Однажды на реалити-шоу (СИ)
Обняв колени руками, я прикрываю глаза. Комната исчезает, перенося меня в волшебный домик у озера. На коже оживают прикосновения Артема — тепло его рук, влажность поцелуев, и вместе с этим возвращается сладкое нытье внизу живота.
«Я бы на тебя все свои деньги поставил»
«Представляю тебя ребенком»
«Для меня ты номер один»
Я уже знаю, что эти воспоминания станут моими любимыми и будут воскресать еще очень долго.
А вот тишина, увы, не успевает растянуться надолго, иуже через пару минут из коридора доносится приближающийся звук разговора. Вздохнув, я нехотя открываю глаза, готовясь отражать нападение.
— Гляньте, кто вернулся, — голос появившейся Кристины скребет по нервам, словно гвоздь по стеклу.
— Соскучилась? —осведомляюсь я, возвращая улыбку Лике, появившейся у нее за спиной.
— В доме стало скучновато без твоих растянутых штанов. — Взгляд Кристины останавливается на моей спортивной сумке и возвращается к лицу. – Для той, у кого возникли семейные проблемы, ты выглядишь слишком довольной.
— Возможно потому, что этим проблемы благополучно решились, - ерничаю я. -- Не рассматриваешь такой вариант?
Она щурится, словно кошка перед прыжком.
— Забавно, что дела возникли ровно после того, как ты вручила Теме купон на свидание. Думаешь, кругом дуры, а ты одна умница?
— Хватит уже, Крис, — Лика делает шаг вперед, выступая импровизированной преградой между нами. — Я люблю вас обеих, но ты порой перегибаешь палку. Инга сказала, что у Есении проблемы дома, и я не вижу смысла ей не верить.
Скрестив руки на груди, Кристина фыркает.
— Просто я на дух не выношу вранье.
Тут уже приходит мой черед фыркать.
-- Скажи это своим наращенным волосам.
— Отношение участниц к Есении похоже на буллинг, -- Голос Лики звенит возмущением. – Меня буллили в школе, и я знаю, насколько это неприятно и тяжело. Поэтому я прошу: прекратите. Иначе я буду жаловаться продюсерам.
Ее напор заставляет меня смотреть на нее с изумлением и восхищением. Далеко не каждый в доме готов слово поперек сказать Кристине, не говоря уже о том, чтобы публично ее отчитать. Сейчас мне даже кажется, что я готова её обнять.
— Все в порядке, -- Я поднимаюсь и успокаивающе трогаю Лику за плечо. – Мы же просто от скуки грыземся.
Презрительно сгримасничав, Кристина разворачивается и в сопровождении Изабеллы, покидает спальню.
— Не обращай на неё внимания. – Лика кивает на закрывшуюся дверь. --- У неё недостаток экранного времени, вот она и бесится.
— Спасибо тебе за поддержку, — я улыбаюсь, пытаясь вложить в это слово всё тепло, на которое способна. После вчерашнего вечера благодарить стало на удивление легко.
Приземлившись на соседнюю кровать, Лика вопросительно фокусируется на мне.
— Ну, и как там дома? Все в порядке? -- В её голосе нет подвоха, только искренний интерес.
— Всё в порядке, — бормочу я. — Мама справляется, папа тоже.
— Не хочешь об этом говорить, да?
Я мысленно морщусь. Черт его знает, как люди врут. Это же просто мучительно.
— Точно не сейчас.
Лика кивает, будто понимает всё без слов.
— Просто знай, что я рядом.
Я благодарю её взглядом, мысленно зачисляя в свой короткий список настоящих друзей.
Вечер проходит на удивление спокойно. Девушки болтают в гостиной, обсуждают наряды на предстоящие съёмки, пытаясь угадать, чем продюсеры удивят завтра. Я делаю вид, что слушаю, хотя на деле нет. Мои мысли заняты Артемом.
Около десяти вечера в гостиной появляется Инга. Её холодный взгляд, словно рентген, просвечивающий до костей, оценивающе скользит по комнате, пока наконец не останавливается на мне.
— Есения, выйди на минуту, — требует она, кивнув в сторону коридора.
Проигнорировав устремленные взгляды, я поднимаюсь и бодро иду за ней. Раз уж все и так считают меня продюсерской протеже – надо поддержать легенду.
— Это тебе, — сухо произносит она, протягивая мой мобильный. — У тебя пять минут.
Я машинально беру телефон, чувствуя, как сердце ускоряет ход. Инга уходит, оставляя меня в одиночестве.
Экран телефона загорается от моего прикосновения. На экране - одно новое сообщение.
«Хотел сказать спасибо за наш разговор. Это была лучшая мотивация. Сегодня весь день торчу на зале. Поставил цель вернуться в команду к началу сезона».
Я не могу не улыбнуться. Не одна я нахожусь под впечатлением от минувшего вечера.
«Очень рада за тебя, Артем. У тебя все получится».
Думаю, что на этом наша переписка окончена, но телефон оживает вновь
«Как дела в доме терпимости? Инга сказала, что вопросов о твоем исчезновении быть не должно».
«Крысы всегда побеждают белок, ты же в курсе».
«Я всегда сделаю ставку на тебя. Как настроение? Самочувствие?:)»
«Все отлично:), - печатаю я с широкой улыбкой. -- Немного скучаю по яичнице».
«Только по ней?»
«Здесь я должна написать что-то милое? Я не умею, ты же знаешь».
«Ладно, завтра скажешь лично. Постараюсь приехать пораньше, чтобы увидеться с тобой без камер».
«Окей», -- набираю я, чувствуя, как в груди и животе множится эйфория. – Я пошла возвращать телефон, пока цербер Инга меня не покусала.
«Она только с виду сучара:) Я закинулся белковым коктейлем и ложусь спать. Спокойной тебе ночи, номер один-три. Спасибо за вечер, за утро и отдельное - за ночь».
33
День съемок в нашем беличьем гнезде всегда начинается с хаоса. Гудят фены, по коридорам носятся полуголые участницы в бигудях и с косметичками, на заднем фоне слышны вскрики: «Кто, блин, опять взял мои туфли?!», «Господи, только не это!!! У меня прыщ!».
Сидя на подоконнике с чашкой кофе, я наблюдаю за происходящим, как старуха за кормушкой для птиц. Внутри царит спокойствие. Кофе приятно обжигает губы, а солнечный луч, пробивающийся через стекло, ласкает щёку. Вот так бывает, когда освоила мастер-класс по стилю от Лики, уложившись и накрасившись самостоятельно.
— Я горжусь своей ученицей, — подошедшая Лика удовлетворенно оглядывает меня с ног до головы. – Цветовая гамма выбрана идеально. Я бы, пожалуй, ярче накрасила губы, но это уже придирки.
— Знала бы, что умение красится настолько облегчит мне жизнь – обязательно бы научилась этому раньше.
— Всему свое время, – глубокомысленно изрекает Лика и, забрав кофе из моих рук, делает глоток. Ее глаза испуганно округляются: – Там, что есть сахар?
Я смотрю на нее с недоумением.
-- Ясен пень там есть сахар. Это же кофе.
-- Вкусно, но я пас, - бормочет она, возвращая мне чашку.