Почти мой (СИ)

— Спасибо за предложение, сэр. Я правда польщена. Но вам …ошибочно по…показалось, — убираю со стола всё ненужное и решаюсь снова на него взглянуть, прежде чем смыться, чтобы оценить степень его недовольства. — Желаете ещё что-нибудь?
— Я редко ошибаюсь. И точно не на этот раз. Ты свободна, — бросает он, не глядя на меня. Надо же, обиделся. Как пить дать экзамен я провалила. И чтобы прекратить свои мучения спрашиваю его об этом прямо в лоб.
— Я не сдала экзамен, мистер Флэш?
— Решение ещё не принято! — жёстко отрезал он мне. Ясно, если его и примут, то точно не в мою пользу, судя по этому разочарованному выражению лица.
Он так быстро поел и ушёл, что мы с Тиной даже не заметили, когда это случилось. Последние сорок минут рабочего времени я не работала, а изводила свою нервную систему. Мысленно проклиная по очереди то генерала, то свою тупость и трусость. Поэтому выйдя через чёрный ход, решила немного пройтись пешком и проветриться, прежде чем ловить такси. Конечно, меня не могла не напрячь машина, мигнувшая мне фарами в безлюдном переулке. Бежать некуда. Сзади тупик и двери ресторана уже закрыты, а спереди этот на крутой тачке. Смотрю, как открывается пассажирская дверца рядом с водителем, в салоне загорается свет и честное слово, мне хочется завизжать, когда я увидела за рулём самого генерала!
— Залезай! Ты, кажется, хотела узнать насчёт результата? — небрежно кивает он мне.
— У меня может мало опыта, но я прекрасно знаю, что мужчина просто так не предлагает девушке сесть к нему в машину, — выпалила я, набравшись смелости, уже мысленно попрощавшись с этой работой. К моему ужас он выходит из машины и идёт прямо ко мне. Нет чтобы драпануть прямо по улице, я почему-то начинаю пятиться, пока не упираюсь спиной в стену здания.  
— Рад, что ты настолько всесторонне развита, — и вот он уже подошёл впритык и деваться мне уже некуда, даже если вдруг дёрнусь — он поймает. — Я что предлагал тебе что-то конкретное? Обычно я не юлю, а говорю прямо, если хочу, чтобы меня удовлетворили орально или каким-то другим способом. По-моему, я сказал, что мне нужна компания. Это уже ты вообразила бог знает что, — чёткий и сильный удар по моей самооценке. Только что мне дали понять, что как женщина я его не привлекаю. Хотя с другой стороны, нужно признать его правоту, что-то я не в ту сторону размечталась. На фиг он мне сдался? А я ему зачем? В его постели только длинноногие и грудастые модели валяться, а изящная официантка с грудью первого размера вряд ли будоражит его фантазию. — Так ты сядешь в машину или мне тебя ещё немного поуговаривать? — разворачиваясь, он идёт к машине, открывает для меня пассажирскую дверцу и ждёт. У меня, наверное, глюки, гриб какой-то левый в салате попался. Была не была, отделяюсь от стены и сажусь на переднее сидение.
— Пристегнись! — велит он, прыгая за руль.
Без толку дёргаю за ремень, то ли охляла от волнения, то ли там что-то заело. Генерал резко тянется мне помочь, явно раздражаясь моей бестолковостью, хватается за шлейку ремня и …замирает, глядя мне в глаза, потому что наши лица находятся уж слишком близко. Ох, чувствую одним местом, что зря я в эту машину села. Что-то в этих глазах бесята начали выглядывать, и правая бровка так мило изогнулась:
— А ты сплошная девственница или всё-таки попытки были?
Дар речи у меня всё-таки наконец отобрало, осталось дождаться, когда я ещё и сознание потеряю. Вот он удивится. — Закрой глаза, Дженни! — как ни странно я подчиняюсь, потому что мне легче, когда я на него не смотрю.
— Ничего такого не будет. Только это, — добавляет он шёпотом, накрывая своими губами мой рот.
  
