Мой адрес — Советский Союз! Дилогия (СИ)

По пути на пляж ловим на себе заинтересованные взгляды. Ещё бы, все четверо в шортах, что для нынешнего времени считается ещё экзотикой. Знаю, что, если в шортах появиться в городе, могут и оштрафовать. Хотя шорты официально не были запрещены.
– Выходит, будем каждый день приходить сюда загорать? – спрашивает Вадим, опуская на покрывало корзинку с припасами.
– Можем для разнообразия в Ригу съездить, – говорю я. – Отсюда вроде бы автобусы регулярно ходят в обоих направлениях. Пофотографируемся на фоне местной архитектуры и прочих достопримечательностей. А так да, почему бы и не поваляться на песочке, не поплавать в море? Мы же отдыхать приехали? Ну вот и давайте делать на полную катушку. Забыть на время обо всех проблемах – они ещё нас сами найдут – и просто заняться ничегонеделанием. Понимаю, нам, молодым, это дастся нелегко, но мы приложим все усилия. Верно я говорю?
С двусмысленной усмешкой оглядываю своих соратников, те тоже с улыбкой согласно кивают. Ну а что минувшая ночь настроила всех нас на позитивный лад. Балтийское солнце не такое злое, как черноморское, поэтому загорать можно было без опасения получить солнечный удар или ожог спины. Хотя, конечно, во всём нужно знать меру. Панамки в этом плане пригодились, чтобы прикрыть голову. Прямо на пляжах для детей и взрослых работали аттракционы. В общем, доступны были любые виды отдыха.
Чтобы загорать не было скучно, каждый прихватил по книге. Я взял начатую ещё в Свердловске книгу Мартынова «Каллисто», и заодно продолжение – «Каллистяне». Читал в прошлой жизни подростком в читальном зале библиотеки, на руки эти книги почему‑то не выдавали. А в этот раз на «блошином рынке» углядел детгизовское издание 1962 года с иллюстрациями Рубинштейна, купил у пенсионера за пятёрку обе книги. В хорошем состоянии, все страницы на месте и даже без жирных пятен. Дилогия хоть и рассчитана на подростковую аудиторию, но и мне неплохо сейчас заходила. Написано хорошо, сюжет увлекательный, пусть я и помнил его неплохо.
Вообще, конечно, большая беда в стране с приключенческой литературой и фантастикой. Сочинений Ленина завались в каждой библиотеке, а беллетристики – кот наплакал. Вот бы журнала выпустить, в котором публиковалась бы только приключенческие и фантастические произведения. Не только советских, но и зарубежных авторов. Помню, как в журнале «Вокруг света» публиковался частями урезанный роман Хайнлайна «Пасынки Вселенной», и как эти номера тут же становились страшным дефицитом, их даже перепродавали втридорога.
А что, заявиться по возвращении в Свердловск в редакцию «Уральского следопыта», который в этом году на двадцать лет вперёд возглавил Станислав Мешавкин, и предложить выпускать альманах «Приключения и фантастика», сокращённо ПиФ. Ведь с прилавков «Союзпечати» сметать будут моментально, а уж сколько подпишутся… Фантастику и в самом «Следопыте» публикуют, но только рассказы, а альманах можно полностью посвятить литературным произведениям.
Жаль, что нельзя открыть свой, частный журнал. В принципе предпринимательство как таковое в СССР не запрещено. Были и есть артели, кооперативы, ЛПХ… Вот только запрещён найм на работу сотрудников. То есть предприниматель не мог стать работодателем. А всё потому, что факт найма на работу – это в коммунистической идеологии эксплуатация человека человеком. Разрешена только эксплуатация человека государством. И потому единственный путь – к Мешавкину.
Обедать мы никуда не ходили, хватило взятых с собой припасов. Налитый в термос морс – своего рода комплимент от хозяйки нашего коттеджа – хранил прохладу и пился легко и приятно. Пожалели, что у нас только один такой литровый термос. Зато неподалёку от пляжа, я помнил, в тени дерева стояла квасная бочка. Слетал к ней, набрал квасу, и на пару часов нам ещё хватило утолить жажду.
Ушли с пляжа в пятом часу вечера, когда уже просто устали валяться на песке и купаться в прохладном море. Напоследок с Вадимом устроили заплыв на дальность. Друг сдался где‑то через сотню метров и повернул обратно, я же проплыл ещё примерно столько же, до девушки на надувном матрасе.
