"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

И не шла бы сейчас на ее похороны.
Это только мужчины в силу их непрошибаемой самоуверенности считают, что женская дружба существует в виде совместных походов по модным магазинам и перемывания косточек своих любовников. К стыду своему, я тоже до последнего времени так считала, хотя в моей жизни никогда не было закадычных подруг. Таких, чтобы можно было довериться, как самой себе. Ведьмам не нужны подруги. Ведьмы — принципиальные одиночки (семья в счет не идет).
  
Но когда я, обретя свободу ото всех и почувствовав за спиной неутомимые крылья, кружила в пустом черном московском небе, бессмысленно закладывая виражи и исходя безмолвным криком от ощущения собственного драконьего одиночества и ненужности, вдруг во тьме возникла ало-золотая молния и утешающе полетела рядом.
Так я подружилась с Инари Такобо.
Это была отличная дружба двух гордых драконих, которым чужды были зависть, ревность и мелочные страдания по поводу того, что у подруги очередное новое платье и новый ухажер, а я пятый год донашиваю старые джинсы и сплю с одним и тем же мужем. Полет — вот был лейтмотив такой дружбы, и немудрено, что в конце концов мы с Инари назвали друг друга сестрами по духу и Силе.
И потому я сейчас иду на похороны Инари.
Чтобы вернуть ей жизнь.
Своей Силой и властью истинной ведьмы.
И не будь я Викка, если не сделаю этого!
Подругами так просто не разбрасываются.
Это ведь только врагов наживать легко. Враги, они как грипп, — не заметишь, как уже подхватила себе какого-нибудь лютого недруга. А вот друзья… И тем более подруги… Сколько пустого, никчемного человеческого песка просеивается сквозь твое сердце, пока не блеснет тебе истинное золото родственной души!
… Церемония прощания с телом проходила в конференц-зале офиса корпорации «Новый путь». По обе стороны от возвышения, на котором лежала обернутая в белые погребальные пелены, осыпанная крошечными кусочками розового шелка, словно лепестками вишни, Инари, висели длинные полотнища с иероглифами. Из маленьких динамиков на стене доносились медленные печальные звуки лютни и флейты. Пол был уставлен вазами с белыми и желтыми хризантемами. Кажется, эти цветы считаются в Японии траурными. Ничего. Погодите править тризну.
Я подошла к постаменту и пристально осмотрела лицо Инари. Хотя прошло уже более суток с того момента, как шальные пули изуродовали великолепную фигурку моей подруги, признаков истинной смертина лице не было. Значит, еще не все потеряно. Инари не ушла.
Единственная проблема состоит в том, что я не могу предвидеть, в каком облике она вернется.
Человеком или драконом?
Впрочем, я ведь могу постараться и выспросить у нее, чего она сама желает. Так сказать, реинкарнационный образ в соответствии с требованиями заказчика.
Только возвращать Инари к жизни нужно, разумеется, в полночь. А мне, всего лишь скромной радиоведущей малопопулярного канала, вряд ли позволят устроить в офисе известной корпорации Японии полнощное бдение…
Что ж, придется ближе к времени X на себя чары невидимости напускать. Испытанный прием. А охрану — усыпить, чтобы не дергалась зря, заслышав подозрительные звуки из похоронного зала.
— Приветствую тебя, о светлый воин!
Я оглянулась удивленно, но оказалось, что приветствие относилось не ко мне. Пожилой, благородного вида японец, одетый в кимоно цвета увядшего ириса, преклонил колена перед телом Инари и коснулся ладонями пола. Когда он поднялся и посмотрел на меня, я узнала его. Это был тот человек, из-за которого моя безумная тетка чуть не взорвала театр.
— Господин Синдзен?
Он склонил голову, покрытую шапочкой с иероглифами:
— Здравствуйте, госпожа. Чем могу служить вам?
— Чем вы можете помочь… Я пришла отдать долг памяти и любви моей названой сестре и покаяться перед нею в том, что не сумела ее спасти.
— Разве вы были сестрами с Такобо-сан? Я не знал этого… Простите. Разговоры близ тела усопшей недопустимы, а нам все-таки необходимо поговорить.
— Я тоже так думаю.
— Прошу вас подняться в мой кабинет.
Кабинет руководителя корпорации «Новый путь» был обставлен с предельной скромностью. Кроме серого офисного стола с компьютером, нескольких кресел и большой вазы со стеблями сухого бамбука в углу, больше ничего в кабинете и не было. Даже вместо ковра просто поблескивал выложенный шашками паркет… Правда, из окна во всю стену открывался прекрасный вид на заснеженную столицу.
И сейчас снег сыпал снова.
— Инари так любила снег, — прошептала я, глядя в окно и чувствуя, что глаза щиплет от слез. Ну что я за дура! Зачем плакать, если сегодня в полночь я оживлю свою подругу!
Я ведь сумею это.
Я Викка!
 