Глава 4
 
Где же этот искуситель научился так невероятно целоваться? Или это нужно таким уродиться? Замираю и не дышу, всё внимание на губах, сейчас здесь сосредоточилась и пульсирует моя вселенная. На том, как он играет сначала с моей нижней губой, затем с верхней, раздвигая их уверенным языком. Двигается так изыскано-завораживающе, лаская мой несмелый язычок. Ещё пять минут таких поцелуев и у меня точно сорвёт крышу, захочется снять одежду и отдаться этому дьяволу прямо здесь, в машине. Потому что такое бесподобное умение целоваться вполне способно захватить власть над тобой, подчинить и заставить хотеть ещё, мечтать, чтоб хоть разочек когда-нибудь, с ним. …И вдруг меня это начинает злить, что этот деликатес достался мне случайно, что со мной просто захотели поиграть на десерт. И от накатившего чувства обиды я вдруг кусаю его за губу! Причём так ощутимо, что, возмущённо вскрикнув, он наконец от меня отстранился.
 
— Зачем ты это сделала? — хмурит свои идеальные брови. Если что меня этим ремнём безопасности и придушить можно.
— Чтоб не раскатывали губу, я вовсе не такая девушка. За должность официантки я ноги перед вами раздвигать не собираюсь, хотя, нужно сказать, целуетесь вы просто по чумовому, по высшему разряду. Теперь будет на что равняться в будущем, просто так это не забудешь. Или после того, как ваш язык побывал у меня во рту, мы можем перейти на «ты»? — отважно пыхчу в ответ, залипнув в эти опасные глаза. Только бы он снова не полез со своим поцелуями, иначе пару таких попыток и я всё-таки обогащу свой сексуальный опыт, стану такой же, как те несчастные, имена которых он даже не помнит.
— Поцелуя недостаточно, чтобы вот так сразу и на «ты». Я редко кому позволяю со мной фривольничать, — заводя двигатель, сдаёт назад. Я сжимаюсь до одного сплошного нерва, с губ готов сорваться мучающий меня вопрос, но видно по моим перепуганным глазам он и так всё понял. — Далеко живёшь?
— На противоположном берегу, район Милроу, целых три квартала, кто еле сводит концы с концами. Вы собрались везти меня домой?
— Может быть. Я ещё не решил.
— Что ж так сложно с решениями. С экзаменом не решил, куда едем не определился, — еле слышно бормочу себе под нос, но он всё равно услышал.
— Это у меня на тебя такая реакция, — хмыкает генерал, хищно усмехаясь.
— Тогда, пожалуйста, высадите меня на ближайшей остановке. Дождусь последнего автобуса или поймаю такси, — мне не нравится скорость, с какой мы несёмся по дороге.
— Боишься меня?
— Да! — откровенно выдыхаю я, а он ещё сильнее жмёт на газ, даже не думая высаживать меня на автобусной остановке, мчась в сторону трассы.
— Правильно делаешь, что боишься. Потому что девушка должна быть осторожной и разборчивой, да? Ведь такому как мне легко сойдёт с рук развлечение с молоденькой официанткой. Так что ты теряешь, Дженни? Если сдашься на мою милость?
— Себя.
— Хм, интересно. То есть твоё отражение каждый раз будет капать тебе на совесть, что ты провела незабываемую ночь с опытным мужчиной? Что плохого в том, если ты расширишь свои познания, в жизни постоянно нужно чему-то учиться?
— Я не против познаний, но я не хочу быть игрушкой, чьей-то забавой на одну ночь. Разве вам не хочется заниматься любовью с особенной женщиной, с любимой, с постоянной?
— Мне нравится тема нашего спора и я готов привести аргументы. Посмотрим, как ты их отобьёшь, — зажегся он, засветившись упрямой улыбкой, просто убийственно-заносчивый шедевр. — К слову, пока не забыл, если продержишься со мной до утра — работа твоя. Так вот, вернёмся к твоим словам насчёт игрушки. Скажи, муж, оставивший жену после трёх лет брака, поступает лучше, чем тот мужчина, который предлагает восхитительный, ни к чему не обязывающий секс свободной симпатичной девушке? Разве поступок мужа, который наигравший своей женой уходит к другой не ужаснее? В чём мораль? В условно-постоянных отношениях и якобы любви, которая имеет свойство испаряться, оставляя после себя кислотные раны? Чем плохо жить в своё удовольствие? У меня есть постоянная любовница, но мне сегодня не хочется с ней встречаться, она мне вряд ли поможет, а вот ты очень здорово отвлекаешь меня от моих проблем. Так что я делаю плохого? Ты знаешь, что, опираясь на социологические опросы, правильные люди слишком скучные? От них воздух прокисает. Женщине особенно к лицу быть немного пришибленной, чтобы внутри что-то бурлило, а из глаз сыпалось озорство, упрямство и желание накосячить. Запоминаешь или может лучше начать записывать? Я тут тебе, между прочим, советы бесплатно раздаю, как стать неотразимой.