Первый среди королей – Варяг II (СИ)

— Куда ушёл человек, который рассказывал здесь истории? — спросил Велемир у молодой женщины с корзиной яблок.
— Какой-то богатый купец пригласил его в свой дом, — ответила та. — Сказал, что хочет устроить пир и развлечь гостей древними преданиями. Они ушли вон в ту сторону, — она махнула рукой в направлении богатых усадеб, расположенных у подножия княжеского холма.
  
Виктор и Велемир переглянулись. Тот, кого они искали, уже начал проникать в дома знати, где его слова могли посеять семена раздора в самой плодородной почве.
— Знаешь, кто из купцов мог пригласить сказителя? — спросил Виктор.
Велемир задумался. Он хорошо знал город и его жителей, но богатых домов в этой части Киева было немало.
— Может быть Всеслав, — предположил он. — Богатый торговец мехами, не очень доволен новой властью. Или Добрыня, купец из греческих земель. Оба любят устраивать пиры и собирать у себя сказителей.
— Разделимся, — решил Виктор. — Я проверю дом Всеслава, ты — Добрыни. Если не найдём — встретимся снова здесь через час и продолжим поиски.
Велемир кивнул, соглашаясь с планом, хотя идея разделиться не вызывала у него энтузиазма. Один на один с тёмным противником Виктора у него было мало шансов. Но выбора не оставалось — время работало против них.
Они разошлись, каждый в свою сторону. Велемир направился к дому Добрыни — богатому двухэтажному строению, окружённому высоким частоколом. У ворот стояла стража — верные дружинники купца, следившие, чтобы чернь не беспокоила хозяина.
— Куда направляешься, старик? — преградил ему путь один из них, положив руку на рукоять меча.
— К Добрыне, — ответил Велемир. — С важным делом.
— Господин принимает гостей, — хмуро сказал стражник. — Не велел никого пускать.
— Я слышал, что среди гостей есть сказитель, — настаивал Велемир. — Хотел бы послушать его истории.
Стражник колебался. С одной стороны, старый волхв был уважаемым человеком в городе, и отказать ему было неуважительно. С другой — приказ хозяина ясен: никого не пускать.
— Подожди здесь, — решил он наконец. — Спрошу у господина.
Он скрылся за воротами, оставив Велемира под присмотром второго стражника. Прошло несколько долгих минут, прежде чем он вернулся.
— Господин велел пропустить тебя, — сказал он, открывая калитку в воротах. — Проходи, но веди себя тихо. Господин не любит, когда мешают его гостям.
Велемир поклонился и вошёл во двор. Дом Добрыни был полон признаков богатства — ухоженный сад, резные наличники на окнах, конюшня с породистыми лошадьми. У крыльца его встретил сам хозяин — грузный мужчина средних лет в дорогих одеждах, расшитых золотыми нитями.
— Волхв Велемир, — поприветствовал он гостя с лёгким поклоном. — Необычно видеть тебя в моём доме. Говорят, ты хочешь послушать сказителя?
— Да, — подтвердил Велемир. — Слышал, что у тебя гостит удивительный рассказчик историй.
Лицо Добрыни осветилось улыбкой.
— Воистину удивительный! Никогда не слышал подобного. Он знает предания, которых не помнят даже старейшие из нас. Проходи, он как раз рассказывает о временах, когда нашими землями правили не варяги, а местные княжеские роды.
Они вошли в просторную горницу, где собралось около двух десятков гостей — знатные киевляне, богатые купцы, даже несколько боярских жён, что было редкостью для таких собраний. Все они сидели полукругом, внимая человеку, стоявшему в центре комнаты.
Это был он — тот самый тёмноволосый сказитель с рынка. Теперь, в богатом доме, он выглядел ещё более внушительно. Высокий, с идеально прямой осанкой, с длинными волосами цвета воронова крыла, заплетёнными в сложную косу. Одет он был просто, но со вкусом — дорогая льняная рубаха, расшитая по вороту красным узором, тёмные штаны, заправленные в мягкие кожаные сапоги, широкий пояс с серебряной пряжкой. Но главное — глаза. Даже не вглядываясь, Велемир чувствовал их необычность — тёмные, словно бездонные колодцы, с тлеющими угольками в глубине.
— … И так продолжалось много поколений, — говорил сказитель мелодичным, словно льющимся голосом. — Земли полян и древлян, северян и вятичей жили по своим обычаям, выбирали своих князей. Мудрые старейшины решали споры, храбрые воины защищали границы. И не было нужды им в чужих правителях, в варягах с далёкого севера.
Гости слушали, завороженные. Велемир заметил, как некоторые из них согласно кивают, как будто сказитель озвучивал их собственные мысли.
— Но пришла беда, — продолжал чужак. — Раздоры между племенами, происки хазар с востока, набеги степняков с юга. Ослабли славянские земли, перессорились между собой. И тогда решили старейшины призвать князя со стороны, чтобы судил по справедливости, не имея родства ни с одним из племён. Так появился Рюрик со своими братьями.
Сказитель сделал паузу, оглядывая слушателей. Его взгляд на мгновение задержался на Велемире, в тёмных глазах блеснуло узнавание.
— Мудрым был Рюрик, — продолжил он после паузы. — Укрепил северные земли, защитил от врагов, установил порядок. Но был у него один грех — жажда власти, передавшаяся и его потомкам. Не просто править хотел он и его род, но подчинить себе все славянские земли, заставить их склониться перед варяжской дружиной.
По комнате пробежал шёпот. Сказитель явно говорил о нынешних событиях, о захвате Киева Олегом и Игорем, но делал это завуалированно, через историю о Рюрике.
— А правильно ли это? — спросил он, обводя взглядом слушателей. — Призвали варягов для порядка, но не для господства. Разве не вольны славянские племена сами решать, кто будет ими править? Разве не достойны они сами выбирать князей из своих родов, а не подчиняться пришельцам из-за моря?
Велемир видел, как его слова действуют на собравшихся. Сомнение, недовольство, затаённая обида — всё это отражалось на лицах киевской знати. Сказитель умело играл на их чувствах, подталкивая к мысли, что власть Игоря незаконна не только из-за способа её получения, но и по сути — как власть северянина над южными землями.
— А что думает почтенный волхв? — неожиданно обратился к нему сказитель. — Ты хранитель древних традиций. Скажи, правы ли мы, позволяя чужакам править нашими землями?
Все взгляды обратились к Велемиру. Он чувствовал, как сказитель пытается загнать его в ловушку. Любой ответ мог быть использован против новой власти, против единства, которое пытался создать Олег.
— Традиции говорят, — медленно начал волхв, тщательно подбирая слова, — что сила правителя не в его происхождении, а в его делах. Мудрый князь заботится о своём народе, защищает от врагов, поддерживает справедливость. Плохой князь думает только о собственной выгоде, угнетает подданных, ведёт к гибели. И неважно, родился ли он среди славян или пришёл из-за моря.
  
Он сделал паузу, переводя дыхание, затем продолжил: