"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

— Ты хочешь сказать…
— Ага, — кивнула Синтия, — погоди, я сейчас.
НЕЙРО просочилась сквозь стекло, намереваясь добраться до Корнела, но безрезультатно. Слишком большой оказалась арена и слишком маленьким расстояние, на которое она могла от меня отлучаться.
Вернувшись, НЕЙРО огорчённо вздохнула.
— Не переживай. Ещё успеешь «препарировать» нашего знакомого. Зато, теперь понятно, откуда Кармелия обзавелась идеей заполучить ребёнка от летвира. Как дарминцы вообще смогли его воспитать? И почему столь сильный представитель нашей расы, пусть и смесок, оказался неучтённым?
  
— А вот это ты не у меня спрашивай? — хмыкнула Синтия.
— Это я так, мысли вслух. Хотя, по его внешнему виду и не скажешь. Вылитый дарминец.
— Ага, со способностями летвира.
  
Глава 9
 
Я прекрасно видел, наблюдая за схваткой, как дарминец ломал волю твари. Оперировал парень менталом топорно, но действенно. Я бы стал делать по-другому, но тут всё зависело от обучения.
Ментальные удары были плохо разработаны, бил Корнел наугад, пытаясь продавить чистой силой. Неправильный подход. К концу боя он окажется так измотан, что с трудом сможет стоять на ногах.
Дарминец уже сейчас насиловал свой разум, истощая и доводя до последнего предела.
— Синтия, какого хрена его НЕЙРО не даёт подсказок?
— Думаю, она тоже в замешательстве. Развитие симбионта идет вместе со своим хозяином. Оно линейно. Нейросеть летвиров должна обучаться по специальным техникам. НЕЙРО такой же ребёнок, появившийся на свет, как её хозяин: ничего не знающий и не понимающий в первые месяцы жизни. Она взрослеет вместе с носителем. Осознание себя происходит планомерно. К тому-же, без подручных инструментов, подталкивающих к развитию, она вообще может остаться в зачаточном состоянии, не имея возможности ощутить свою целостность и обособленность от своего господина.
— То есть, остаться на уровне обыкновенной нейросети? — поинтересовался у Синтии.
— Да.
— Думаешь, у Корнела именно так и случилось?
— Понятия не имею. Всё слишком сложно и индивидуально. У парня может вообще не оказаться естественной НЕЙРО.
— Хреново.
Лично я уже не представлял существования без своей болтливой подружки.
— Именно поэтому летвиры всегда отслеживают детей, родившихся при смешении рас. Без применения специальных техник, они остаются неполноценными.
— Хм-м, а ты, как я понимаю, с этими техниками знакома?
— Конечно, мы вместе с тобой по ним обучались в детстве. Забыл?
— Кхм-м…
— Ой, точно! Ты же не Сигнус, то есть — не тот Сигнус… В общем, поняла.
— Значит, мы с тобой можем обучить Корнела и развить его Нейросеть?
— Вполне, но не проще ли оставить всё — как есть? Да и зачем тебе это делать?
— По нескольким причинам. Во-первых — мне необходимо перетянуть его на свою сторону и уговорить действовать сообща. Мне нужен верный союзник, который за знания для улучшения своего организма пойдет за мной и не предаст при первом удобном случае. Вдвоём будет сподручнее. Всегда должен быть тот, кто в опасный момент прикроет спину. Во-вторых — если мы оба спасёмся — это даст мне плюсов в глазах жены. Ну, а в-третьих — чисто по-человечески не хочется бросать родственника в беде.
— Так ты не человек, по крайней мере, теперь.
— Сути вопроса это не меняет. К тому же, благодаря тебе, никто из «Космоверта» ещё не понял, что я летвир. Спасибо, Синтия.
Говорить НЕЙРО, что скоро это изменится, не стал, а то начнёт выносить мозг раньше времени.
— Пожалуйста, и запомни уже: ты и я — практически одно целое. Если погибнем — то оба, поэтому, я сделаю всё и даже больше, чтобы мы сумели выбраться из очередной задницы. Подыхать в мои планы не входит.
— Как и в мои, — хмыкнул в ответ, вновь вернув взгляд на арену.
Впрочем, я не переставал следить за действиями дарминца, который уверенно побеждал своего противника.
Со стороны казалось, что Корнел даже особо не старается и бой ему даётся легко, но на самом деле только я видел, как тяжело парню. Если он сейчас не продавит защиту твари, то просто выжжет себе мозги.
Каким образом можно помочь дарминцу — не представлял, поэтому оставалось только молча наблюдать за схваткой и надеяться, что всё закончится благополучно.
Корнел не подкачал.
Во время противостояния дарминца и твари, зрительный зал недовольно роптал, потому что никакого зрелища боец им не предоставил, но как только туша монстра с грохотом свалилась на пол, не в состоянии подняться, взорвался аплодисментами и громкими криками.
Большинство выкриков содержали всего одно слово:
— Добей! Добей! Добей!
Корнел, не выдержав напряжения, упал на колени, вытирая рукавом потёкшую из носа кровь. Мрачно обвёл взглядом зрителей, сплюнул на пол, и тяжело поднявшись, поковылял в сторону выхода с арены.
Молодец, парень, не подкачал!
Перед последним выступлением, которое должно было пройти с моим участием, сделали небольшой перерыв.
Работники «Космоверта» быстро и слажено вытаскивали с арены трупы погибших в схватке бойцов или точнее то — что он них осталось.
Тушу поверженного монстра тоже уволокли, но перед этим всадили в беззащитное тело клинок, окончательно добивая и убеждаясь, что тварь сдохла, а то вдруг вскочит самый неподходящий момент и всех пожрёт.
М-да, а вот и уязвимое место. Бил боец не абы куда, а во впадинку под подбородком.
Именно там находилось слабое место, позволяющее оружию войти глубоко внутрь.
Пол быстро замыли от крови, а затем…
Затем за мной пришли. Я даже не успел увидеть через зеркальную стену, с кем придётся сражаться.
Впрочем, без разницы, я всё равно одержу победу, даже если придётся драться с Годзиллой.
Когда меня подведи ко входу на арену, глаза сами собой устремились за ограждение. В центральном круге уже вовсю бесновалась тварь.
В этот раз она ничем не напоминала человека. Монстр был похож на огромного орангутанга с четырьмя руками. Эта образина стояла посередине арены и била себя кулаками в грудь, издавая победный клич, вызывая тем самым оглушительный рёв толпы.
Мужик, полностью облачённый в камуфляж и обвешанный оружием, протянул мне связку ножей, а также указал на специальный уступ, где лежали два меча, булава, боевой топор и кистень.
— Бури цеп, с ним мы эту тварь быстрее уработаем, и меч прихвати, — подсказала Синтия.
Я же протянул руку только к кистеню, проигнорировав всё остальное.
Его взял на всякий случай, не намереваясь применять в бою.
— Что ты задумал? — подозрительно поинтересовалась НЕЙРО.
— А чем я хуже дарминца?
— Совсем сдурел? Черная дыра тебе в глотку! Если применишь ментал, все сразу поймут, что ты не человек.
— А я этого и добиваюсь. Мне нужно привлечь к себе внимание. Если этого не случиться, так и будем сидеть в клетке и биться с монстрами до самой усрачки. Я ждать не намерен. Какой процент вероятности, что узнав о моем происхождении, сотрудники «Космоверта» решат провести на мне опыты и переправить в лабораторию?
— Девяносто шесть и шесть десятых процента.
— Очень неплохо.
— Но, что ты там собираешься делать?
— Есть у меняя план, и ты должна мне будешь помочь в его осуществлении, но это потом. Сейчас меня больше волнует, почему Корнела не затащили в лабораторию? Работники «Космоверта» не дураки, должны были заметить его уникальность.
— Я считаю, что парень впервые применил ментал, а до этого использовал обычное оружие, о этом говорит его поломанное крыло. Просто сегодня, дарминец не видел другого шанса выйти живым из боя. Травма помешала бы ему полноценно сражаться. Никто не рассчитывал, что Корнел сможет хоть что-то противопоставить монстру. Наверняка считали, что одной твари хватит на всех.
  
— Пожалуй, ты права.
Пока вёл диалог с НЕЙРО, тянул время и делал вид, что рассматриваю оружие.
— Ну всё, нечего сопли жевать, — подтолкнул меня боец «Космоверта», — Шевелись, раз ничего больше не взял, пойдёшь так — как есть.