Туманная река 4 (СИ)
— Да-а-а! — Заорала вся команда за бортиком, и тогда на трибунах послышались жидкие непродолжительные аплодисменты.
Судья Резников дунул в свисток и указал рукой на центр хоккейного поля.
* * *— Гол, товарищи, это гол! — Прокомментировал первую шайбу в игре Озеров. — Я бы даже сказал это нетипичная хоккейная, а скорее баскетбольная шайба. Длинный пас с навесом через всю площадку. Наброс шайбы на ворота и удар слёта в касание. Такой хоккей товарищи обязательно надо смотреть на стадионе! Признаться, неожиданное начало игры.
* * *— Почему меня не слушаете! — Орал на ведущую тройку нападения ЦСКА и сборной СССР красный как «Синьор Помидор» Тарасов. — Я сказал плотнее нужно играть! Смена! Мать вашу!
Наша тройка с Бобровым и Корнеевым присела на скамейку запасных перевести дух. Я подмигнул Валерке Харламову, который стоял в пяти метрах вместе с отцом и с открытым ртом смотрел на меня. Ещё бы, в первой смене «разорвать» кумиров мальчишки — это не каждая психика выдержит.
— Сейчас бы пару минут выстоять, переждать штурм ворот, — сказал мне Сева Бобров.
— Мужики не жмитесь к воротам! — Вскочил с места Корней. — Да выбрось ты эту шайбу! Б…ть! Да куда, б…ть!
ЦСКА накаченный криками главного тренера завладел хоккейным снарядом и взвинтил темп, прижав наших парней к своим воротам. Бросок, ещё бросок. Вратарь Родочев, ужом крутился в рамке, смело играя стоя на коленях. В последствие такой вратарский стиль назовут «баттерфляй». Вот что значит, когда лицо защищено хорошей надёжной маской. Наконец Курдюмов отбросил шайбу на чужую половину поля.
— Смена! — Скомандовал наш главный тренер Костарев.
— Шайбу! Шайбу! — Снова заголосили болельщики, почувствовав, что сейчас будет гол, ведь вбрасывание вновь в зоне уездной пермской команды.
— Я тебе, б…ть, очередь на машину обещал? — Наезжал Тарасов на своего нерадивого игрока. — Так вот, б…ть, забудь! Сошлю сука в Чебаркуль! Врежьте им как следует! — Резко крикнул он следующей тройке нападения. — Но в пределах правил!
— Эмоциональный, — шепнул я Боброву, — такой все мозги за сезон истреплет. Всю нервную систему расшатает.
— Заводной, — кивнул головой Сева.
И вновь закрутилась круговерть армейской атаки в нашей зоне. И после броска от синей линии защитника ЦСКА Брежнева, однофамильца товарища из ЦК, шайбу вперёд всех добил уже в пустой угол нападающий Кузькин.
— Го-о-ол! — Закричали на трибунах москвичи.
— Вот так б…ть! Так и надо играть б…ть! — Эмоционально высказался Анатолий Владимирович.
— Товарищ Тарасов я вас предупреждаю, не выражайтесь, — к наставнику ЦСКА подъехал судья Донской.
— Иди на х…! Не мешай играть! — Гаркнул как на надоедливого подчинённого тренер армейцев. — Не нравится тебе Тарасов, тогда иди, позвони маршалу Гречко!
— Мужики выручайте, — Костарев похлопал меня по плечу, отправляя нашу тройку на лёд.
— Сколько забить? — Улыбнулся я, перескакивая через бортик.
— Тьфу, на тебя! Я ж с тобой серьезно! — Махнул на меня рукой Виталий Петрович.
На точке вбрасывания я опять скрестил клюшку с центрфорвардом сборной страны Александром Альметовым.
— Тарасов чего-то тебе машет, — буркнул я ему.
И как только Альметов отвернулся, судья Резников бросил шайбу на лёд. А когда Саша повернул голову обратно, наша тройка, весело разрезая коньками лёд, уже неслась в атаку. В зону ЦСКА вошли легко, разыграв с Корнеем скрещивание. Я пролетел с шайбой за ворота и, дождался пока вся наша пятёрка расставиться в зоне соперника. После чего резко отпасовав на Боброва, полез на «пятак». Обменявшись несколькими ударами с защитниками Уколовым и Трегубовым, мне вновь удалось занять хорошую позицию. И наброс шайбы от синей линии от нашего игрока обороны я легко подправил, но Пучков был начеку и отбил резиновый диск клюшкой в сторону. Шайбу подхватил Бобров, и рванулся с ней за ворота, я вытолканный, как маленькая собачонка, с пяточка выкатился на край, где ещё секунду назад был Сева. А на моё место полез «драться» Корней. Ведь ему по габаритам такая роль больше подходила. Теперь Бобров был с шайбой справа, Юра «воевал» в центре, а я у левого борта буквально на секунду оказался открытым. Сева показал, что сейчас бросит в ближний угол и красиво, перебросив пару клюшек соперников, отпасовал на меня. Я влепил по черному диску в касание. И вторая шайба от моего загнутого крюка затрепетала в сетке ворот Пучкова.
