Портальных Дел Мастер. Книга Вторая (СИ)

— Ы-ы-ы-ым-м-м.
— Дым?
Ответом мне был утвердительный кивок.
— Запах сильный? В лесу пожар?
А теперь отрицательный.
Интересно. Сам-то я до сих пор не почувствовал ничего, но раз Лёха говорит, что где-то что-то горит, значит так оно и есть. Впрочем, недавно выяснилось, что Кольцов маг огня, а значит мы на правильном пути.
Решил, что оторвался и развёл костерок? Вполне возможно.
— Идём дальше.
Спустя несколько минут я и сам уловил запах. А потом увидел свет. А потом ещё и звук услышал. Вот только не треск горящей древесины, как того можно было ожидать, а… пение. Причём это явно не одинокий Кольцов решил подбодрить себя, напевая под нос какую-нибудь жизнеутверждающую песню.
О, нет!
Пение было хоровым.
— Что за чёрт⁉ — крикливым шёпотом спросил Костя. — Ты же говорил, что мир необитаем!
— А я-то откуда знал⁉
Внезапно появились новые вводные: неподалёку от Дракон-Коньячного живут разумные. Что это может значить? Во-первых, наше пребывание здесь больше не будет столь тихим и спокойным. И это плохо. А во-вторых, мир может оказаться не законсервирован, и мы сами того не зная уже выбрались в кластер взаимосвязанных реальностей. И это хорошо.
Относительно, конечно, но хорошо. Если наладим контакт с местными, перспективы откроются внушительные.
— Чувствуешь нежить? — спросил я у Шизы, на что та отрицательно мотнула головой. — Хорошо. Всем вести себя тихо. Постараемся подобраться поближе.
И мы подобрались.
И мы увидели.
Да, по какому-то стечению обстоятельств люди были самой многочисленной расой во Вселенной. Я бы даже сказал превалирующей. Рассуждать о причинах этого явления можно долго, но я склоняюсь к тому, что виной эволюция и обезьяны. Почти повсеместно мохнатые твари работали на опережение, первыми развивали отстоящий большой палец, брали в руку палку и этой самой палкой гасили всех своих конкурентов.
Короче говоря, встретить в другом мире людей было ожидаемо. Вот только…
— Батюшки! — удивлённо вытаращился Ходоров. — Негры⁉
— Кость, — внезапно пожурил его Роман Романович. — Ну ты чего, как дикий? И вообще-то слово «негры» неполиткорректное. Правильно говорить «нигерланды».
— Тише вы!
На небольшой полянке вокруг костра сидело ни дать ни взять племя. Человек двадцать. Все как один чернокожие, и все как один одетые в просторные рубахи с примитивной вышивкой и холщовые штаны, подпоясанные не то ремнём, не то обычной верёвкой. На ногах у кого лапти, а у кого и сапоги.
В качестве украшалова для одежды эти странные люди активно использовали шкуры животных: у кого кусок волка на плечах, у кого беличий хвостик на поясе, а у кого и целая жилетка из лисы. На запястьях у них целыми гроздьями болтались всяческие бусы и висюльки, а на шеях амулеты.
Короче говоря, по всему было видно, что с ремёслами эти ребята знакомы не понаслышке.
Мужики — мужиковатые. Здоровенные, собаки, плечистые. Густые бороды либо распущены, либо стянуты в хвост.
Ну а девки, мать их так, фигуристые. Я бы даже сказал с перебором. И грудь на месте, и задницы полуторного размера, и ноги мускулистые, — явно что тренированные. И кстати! Не без похотливого интереса разглядывая негритяночек, я вдруг понял, что черты лица у этих людей вполне себе европейские.
Да и вообще, от внешнего облика этой группы, — а в особенности от их одежды, — прямо-таки фонило какой-то языческой… м-м-м… то ли славянщиной, а то ли скандинавщиной. То ли какой-то древней русской сказкой про Калинов мост, а то ли эпосом Калевала. Вот только эту Калевалу в данном конкретном случае почему-то разыграли прихожане растафарианской церкви.
— Вон! — Шиза толкнула меня в плечо и указала куда-то в сторону. — Вон он, смотри!
Я перевёл взгляд и увидел Кольцова.
Бедолага только-только бежал из одного плена и сразу же угодил в другой. Теперь и сам не рад, наверное. Из нас тюремщики были получше.
