"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

Осторожно.
Аккуратно.
Вдумчиво.
Подлавливая, когда гёты открывались, чтобы впустую по щитам не работать. А открываться им приходилось постоянно. Тем более что сильно выступающие полубашни… этакие вариации на тему бастионов позволяли обслуживать гостей с флангов самым убедительным образом. Ну и с фронта тоже действовали. Отчего получалось, что в гётов пули, стрелы и дротики летели разом с трех сторон.
  
Как несложно догадаться — попытка штурма очень быстро захлебнулась. Германцев и пришло не так чтобы сильно много — где-то за тысячу. И потери, несмотря на слабую интенсивность обстрела, оказались весьма ощутимые.
А дальше случилось прекрасное — они побежали.
Попытались.
Внешний склон рва имел высоту порядка трех метров при очень крутом профиле. И выбраться по нему наружу представлялось весьма нетривиальной задачей. Тем более что грунт в этом сухом рве был плотно утрамбован и пролит известковым раствором. Уже год как. Отчего имел определенную твердость и гладкость.
Получалась западня.
Спрыгнуть — спрыгнули.
А обратно — никак.
И защитники еще в спину накидывают. Спасло только наличие штурмовых лестниц. На стены залезть по ним не получалось, а вот наружу — вполне. Так что, всех не перебили. Многие ушли. Но и прилично полегло там — во рве. В особенности раненные, у которых просто не было никаких шансов выбраться из этого огненного мешка…
— Куда же вы? — крикнула в рупор Дарья на языке гётов. — Мара очень ждет вас. Не разочаровывайте ее!
Германцы не отвечали.
Даже невооруженным глазом было видно то, насколько подавлены и мрачны эти люди.
Казалось бы — невысокая стена. А поди ж ты — не забраться. Во всяком случае вот так — с кондачка. Очень уж ров они недооценили. Даже поглазеть не подходили. Да и на что там смотреть? Что они, рвов не видели?
— Их слишком много ушло, — недовольно пробурчала Мила, глядя им вслед.
— Что ты⁈ — замахал руками Рудомир. — Ты посмотри сколько там трупов? — кивнул он на ров. — Куда больше-то? Нам их еще оттуда вытаскивать.
— Сигимер ушел. Живучая тварь.
— Такие потери не в каждом набеге на ромеев случаются. Если он собирал войско, то ему конец.
— Ой ли? Я его знаю — он выкрутится.
— Поверь — ему конец. В натиске участвовало около тысячи человек. А тут вон лежит около двух сотен. Считай, каждого пятого потерял. Ему этого не простят. Тем более что после поражения им еще идти по землям тех, кому они угрожали. Не все пройдут.
— Так что же? Он снова атакует?
— А как же? У него выбора нет. Мыслю — хворостом станет ров закидывать, прикрываясь щитами. Легких метательных копий сейчас наделает великое множество. Да, без кованого наконечника, но и обожженные концы сойдут. Те, что у них с собой имелись… там слезы. Видать, не знал, на что идет.
— Точно наделает?
— Да кто его знает? Я бы так и поступил. Им нужно не давать нам высунуться. Для этого и такие легкие копья сойдут. Много. ОЧЕНЬ много. В лицо или шею прилетит — мало не покажет. Да и даже в грудь, прикрытую гамбезом. Синяк точно останется, а то и ребро сломает или чего хуже.
— Но ты — это ты.
— Мыслишь — они дурнее?
— Их Берослав не учил. Хотя… кто знает, что у них в голове. Может, ты и прав.
— Нужно думать, как их на стенах принимать. Сейчас они умылись кровью и отошли. Многое увидели и поняли. В следующий раз таких ошибок повторять не станут. И нам точно придется драться с ними на стенах.
— Или не придется… — задумчиво произнесла Дарья с загадочной улыбкой…
* * *
Караван из трех больших римских торговых кораблей, чуть поскрипывая снастями, приближался к самому узкому месту Малаккского пролива.
Легкий ветерок приятно освежал в этот жаркий день.
Паруса же едва тянули.
И ладно слабо, так еще и не вполне туда. Из-за чего приходилось буквально ползти чуть ли не боком.
Такое здесь случалось. Во всяком случае, капитаны, ходившее в земли Биунам [243] были к такому привыкши. Морально. Ибо слышал неоднократно…
— Нет никого, — произнес командир наемного отряда осматриваясь.
— Ну нет и нет. Мало ли? — пожал плечами капитан.
— Я уже восьмой раз тут и такое еще не встречал. Обычно хоть кто-то да плывет. Место оживленное.
Капитан развивать тему и спорить не стал.
Вон — экипаж уши развесил. А его тревожить было совсем ни к чему. Поэтому еще раз пожав плечами и, разведя руками, он отошел от командира наемников и устало потер лицо.
Это плавание проходило тревожно.
Компасы и зеркала, которые они везли, вызывали неизменный ажиотаж. И платили за них щедро. Особенно за зеркала. О! Порой едва до драк не доходило. Из-за чего в трюме корабля уже и шелка хватало, и золота с серебром, и драгоценных камней. Они бы дальше и не пошли, продав все свои товары там — в Индии. Но в этот раз им требовалось раздобыть те растения, которые интересовали Берослава, вот и забирались все дальше и дальше на восток, полагая Буинам не как цель, а как один из портов по пути…
— Как бы разбойный люд про нас не прознал, — произнес командир наемников подойдя. Отчего у капитана дернулась щека.
— Не нагнетай, — буркнул он, пытаясь всячески давая понять — не стоит развивать тему.
Но не вышло.
И следующие полчаса капитан вынужденно участвовал в импровизированном допросе. Командир наемников, который отвечал за сохранность и безопасность грузов, вдумчиво расспрашивал его о том, как проходили последние сделки. Кто участвовал. Кто мог слышать или видеть торги. Ну и так далее.
Капитан отвечал.
Он был обязан отвечать на такие вопросы. Хотя и не желал. Команда волей — неволей подтягивалась и даже в чем-то втягивалась. Вон — то один, то другой припоминал странных людей, что вились вокруг корабля в последнем порту.
Впрочем, опросу завершиться оказалось не суждено.
Из-за ближайшего островка, поросшего буйной тропической растительностью, выскочило несколько боевых гребных корабликов. Мелких. В несколько раз меньше, чем любой из трех торговых судов римлян. Но их вон сколько — почти десяток. И на каждом — толпа людей.
— К бою! — рявкнул командир наемников.
Его рев услышали на двух других кораблях. Благо, что они шли совсем недалеко…
  
