Травля (СИ)

— Мам, помоги! — взволнованно окликнул он, пытаясь разжать сведённые судорогой боли челюсти Иссы. — Не получается! Исса, открой рот! Мы поможем! Открой!
— Давайте пока рану, — скомандовал благословенный, держа у запястья наготове нож.
Упав на колени, Кэрол поспешно расстегнула ремень на джинсах мужчины и выдернула из-под них футболку. Забрав нож, она осторожно, но быстро перерезала бинты, которыми Исса стянул талию, отлепила прикреплённую пластырем, пропитавшуюся насквозь кровью, повязку с раны. И ахнула, увидев не одно, а два пулевых отверстия под рёбрами сбоку.
Она растерянно повернулась к благословенному, когда он забрал у неё нож.
— Если ты и правда можешь… умоляю, помоги ему! — дрожащим от слёз голосом взмолилась она.
— Я помогу, — уверенно пообещал он и, скривившись, провел лезвием по запястью, разрезая вены.
Сдвинув в сторону Кэрол, он протянул порезанную руку, приблизив к ранам, поливая побежавшей из вен кровью, стараясь попасть прямо в отверстия.
— Я открыл ему рот, давай скорее! — протараторил Патрик.
Благословенный быстро переместил руку к лицу мужчины, направляя струйку крови в открытый рот, который Патрик придерживал одной рукой за нижнюю челюсть, другой зажав ему ноздри.
— Отпусти нос, а то захлебнётся! — вскричала Кэрол, хватая мальчика за запястье.
Патрик послушно разжал пальцы.
— Найдите, чем перевязать мне руку, — благословенный взглянул на Кэрол.
Та вскочила и побежала в ванную комнату, надеясь найти там аптечку, и уже через полминуты вернулась обратно с антисептиком и бинтами в руках.
— Достаточно пока. Всё, перевязывайте, туго, чтобы остановить кровь, — благословенный протянул руку Кэрол, которая поспешно отвинтила крышечку с бутылки антисептика.
— Это лишнее, — благословенный кивнул на бутылочку. — Просто перевяжите. Инфекция мне не грозит.
Растерянно кивнув, Кэрол присела перед ним и стала старательно перебинтовывать запястье. Завязав узелок, она подняла на парня блестевшие, влажные от слёз глаза.
— И что теперь?
— Ничего. Ждать. Вечером повторим процедуру. Два раза в день — раньше этого хватало. Ему скоро станет лучше. Но желательно найти шприц, чтобы брать им кровь не резать вены.
— А ты раньше делал это с людьми? — с сомнением спросила Кэрол, изучая его пристальным взглядом.
— Не знаю. Я не помню. Но мне кажется, что нет. Но я не уверен.
— Одно помнишь, другое — нет. Как это может быть? — подозрительно поинтересовался Патрик, тоже внимательно его разглядывая недоверчивым взглядом.
Парень пожал плечами.
— Я не знаю. У меня есть какие-то воспоминания, обрывками, кусками. Но они между собой совсем не связанные… Вернее, это я не могу их связать. Как фрагменты большого пазла… Я помню о своём даре, о том, что я могу и умею, но при этом не помню, кто я и откуда… Не помню свою прошлую жизнь, ни одного момента, не связанного с моим даром…
— А что тебе известно о своём даре? — тихо осведомилась Кэрол, продолжая сидеть на пятках перед ним и всё ещё держа его за перебинтованное запястье.
— Это очень сильный дар. Я знал о нём всегда. Мне кто-то рассказал… я не помню, кто. Кто-то, такой же, как я. Возможно, это был папа… но я не уверен. Я не помню, был ли у меня папа. Этот дар делает меня здоровым и красивым, неуязвимым. Защищает меня. А ещё он может помогать другим. Мой дар в моём теле… в крови… В каждой клеточке. Я могу поделиться им, передать другому. Через кровь, например. Попадая в чужое тело, он тоже там действует. Как будто я наполняю другого своим даром, своей неуязвимостью, и тогда этот другой исцеляется, на какое-то время становится почти, как я. Но дар не держится у других долго, как у меня, он исчезает постепенно, перестаёт защищать и исцелять. Я помню… кто-то называл таких, как я, ангелами. А эта женщина… чёрная и некрасивая, называет нас благословенными. Я благословенный. Так правильно. Она так сказала.
— Рамла? Что ты знаешь о ней?