 
О, первый снег на листьях хаги!
 
О, журавлиный плач!
 
Я провожаю друга.
 
 
— Красивые стихи, господин Синдзен. Но мне сейчас не до них. Вы позволите присесть?
— Да, разумеется. — Японец и сам уселся в кресло. — Как я понимаю, вы супруга господина Аудэу…
— Авдея?! Да… А каким образом вы познакомились с моей семьей?
— Благодаря Инари-сан. Она вела электронную переписку с вашим супругом, и, насколько я понимаю, они обсуждали вопрос вашего отсутствия. Кстати, а где вы встретились с госпожой Такобо?
Прежде чем дать ответ на этот вопрос, я пристально посмотрела на руку господина Синдзена. Нет. Нет никакого знака, указывающего на то, что он дракон. И ничего магического в этом человеке тоже не наблюдается. Значит, не следует говорить ему правду, которая может пошатнуть его восприятие реальности.
— Видите ли… Мы повстречались в одном московском клубе, занимающемся вопросами изучения эзотерических знаний, фольклорных традиций разных стран и народов.
— Вы не умеете лгать, Вика-сан, — тонко улыбается японец. — Скажите лучше, Инари тоже была драконом?
— А откуда вы знаете, что я… Ой, какие глупости говорю. Ведь вы же меня видели там, в театре.
— Да. Вы были ослепительны в своей мощи и ярости. Поначалу я не поверил своим глазам. Но глаза сказали мне: верь старик, ты еще и не такое увидишь… Итак?..
— Мы стали подругами, будучи в обличье драконов. Я не стану вам рассказывать, каким образом превратилась в дракона сама. Скажу лишь одно: вопреки всем легендам, истинные драконы не выносят одиночества, их полет на самом деле — призыв. Мой призыв услышала Инари. Она почувствовала, что я не могу превратиться обратно, слишком сильно драконье сознание подавило мое человеческое «я», и, вероятно, решила помочь мне. Помню, мне снились сны. В этих снах Инари представала передо мной в человеческом обличье и приводила ко мне моих близких, чтобы я их вспомнила. Но ничего не получалось. До того момента, когда меня в театре позвали собственные дети.
— О, да. Я видел ваше превращение. Впечатляющее зрелище…
Возникла пауза, в течение которой я размышляла о том, что ничего впечатляющего в этом кошмаре не было. Разве что непонятно откуда взявшаяся моя тетка, с лютой ненавистью глядевшая в мои драконьи очи.
— Скажите, Синдзен-сан, — прервала я тишину. — Зачем вы понадобились Анастасии?
— Кому? Ах, это так зовут Повелительницу Крыс…
Повелительница Крыс?! Ничего себе, авторитет у моей тетки! Фея Мышильда, блин! Какую аферу она опять затеяла?! Мотала бы себе спокойненько срок в колонии, амнистии дожидалась, так ведь нет!
— Вы наверняка знаете, Вика-сан, что отношения между Россией и Японией далеко не всегда были гладкими. Не последнюю роль в напряженности этих отношений играл вопрос о территориальной принадлежности островов Курильской гряды…
  
Так, так. Это что же, мою тетку опять понесло в большую политику и в игры за передел мира? Вот что значит незамужняя женщина! Все ей глобальные проблемы подавай, ничем другим она свой сексуальный голод утолить не может…
— Простите, Синдзен-сан, я отвлеклась. Продолжайте, пожалуйста.