — Киара с любопытством спрашивает.
— Это всего лишь подозрение, — уточняю я.
— Нет, это чертовски сомнительно, что он вернулся сразу после смерти Рикардо, — заявляет Тони. — Почти как будто он этого ждал. Кроме того, он старше тебя, а это значит, что капо могут доверять ему больше. Они могут настаивать на том, чтобы следующим доном стал именно он, а не ты.
Я сжимаю челюсть.
— Он не участвует в бизнесе. Он не знает, как обстоят дела.
— Мы оба знаем, что проблема здесь не в этом. Он змея.
— Разве вы двое не слишком стары для теорий заговора? — спросила Елена. Мы оба поворачиваемся к ней. Ее руки на бедрах, ее взгляд суров: — Я имею в виду, похоже, что Иван не сделал ничего плохого.
— И все же, — выдавливает Тони.
— Точно. Подождите, пока он не даст вам повод для подозрений. Он твой двоюродный брат, — говорит она мне. — Наверное, он приехал домой, чтобы поддержать свою семью. Дайте ему передохнуть.
— Ты говоришь очень оборонительно, беда, — говорю я, чувствуя, как дергается мышца на моей челюсти.
Она пожимает плечами.
— Я просто не думаю, что он плохой парень.
После этого никто из нас не говорит ни слова в течение нескольких секунд. Пока это не сделает Киара.
— Эй, у меня есть идея, — говорит она. — Как насчет вечеринки?
— Вечеринка? — скрещиваю я руки на груди.
— Да. Мой бывший парень всегда говорил, что даже самые ненавистные сердца можно покорить алкоголем и хорошей музыкой.
— Он звучит как сноб, — бормочет Майкл. Мы все делаем вид, что не слышим его.
Улыбка Киары забавляет, когда она продолжает.
— Послушай, ты пытаешься понравиться этим людям, верно?
— Не обязательно. Я хочу, чтобы они меня боялись, — легко говорю я.
— Хорошо. Независимо от твоих намерений, я думаю, что первым делом тебе следует собрать их всех в одном месте. Покажи им, что ты способен. Будь хорошим хозяином, хорошим доном или кем-то еще. Я могу помочь тебе спланировать это. Это может быть твой официальный… — она замолкает. — Промо-вечеринка? Или как бы ты это ни называл.
Я на секунду обдумываю ее слова.
— На самом деле это неплохая идея.
Мы никогда не были теми людьми, которые устраивают вечеринки или посещают их. Моя семья довольно частная. Но отчаянные времена требуют отчаянных мер.
— Вы шутите? Это отличная идея, — смеется Тони. — Я воспользуюсь любым поводом для вечеринки. Ты гений, Ки.
— Я поговорю об этом с моей матерью и Сальвадором. Мы можем устроить вечеринку здесь, — объявляю я.
Елена на удивление тиха. Она отошла от группы, на ее лице появилось странное выражение. Пока Тони начинает обсуждать идеи с Киарой, я подхожу к бильярдному столу и хватаю мяч, который она собиралась поместить в треугольник.
— Что с тобой? — спрашиваю я.
— Ничего, — бормочет она.
— Действительно? Я думал, что именно ты будешь рада вечеринке.
Она пожимает плечами.
— Это будет весело. Хотя, возможно, меня здесь не будет.
— Почему, черт возьми, не будет?
 
— Потому что мне нужно вернуться в Бостон. У меня есть работа, Роман. Обязанности.
Я смотрю на нее секунду и пожимаю плечами.
— Увольняйся. Вернись домой. Задача решена.
Она смотрит на меня с недоверием.
— Этого не произойдет.
— Я вижу это по твоим глазам, волчонок. Ты тоже хочешь вернуться. Если ты это сделаешь, никто не будет думать о тебе хуже.
— Нет, но я буду меньше думать о себе. Я не ухожу, — упрямо говорит она.
Я стискиваю зубы.
— Когда ты возвращаешься?
— Примерно через неделю.
— Хорошо, потому что вечеринка в эти выходные.
Она напрягается.
— В какой день?
— Я не знаю. Думаю, в субботу, — говорю я, смущенный ее реакцией. — Почему? Что-то в этом не так?
— Нет. Ничего вообще. Не могу дождаться, — говорит она с улыбкой на лице, которая, как я сразу понимаю, фальшивая.
Мои глаза сужаются, и я собираюсь расспросить ее дальше, когда Майкл вскакивает на ноги.
— У нас проблема, — объявляет он, глядя на планшет.
Я уже двигаюсь к нему.
— Что это такое?
— Руссо сейчас что-то вывозят со своего склада. Может, это и не так уж важно, но узнать, что это такое, не помешает.
Я киваю:
— Хорошо. Пойдем.
Они вдвоем кивают и, попрощавшись с девочками, мы уходим.
Наше лидерство с Руссо зашло в тупик. Когда мы подошли к убежищу, там все было очищено. Не было никаких подсказок относительно того, что они планируют. С ними что-то происходит, но, кроме как подставить кого-то, чтобы проникнуть в них, у нас нет возможности выяснить, что именно.
Сальвадор посоветовал мне перестать быть параноиком по поводу Руссо и сосредоточиться на своих усилиях со своими людьми. Это был солидный совет, и я так и сделал, приложив все усилия, чтобы вечеринка прошла хорошо.
Звучит спокойная музыка группы, которую мы наняли, и атмосфера довольно прохладная. Здесь около семидесяти человек, в основном капо со своими супругами, смеются, разговаривают и набивают лица едой. Вечеринка проходит на открытом воздухе за нашим домом.
Я рад, что моя мама и Киара смогли это осуществить. Все это они сделали за три дня.
Улыбка на моем лице практически застыла, когда капо подходили ко мне один за другим. Кто-то поздравляет, кто-то выражает соболезнования. Я изучаю их, пытаюсь прочитать между строк, выяснить, кто может вынашивать какие-то гнусные намерения. Эта вечеринка — это не только попытка сделать их со мной более комфортными, но и сбор информации о людях, которые должны защищать меня ценой своей жизни.
— Спасибо, что пришел, Нолан, — говорит моя мать лысеющему мужчине перед нами. Она весь вечер была рядом со мной. Я уверен, что она пытается держать меня в узде, следить, чтобы я не сказал ничего неприятного нашим драгоценным гостям, но я вел себя просто идеально. Совершенно очаровательно и намеренный сделать так, чтобы все прошло хорошо.
Несколько секунд я изучаю Нолана Пайка. Он проработал в нашей семье более десяти лет, и у него двое сыновей — или были. Один из них совершил ошибку, присоединившись к Винсенту, и поплатился за это своей жизнью. Я не могу не задаться вопросом, хочет ли Нолан отомстить. Лицо мужчины гладкое и лишено каких-либо эмоций.
Я протягиваю руку для рукопожатия.
— Да, спасибо, что пришли, Нолан. Мой отец считал тебя ценным приобретением для нашей семьи, и я тоже.
Он пожимает мне руку и коротко кивает.
— Я не вижу Ноя поблизости, — заявляю я, многозначительно оглядываясь в поисках его единственного живого сына.
Нолан пожимает плечами.
— Я уверен, что он где-то здесь.
Моя мама задает ему еще несколько приземленных вопросов о его здоровье, прежде чем перевести нас к следующей паре. Карлсоны всегда были очень преданы нашей семье. Я менее напряжен, когда мы с ними разговариваем.