Однажды на реалити-шоу (СИ)
Поднявшись, я на автомате подхожу к двери.
При виде меня Лика вопросительно вскидывает глаза: мол, ну как прошло? Мотнув головой, я быстро иду к лестнице. С тех пор как наш бельчатник поредел, есть хорошие шансы побыть в спальне одной.
-- Есения!
Обреченно возведя глаза к потолку, я останавливаюсь. Ну почему именно сейчас я понадобилась этой грымзе? Или ей просто нравится, как звучит мое имя, чтобы так часто его повторять?
-- Да, мэм, -- шаркнув кроссовкой о пол, я разворачиваюсь.
Ее лицо с неизменным сучьим выражением оказывается рядом с моим.
-- Завтра у тебя свидание с Артемом, а через три дня – финал. Постарайся обойтись без идиотских выходок. Вы оба – участники.
Я притворно округляю глаза.
-- Я и идиотские выходки в одном предложении? Как можно?
Инга раздраженно поджимает свои кровавые губы.
-- Ты слышала меня, номер три. Не налажай.
44
Стоя у зеркала, я безучастно рассматриваю свое отражение.
На финальное свидание с Артемом стилисты подготовили для меня особое платье: из тончайшего кремового шелка, длиной достигающее щиколоток. Более романтичного образа для ужина сложно и придумать. Это впервые, когда и макияж, и прическа и наряд мне по-настоящему на себе нравятся. В них я похожа на лучшую версию себя, а не разукрашенную куклу.
— Есения, выходи, машина ждет, — окликает кто-то из ассистентов.
Глубоко вздохнув, я расправляю плечи.
Пара шагов за порог, и вот я уже сижу на сидении очередного лимузина, мчащегося в очередной роскошный ресторан.
«Заказывай самое дорогое и наедайся как следует, -- по-хозяйски говорит внутренний голос. – Неизвестно, когда еще попадешь в такое место».
Несмотря на мои потуги вернуть себе боевой настрой, сердце тревожно стучит. Это наше с ним последнее свидание.
Артем уже ждет к входа.
Сегодня он в белом костюме, оттеняющий его загар. Я всегда думала, что белые пиджаки носят либо стареющие эстрадные певцы, либо сутенеры, но ему, как не прискорбно признавать, этот цвет очень идет.
Его взгляд мечется по мне вверх и вниз ровно до того момента, пока расстояние между нами не сокращается до полуметра. Сфокусировавшись на моем лице, Артем чуть склоняет голову:
-- Выглядишь потрясающе. Я пытался подобрать другие слова, чтобы не быть уличенным в повторении, но у меня слишком бедный словарный запас.
-- Спасибо, -- сдержанно благодарю я. – Ты тоже хорошо выглядишь.
С этими словами я, проигнорировав предложенную им руку, иду к ресторанному входу. Мегера может мной гордиться. Теперь я веду себя как заправская участница шоу: вежливо и предсказуемо.
Мы подходим к столу. Сцена номер два начинается.
-- Как проходит твоя последняя неделя в особняке? – интересуется Артемом голосом ведущего ток-шоу.
-- М-м-м… Утром я встаю, принимаю душ, завтракаю, затем, если нет съемок, читаю книгу, -- монотонно отчитываюсь я. – Затем делаю йогу, снова ем и ложусь спать.
Он натянуто улыбается.
-- Занимательные будни.
-- Ага, - подтверждаю я, подтягивая к себе меню, услужливо подсунутое официантом.
Я стараюсь держаться бодро и сдержанно, но внутри противно ноет. Даже наше первое свидание было куда живее и правдивее, чем это бессмысленное диалог за столом. Куда делся тот Артем, который смотрел так, словно знает и понимает меня лучше всех остальных в этом мире? Неужели я была настолько ослеплена его улыбкой и непринужденной болтовней, чтобы не почувствовать неискренность в его поведении? А тот вечер в доме у озера? Неужели все это…
-- Что-нибудь выбрала? – доносится его до приторности вежливый голос. – Если хочешь, я могу что-нибудь…
-- Выбрала, -- перебиваю я. – Я буду крем-суп из порея, салат с гребешками, стейк-миньон с гарниром из цветной капусты, яблочный смузи и фирменный десерт от шефа.