— Ничего. Я не помню, как и когда я оказался у них… может, я всегда там был… но мне кажется, что нет…
 
— Нет, — мягко подтвердила Кэрол. — Они похитители тебя, как и других благословенных, а эта ведьма что-то сделала с твоей памятью и волей, чтобы заставить тебя подчиниться, управлять тобой. Она так делает со всеми благословенными, которые не хотят подчиниться ей по доброй воле. Видимо, и ты не захотел.
— Но зачем она это делает?
— Ей нужен ваш дар, ваш свет… Она просто вас использует в своих целях. Я всё расскажу тебе, но потом. Позже. Ты не должен нас опасаться. Мы тебе не враги. Если Исса поправится, мы обязательно что-нибудь придумаем, как выяснить, кто ты и откуда, и тогда вернём тебя домой.
— Откуда его снова могут похитить, — мрачно проворчал Патрик. — От этой ведьмы не спрячешься.
Кэрол растерянно посмотрела на него.
— Мы подумаем над этим… но не сейчас, — она устало села на постель рядом с притихшим Иссой. — Он перестал стонать. Это хорошо или плохо?
— Конечно, это хорошо. Его боль отступила. Это мой дар… — благословенный улыбнулся, разглядывая её каким-то нежным взглядом. — Не плачьте больше, не надо. Он не умрёт.
— Кровь… она больше не течёт, — изумилась Кэрол, рассматривая ранки.
— Да. И больше не будет. Он начал поправляться. Все его повреждения исчезнут, скоро от них не останется и следа.
— Неужели это правда? — не могла поверить Кэрол, подняв на него загоревшийся, наконец-то, надеждой и радостью взгляд.
— Вот увидите. Пусть спит, не трогайте его. И раны оставьте так, не надо их прикрывать.
— Но что же нам теперь делать?
— Я бы поел, — смущённо попросил благословенный. — А потом бы поспал. Я очень устал. Вы бы тоже отдохнули, вы плохо выглядите. До вечера его трогать не будем.
— Через дорогу кафе, сходите туда. Я побуду здесь. И мне принесите что-нибудь перекусить, — Кэрол достала из сумки Иссы деньги и, вынув из пачки пару купюр, протянула Патрику. Тот, сунув деньги в карман джинсов, накинул куртку и кивнул благословенному, зовя на выход.
— А ты не вспомнил своё имя? — Кэрол остановила взгляд на парне, который в ответ печально покачал головой.
— Будешь пока Джо, — решил проблему Патрик и хлопнул его по плечу. — Подойдёт?
— Да, — парень пожал плечами и улыбнулся. — Пусть будет Джо.
— Ну, тогда пошли, Джо-благословенный! — хмыкнув, Патрик вышел за дверь.
Оставшись одна, Кэрол ласково погладила Иссу по голове.
— Всё хорошо, ты поправишься. Джо не врёт, — прошептала она. — Я знаю. Луи говорил, что благословенные передали мне частичку своего света, когда я с ними спала, что этот свет всё ещё во мне. Это значит, что они действительно могут делиться своим светом. Благословенный передал тебе свой дар, он тебя вылечит. А ты хотел бросить его в лесу. Ещё придётся сказать ему спасибо!
Когда Патрик и Джо вернулись в номер, Кэрол, примостившись на краешке кровати рядом с Иссой, крепко спала, измученная и обессиленная.
Вытащив из сумки Иссы ещё денег, Патрик выпросил у хозяина мотеля за дополнительную плату два матраса, подушки, одеяла и постельное бельё. Правда, за это с них затребовали сумму, как за отдельный двухместный номер, но мальчик не стал торговаться. Снимать другой номер он не хотел.
Устроившись каждый на своём матрасе на расстоянии друг от друга, они укутались в одеяла и тоже уснули.
Исса пришёл в себя только через два дня. Всё это время от тихо лежал и почти не двигался, но больше походил на крепко спящего человека, которого ничего не беспокоило, чем на смертельно раненного в беспамятстве. Лицо его было спокойно, даже безмятежно, на нём больше не появлялось выражение боли. Казалось, что он просто отдыхал, а не болел.
Наблюдающие за этим чудом Кэрол и Патрик приободрились, поверив в его спасение и исцеление. Раны его выглядели хорошо, не кровоточили, не воспалялись. Кэрол мерещилось, что кровавые дырочки от пуль становятся всё меньше, и она не верила своим глазам, как не верила в то, что они действительно начали затягиваться так быстро.