Ну…
Как минимум потому, что сейчас Николяша был связан так обильно и крепко, что внешне напоминал кокон. Во рту вместо кляпа у него торчало яблоко, так ещё и негр, что стоял к нему ближе остальных, с лязгом натачивал друг о друга два здоровенных тесака.
 
Кольцов мычал и трепыхался.
Огонь горел.
Племя пело.
Я активировал языковую руну и подслушал о чём именно они так по-доброму завывают. Что ж… даже магия не всегда хорошо справляется с переводом поэзии, но если грубо, то пели они что-то вроде:
— Когда скальп от башки отстанет, я стану трясти волосами… твоих детей! И волосами их детей!
— Кажется, они его жрать собираются, — озвучил общую мысль Ходоров. — Яр, его надо срочно выру…
— Тихо!
— … чать.
С-с-с-сука.
Надо официально запретить это слово. Как только Костя договорил, я тут же почувствовал в рюкзаке активное шевеление. Стеклянный долбодятел услышал своё имя и уже стремился на волю, чтобы во всеуслышанье заявить всему миру о том, что он коньяк.
— Твою-ш-ш-ш-м-м-мать, — прошипел я, в срочном порядке скидывая с плеча лямку.
И всё-таки успел сыграть на опережение!
Вз-з-з! — я создал портал входа прямо у себя под ногами, а выход пристроил неподалёку от нашей стоянки. Ну и выбросил в него рюкзак, само собой. По идее, он должен аккуратно шмякнуться рядом с Софией Романовной.
Надеюсь только, что не собью ей каст, — когда мы уходили, она вроде как сидела работала.
— Хы-хы, — прокомментировала мой поступок Шиза, а Костя состроил виноватую мину.
Некстати, блин! Некстати разбазаривать ману на транспортировку Выручая тогда, когда я за день и так уже порядочно просел. Туда всех перенеси, сюда всех перенеси… Чёрт! Таким образом сейчас у меня остался всего лишь один каст на вызволение Коли Кольцова, а иначе добывать его придётся боем.
— Всем тихо, — попросил я и сосредоточился на пространстве вокруг себя.
Да, было темно. Да, мы прятались в чаще и отсюда я кое-как мог разглядеть Кольцова. Да, задача передо мной стояла отнюдь не простая, но я же всё-таки профессионал!
Сам ведь буквально недавно хвастался на примере ковбоев.
Так что, — вз-з-з-з! — портал раскрылся точно там, где надо. Кольцов тут же провалился в него, как мешок с говном. Охреневший негр было дело бросил точить свои тесаки и метнулся с тем, чтобы поймать своего пленника за шкирку, но портал уже схлопнулся.
Так что прямо сейчас связанный Николяша летел на бревенчатый пол сруба. Да-да, я специально пристроил портал выхода чуть выше необходимого. Будет знать, ядрёна мать, как куличики топтать.
— А теперь валим, — только и успел сказать я, как вдруг:
— Осторожно! — заорал Ходоров и в героическом прыжке перехватил разряд молнии, который явно предназначался для меня.
О-хо-хо…
С меня должок. Костян со своими девятью рунами защиты принял разряд и даже не поморщился, — разве что волосы дыбом встали, — а вот я бы мог от такого и сознание потерять.
Если не хуже.
Но самое гадкое в этой ситуации то, что молния прилетела не со стороны лагеря, а прямиком из чащи. Вот ведь чёрт! Я-то наивно полагал, что мы все из себя ниндзя и поступь наша безмолвна, как цветение сакуры.
А вот хрен там…
Нас уже пасли. А как давно — остаётся лишь догадываться.
Племя вокруг костра встрепенулось. Песня про скальп резко оборвалась и тут же раздались воинственные крики. Мужики хватали оружие, и уже порядочная часть из них направлялась в нашу сторону.
Остаётся надеяться только на то, что не все негры одарённые. Иначе нам в спину жахнет такая магическая артиллерия, которую мы едва ли вывезем.
— Бежим!
Снова электрический треск и снова разряд, но на сей раз мимо. А сразу следом за ним рёв. Буквально из воздуха, — и это вовсе не метафора, а проявление магии призыва, — рядом с нами появился медведь.
Здоровый, падла, как грузовик.
И, к счастью, такой же неповоротливый: не успел я толком среагировать, как Лёха уже повис у него на шее, а свободными конечностями разрывал ублюдку брюхо. И то ли брат как-то так удачно вгрызся, то ли маг-петовод оказался так себе, но уже через несколько секунд…