 
Та лежала на животе, прикрыв голову широкополой соломенной шляпой с синей лентой по низу тульи. Если не ошибаюсь, эта часть шляпы называется бэнд. Услышав плеск воды, подняла голову и не без удивления посмотрела на меня. А я на неё с не меньшим удивлением, потому что лицо её показалось мне знакомым.
– Здравствуйте! – выдавил из себя я.
– Здравствуйте! – тоже улыбнулась она, и в её речи проскользнул лёгкий акцент. – Далеко вы заплыли.
– Да не так уж и далеко, – я обернулся назад, оценивая оставленное позади расстояние, и снова обратил лицо к девушке. – Вы, наверное, местная?
– Сейчас живу в Риге, а родилась в Цесисе. Это небольшой городок почти в 100 километрах от Риги. А что, по мне так это заметно?
– Внешность характерная и акцент… Причём вам идёт и то, и другое.
Она негромко рассмеялась.
– Спасибо за комплимент. А вы откуда, если не секрет?
– Из Свердловска.
– Ого, далеко забрались!
– Мы вчетвером с женой и друзьями решили недельку отдохнуть. Каникулы, надо же как‑то себя развлечь.
– Ого, уже женаты?! А по виду прям студент…
– Так мы и есть студенты. Я с другом учусь в политехе, моя жена с подругой – в музыкальном училище. А вы где учитесь, если не секрет?
– Не секрет, только я не учусь, а пою в Рижском эстрадном оркестре.
Та‑ак, похоже, я не ошибся в своих предположениях. Но нужно всё же окончательно расставить все точки над i.
– А как вас звать, милая девушка?
– Лайма.
– Красивое имя, почти как лайм. Знаете, это…
– Знаю, – смеётся она, – это такой зелёный лимон. А вас как звать?
– А меня Евгений.
– Слушайте, Евгений… Я сегодня вечером выступаю на сцене зала «Дзинтари» вместе с нашим оркестром. Приглашаю вас с друзьями на это мероприятие. Начало в семь вечера.
– Ну раз приглашаете – то обязательно будем, – говорю я, понимая, что вечером нам особо заняться нечем, а так хоть какое‑то развлечение. – билетами надо заранее запастись или они обычно бывают в продаже?
– Какие билеты, я вас так проведу, – мило морщит она носик. – Подходите за полчаса к запасному выходу с обратной стороны зала, я буду вас там ждать.
– Договорились.
Я развернулся и не спеша поплыл обратно. Новость о том, что нас пригласили на концерт, пусть и не эстрадной звезды, моим соратникам понравилась. Откуда им было знать, что Паулс уже своего рода звезда, хотя главные его хиты впереди, а Вайкуле в середине 80‑х покорит наконец эстрадный Олимп. Но в этой реальности её путь на вершину может оказаться короче, и в этом может оказаться моя заслуга.
К мероприятию оделись поприличнее. Мы с Вадимом нацепили прихваченные из Свердловска брюки и сорочки, которые наши половинки нам погладили, девчонки просто облачились в платьишки и босоножки. Вадим даже высказывался в том смысле, что можно и пиджак с галстуком надеть, но я отговорил его от этой идеи. Вроде ближе к вечеру в Юрмале и не так жарко, но выглядеть слишком официально на эстрадном концерте не хотелось, чай не в Кремле.
Зал «Дзинтари» ещё не тот, который знаком телезрителям будущего по выездным фестивалям КВН, но очертания угадываются. Когда мы подошли к запасному выходу, Лайма уже нас поджидала.
– Привет! Это моя супруга Полина. Это наши друзья Настя и Вадим, представил я своих спутников.
Если Лайма и замышляла что‑нибудь относительно того, как бы меня закадрить, то, услышав про жену, ничуть не изменилась в лице. Всё та же улыбка на чуть подкрашенных губах. Косметики на её лице было самый минимум, как раз в меру, но то же самое можно было сказать и про Полину с Настей, которые перед походи на мероприятие, так сказать, лишь слегка припудрили, свои носики.
Солд‑аута, то бишь аншлага ожидать было трудно, и места нам достались в середине зала, откуда всё было хорошо слышно и видно. На сцене появились участники оркестра, место за роялем занял сам маэстро Паулс, вполне ещё моложавый, только на висках, как я мог разглядеть, небольшая седина. К микрофону вышла Вайкуле, а сзади неё появилась балетная группа.