— Го-о-ол! — Уже более весело среагировали болельщики на нашу результативную комбинацию.
— Да-а-а! — Заголосили и наши запасные.
— Трегубов! Б…ть! — «Ласково» встретил защитника на скамейке запасных Анатолий Тарасов. — Как бухать так первый, а как играть, то вторую банку из-под тебя забили! В Куйбышев сошлю на х…!
* * *— Гол! И пермская команда вновь выходит вперёд! — Николай Озеров от такого бодрого начала даже немного вспотел. — Замечательная комбинация, которую организовал наш прославленный хоккеист и футболист Всеволод Боров. Посмотрим, чем ответит не менее легендарный Тарасов.
* * *— А-а-а! — Закричали, где-то в середине зрительских трибун актрисы Шацкая и Светличная.
— Богдан, значит, мало того что музыкант, сочинитель, так он ещё и в хоккей может! — Радовался вместе со всеми Бурков. — Вот что значит, вундеркинд!
— Мастерски положил, — согласился Володя Трещалов. — Слышь, Семёныч, мне тут сценарий один киношный показали про спортсмена хоккеиста, нужно будет у Богданыча пару уроков взять.
— А для меня там роль найдётся? — Приподнял одну бровь Высоцкий.
— Спрошу, — пожал плечами Леонидыч.
* * *— Здоровые черти, — пробубнил Юра Корнеев, когда ближе к концу первого тайма ЦСКА и счёт сравнял и третью забил.
— Да, здоровья у парней немерено, — согласился я, посматривая на секундомер. — Весь тайм на наших воротах сидят!
— Ничего, ничего, — сказал Бобров. — Я Толю Тарасова давно знаю. Сейчас он своих ребят загоняет, а во втором тайме темп резко упадёт. Он думает, если вначале сломал, то победа в кармане. Как бы не так. Три два это ещё не разница в счёте.
— Б…ть! — Разом выругались мы, так как Константин Локтев забил нам четвертую шайбу.
И буквально через десять секунд раздалась трель свистка на первый пятнадцатиминутный перерыв.
Глава 22
В раздевалке суровые уральские мужики в хоккейной форме обречённо молчали. Если бы вместо горячего чая на подносе стояла водочка, то можно было бы подумать, что идут поминки.
— Мужики? — Спросил я товарищей по команде. — Может быть, сказать судьям, что заболели и не выходить на второй тайм?
— Чём? — Заинтересовался внезапной пандемией Корнеев.
— Ясно чем, — я махнул рукой, — свинкой.
Наконец, в помещении раздались первые смешки.
— Ну, хорошо не свинкой, — я тоже взял кружку с чаем. — Массовая диарея. Понос на фоне внезапных панических атак.
— Медвежья болезнь, — подвёл черту под моими размышлениями на тему медицины Сева Бобров. — Чё приуныли? Сейчас армейцы подсядут, и мы своё возьмём. Петрович, — сказал он тренеру «Молота», — нужно переходить на игру в три тройки нападения. Чтобы мы почаще были на льду. А то мы-то свой микро-матч выигрываем.
— Да, пусть баскетболисты немного поиграют, — согласился нападающий пермяков Фокеев. — А то у них всё один баскетбол перед глазами. Им смена картинки не повредит.
— Фока пей чай, пока не остыл, — заткнул его тренер Костарев. — Выручайте мужики! — По-отечески посмотрел он на нашу тройку нападения.
* * *— Я снова приветствую вас, дорогие радиослушатели, на интереснейшем хоккейном матче, — Николай Озеров в перерыве залил себе в термос горячий напиток чайного цвета, и сейчас немного налив его в кружку, грел об неё свои руки. — Второй тайм, команды начинают при счёте 4:2 в пользу более мастеровитой и маститой команды ЦСКА. Хорошо подготовил тренер Тарасов подопечных к сезону. Просто ураганный темп выдали армейцы под конец первого тайма. Напомню авторов заброшенных шайб: у ЦСКА голы забили: Кузькин, Альметов и два раза поразил ворота крайний нападающий Локтев. У «Молота» две шайбы провёл центр нападения Крутов. Итак, судья дал свиток, и хоккеисты обеих команд выкатились на поле.