Выпалив все это на одном дыхании, я захлопываю меню. На деле я просто зачитывала первое попавшееся названия из каждой колонки блюд, решив, что вкусная еда должна стать компенсацией этому лжесвиданию.
-- Твой аппетит впечатляет, -- удивленно замечает Артем. – Я, пожалуй, буду тоже самое. Голоден после тренировки.
Промычав незаинтересованное «угу», я кладу локти на стол и выжидающе вонзаюсь взглядом ему в переносицу. Мол, как дальше будешь развлекать?
-- Как твое настроение? – в его голосе слышна настороженность. Видимо, пресловутая интуиция присуща не только женщинам.
-- Великолепное, -- нараспев отвечаю я. – Скоро финал, а это значит, что мы все скоро вернемся домой.
-- Соскучилась по родным? – его глаза теплеют.
-- Разумеется.
Мои односложные ответы не дают простора для фантазии, и лицо Артема становится озадаченным. Видимо, самые оригинальные свои вопросы он уже задал.
-- Какие планы после шоу? - наконец выдает он после паузы.
-- Жить свою жизнь. – Вопреки желанию сохранять спокойствие и не вступать в словесные перепалки, в моем голосе слышен вызов. – Нормальную жизнь без необходимость играть не свои роли.
Глаза Артема сужаются.
-- А здесь ты играешь не свою роль?
-- Да. Порой приходится.
-- А сейчас ты такая как есть или играешь?
Становится сложнее дышать. Какого черта он об этом спрашивает? Уж лучше пусть продолжает корчить из себя вылизанного манекена, чем пытаться снова пролезть мне в душу.
Взяв стакан с водой, я выпиваю его залпом и смотрю ему в глаза:
-- Следующий вопрос.
45
Если бы меня спросили о худшем свидании в жизни, я бы без раздумий назвала это. Каждое блюдо на вкус ощущается как вымоченная бумага, от направленного света слезятся глаза, а Артем, сидящий напротив, неимоверно бесит.
Нет, он больше не пытается задавать провокационные вопросы или смотреть так, словно задался целью определить вес моего мозжечка.
Он ведет себя подчеркнуто вежливо и пресно, услужливо подливая воды в стакан и интересуясь, нравится ли мне салат/второе/суп, и спрашивая, что я думаю о местном интерьере.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не метнуть столовый нож ему в лоб и, взмахнув подолом, не умчаться в закат. Я ехала сюда, полагая, что приняла поражение, но, как выясняется, так и не сумела этого сделать. То, что Артем потерял ко мне интерес, очевидно даже официанту.
-- От десерта откажусь, -- я отодвигаю тарелку с куском торта и вопросительно смотрю на старшего оператора. – Если материала снято достаточно, может мы наконец разойдемся?
Поднеся ко рту гарнитуру, Саша спрашивает разрешение у невидимого собеседника, после чего поднимает руку:
-- Съемка закончена!
Меня пружиной выбивает из кресла. Наплевав на содранную на пятках кожу, я быстро семеню к выходу. Еще один день, и я вернусь домой. Там меня ждет мамина лазанья, наши с папой дебаты о творчестве Пелевина, любимый коврик в студии йоги и полная свобода. Никаких макияжа и укладок, одежда удобная, обувь по размеру и без каблуков, и ноль встреч с людьми, которых я не желаю видеть.
-- Есения!
С шумом втянув воздух, я продолжаю идти к лимузину. Хочет расспросить меня о вкусе каперсов? Каперсы – редкое говно.
-- Номер три!
Резко развернувшись, я жду, когда Артем подойдет достаточно близко, чтобы заглянуть в его лживые глаза.
-- Ты еще наговорился?
-- Да что с тобой происходит, блядь? – рявкает он. – Я, что, терпила из подворотни, обязанный постоянно тебя догонять?