Глава 7
 
171, липень (июль), 3
— На нас напали! — громко произнес вестовой, забегая в шатер.
Берослав устало на него посмотрел.
Молча кивнул, чуть бы не ляпнув что-то в духе «За Лордерон» в качестве отклика.
Потер лицо, избавляясь от наваждения, и направился на «мостик» не так чтобы решительной походкой, но вполне уверенной.
Спешить не хотелось.
Совсем.
Ибо германцы их порядочно достали, имитируя атаки. Построятся такие. Покричат. И побегут вперед. А потом резко, где-то шагов со ста — ста пятидесяти останавливаются и, показывая всякие обидные жесты, уходят назад.
Нервы это трепало.
Да и силы истощало, не давая людям нормально отдохнуть. Заодно сбивая бдительность. С чем князь и боролся, заставляя всех раз за разом отрабатывать по полной программе. Не манкируя своими обязанностями и не отмахиваясь, дескать, все равно атаки не будет.
— А вдруг будет? — спрашивал он на каждом собрании — этаком «разводе», которые он для командиров проводил каждое утро и вечер. — Вот увидят они, что мы не готовимся и не остановятся в своем натиске. И что дальше? Хотите, чтобы нас всех вырезали?
  
— Но люди же устают.
— Германцы устают сильнее. Нам нужно встать. Пройти полсотни, максимум сто шагов. И занять позиции. Им же выйти из лагеря. Построится. Поорать. Потом еще пробежать несколько сотен шагов. И вернутся. Их это изматывает намного сильнее, чем нас. Тем более — питание. Мы едим сытно, организованно и по распорядку. А они? Как придется и что придется. Нам тяжело, но НАМНОГО тяжелее…