Дорогое удовольствие (СИ)

Подлетаю к подоконнику и, нырнув взглядом в экран, радостно улыбаюсь – на нем высвечивается все тот же «доизоляторский» номер Пеплова.
– Привет, Антон, – отвечаю не сразу, а после нескольких глубоких вдохов. Не хочется, чтобы голос чересчур дрожал.
– Здравствуй, Камила, – парень, как всегда, звучит максимально спокойно. – Какие планы на сегодняшний вечер?
Божечки! Пеплов интересуется моими планами! И не просто на абстрактное будущее, а на вполне конкретное и неминуемо приближающееся время. Что бы это могло значить?
– Никаких, – наверное, слишком быстро отзываюсь я. – А что?
– Тогда сегодня вместе поужинаем, – не спрашивает, а просто ставит перед фактом. – Я заеду часиков в семь. Какой у тебя теперь адрес?
Гулко сглатываю, изо всех сил пытаясь вникнуть в смысл услышанного. Сердце резиновым мячом отскакивает от ребер, а рука, в которой я держу мобильник, начинает дрожать. Причем так сильно, что я, должно быть, вот-вот его выроню.
– Ты… Тебя отпустили, да? Когда? – путаюсь в словах от переизбытка эмоций, которые, подобно фейерверкам, взрываются где-то в животе и теплой волной прокатываются по грудной клетке.
– Вчера.
Его тон настолько обыденный, что, будь я рядом, непременно запульнула бы в него какой-нибудь вещью – полотенцем или, скажем, перечницей, чтобы взбодрить и привести в чувства! Ну Пеплов дает! С него сняли ужасные обвинения, выпустили из СИЗО, а он звонит и как ни в чем не бывало договаривается об ужине! Так, будто не произошло ничего экстравыдающегося! Совершенно непробиваемый мужчина! Робот, а не человек!
– Обалдеть! – очумело выдыхаю я, все еще пребывая в шоке. – Значит, это все? Черная полоса миновала?
– Да, Камила, это все, – подтверждает он, и я не могу сдержать облегченный вздох. – Так что там насчет адреса? Может, сообщением скинешь?
– Да-да, конечно, – я, как китайский болванчик, усиленно киваю головой. – Сейчас напишу.
– Тогда до скорого, – прощается Антон и, как обычно, первый сбрасывает вызов.
Потрясенно откладываю мобильник в сторону и на несколько секунд прикрываю ладонями веки. Меня бьет крупная дрожь, а на глаза отчего-то наворачиваются слезы. Надо же, оказывается, раньше я и предположить не могла, насколько глубоко Пеплов въелся мне под кожу. От одной только мысли о скорой встрече с ним у меня подскакивает давление и кружится голова, будто я пьяна… Будто хлебнула что-то очень крепкое и отупляющее.
Вот это да! Неужели глава моей жизни под названием «ночные телефонные разговоры с Антоном» теперь останется позади? И что же придет ей на смену? Новое счастье или очередное разочарование?
* * *
В сотый раз за вечер я бросаю оценивающий взор в зеркало и очаровательно улыбаюсь своему отражению. Сегодня мне хочется выглядеть не просто хорошо, а прямо-таки сногсшибательно. Чтобы Пеплов увидел меня и обомлел. Недаром я самого обеда занимаюсь своим внешним видом – душ, тщательная депиляция, укладка волос, примерка нескольких десятков нарядов и, наконец, макияж.
Антон звонит мне ровно в семь и ровным голосом сообщает, что ждем меня у подъезда. Просовываю руки в рукава своего лучшего пальто, натягиваю эффектные ботфорты на высоченных шпильках и, оказавшись на лестничной площадке, долго пытаюсь попасть ключом в замочную скважину. От зашкаливающего волнения пальцы кажутся онемевшим и в край непослушными, поэтому на простую процедуру закрывания двери мне приходится потратить гораздо больше времени, чем обычно.
Когда я наконец выхожу на улицу, внимание горящей стрелой устремляется в сторону неоново-синего Порше, водитель которого, заметив оцепеневшую меня, неспешно выходит навстречу. При виде Пеплова, шикарного и преисполненного несокрушимой уверенностью, в груди взрывается раскаленный добела шар, растекаясь по телу парализующими волнами мурашек.
Господи! Какой же он невероятный! Красивый, статный, породистый. Самый потрясающий мужчина на земле! Аж дух захватывает!
Я забываю, что должна передвигать ногами, и полностью растворяюсь в моменте разглядывания приближающейся фигуры Антона. Он идет ко мне, а я стою на месте, ощущая себя так, словно попала под гипноз, – ни моргнуть, ни пошевелиться не могу.
 
– Ну, привет, – уголки его губ приподнимаются вверх в неимоверно теплой улыбке. – Прекрасно выглядишь.
– П-привет, спасибо, – пищу я, с восторгом рассматривая его ничуть не изменившееся идеально-пропорциональное лицо с легкой небритостью.
Интересно, что случится дальше? Он обнимет меня или, может быть, поцелует?
Однако секундой позже я понимаю, что ничего из вышеперечисленного не произойдет. Окинув меня внимательным взглядом с головы до ног, Пеплов направляется к машине, и мне не остается ничего другого, кроме как молча последовать за ним.
В салоне по-прежнему пахнет мятой, и я, расположившись на пассажирском сиденье, глубоко тяну носом приятный аромат. Воспоминания прошлого мгновенно захватывают меня в свой водоворот, и перед глазами возникает картинка того дня, когда мы с Антоном только познакомились: я сижу в его роскошном автомобиле и размышляю о том, как бы всучить ему себя подороже…
Боже, какая же я была глупая! Сейчас мне уже с трудом верится, что подобные мысли всерьез крутились в моей голове… Стыдно даже как-то становится. Словами не передать, как.
Всю дорогу до ресторана мы говорим о каких-то совершенно незначительных вещах: о погоде, моей работе и последних политических новостях. Не знаю, как Антон, но лично я не могу отделаться от сковывающего по рукам и ногам смущения, которое, впрочем, искусно маскирую за непринужденной болтовней. Мне не хочется всем своим видом показывать, что встреча с ним для меня целое событие. Пускай думает, что я рада, но не более того.
Прошедшие полгода я много анализировала наше с Пепловом совместное прошлое и пришла к выводу, что совершила ошибку, столь рьяно навязывая ему себя и свое общество. Мужчины по природе охотники, поэтому нам, женщинам, порой нужно прикинуться невинной жертвой, чтобы пробудить у сильного пола тягу к завоеванию. Именно такую тактику поведения я избрала для сегодняшнего вечера и твердо намерена ее придерживаться: никакой инициативы, лишь благосклонная готовность ее принимать.
Посмотрим, что из этого выйдет.
  
Глава 58
 
Припарковавшись у ресторана, Антон покидает автомобиль и, обогнув его, галантным жестом распахивает передо мной дверцу. Честно говоря, раньше я не замечала за ним подобных джентельменских наклонностей, но это даже к лучшему. Мне нравится думать, что теперь между нами все будет иначе.
На входе нас встречает широко улыбающаяся девушка-хостес и, вежливо поздоровавшись, провожает к заранее забронированному столику. В былые времена мы с Пепловом довольно часто посещали фешенебельные заведения, но за последние полгода я порядком отвыкла от такого. Как правило, в мишленовских ресторанах цены космические, и даже мне с моей существенно возросшей зарплатой столь пафосные места не по карману.
Сделав заказ, Пеплов откладывает меню в сторону и впивается в меня пристальным взглядом. Изучает, визуально ощупывает, подмечает детали.
– Ты молодец, что сняла квартиру, – вдруг заявляет он. – Личное пространство крайне важно.
– Не то слово! – охотно подхватываю я. – Мне так нравится, что все лежит на своих местах. А еще можно ходить хоть голышом, и никто ничего не скажет.
– Да что ты? – Антон иронично приподнимает бровь. – И часто такое практикуешь?
– Эм… Нет, – мгновенно тушуюсь я, опасаясь выставить себя в невыгодном свете.
Кромешный мрак его глаз вновь засасывает меня в свою глубину, и я, легонько прокашлявшись, направляю разговор в более безопасное русло:
– А ты как провел свои первые дни на свободе? Чем занимался?
– В основном рабочими вопросами, – отзывается он, откидываясь на спинку дивана и закидывая на нее руки так, что его ладонь оказывается буквально в паре сантиметров от моей шеи. – Ну, и к родителям, само собой, заехал.