Университет удавов (СИ)

Лаки с Тиллой подъехали к дому, спешились, постучали в ворота.
Пожилой, но ещё крепкий отец семейства принял их радушно. Впрочем, семейство оказалось не таким уж и большим: жена и двое взрослых детей, сын и дочь.
Гостей тут же усадили за стол, щедро уставленный блюдами с простой, свежей едой. Мясо, рыба, яйца, сыр, овощи, фрукты.
Тилла с удовольствием пробовала всё подряд.
  
Лаки не столько ел, сколько разговаривал.
– Вы живёте тут совсем одни, на самой границе со Змеиными землями! Какие вы смелые! Не боитесь, что наги нападут? Или бандиты? Я вот слышал, что возле городка неподалёку объявилась шайка.
Тилла вздохнула. Лаки снова в своём репертуаре: насмехается даже над теми, от кого ему что-то нужно.
– Но самые опасные, разумеется, наги. Как всем известно, в боевой форме даже слабый наг стоит десятка людей, а то и нескольких десятков!
Тилла не удержалась и встряла.
– Как же мы их, в таком случае, победили?
Лаки криво усмехнулся и похлопал ладонью по кобуре на поясе.
– Великий Уравнитель.
Затем пошарил глазами по стенам, но никакого оружия не увидел.
– А вы, наверное, очень быстро стреляете? На это полагаетесь, да?
– Я вообще не стреляю, – спокойно ответил фермер. – Потому и оружие на виду не держу. Зато для любого нага всегда найдётся чашечка шаи. Они частенько заползают в гости, знаете ли.
Прозвучало как-то многозначительно, даже угрожающе. Тилла внимательно посмотрела на фермера.
– А вот ещё у вас тут шкура большой кошки на стене. А вы уверены, что это шкура животного, а не оборотня? И что они не придут мстить за сородича?
– Уверены.
Лаки помолчал и затем принялся разглагольствовать о рентабельности. Уверял, что заниматься землёй нынче совершенно невыгодно. Многие хозяева даже достаточное число работников нанять не могут, вот и тут, как он видит, стада пасутся почти без присмотра. И потому участок лучше продать, чтобы перебраться в город и больше не надрываться, вкалывая на земле.
Кому продать? Да вот хоть ему, Лаки. Он хорошо заплатит.
Пожилой фермер уже давно не отвечал на реплики гостя и всё больше хмурился.
– Понял я наконец-то, зачем вы двое сюда пожаловали. Так вот мой ответ, асэр. Ничего вам тут не светит, землю вы не получите, это моё окончательное слово. Так что лучше уезжайте подобру-поздорову, прямо сейчас. Скатертью дорога.
Поскольку Лаки молчал и собирался с мыслями и новыми аргументами, старик рубанул коротко и прямо:
– Вон. Убирайтесь.
***
– Я его предупредил. Он не понял, значит, пусть пеняет на себя, – злобно ворчал Лаки по дороге к городку. – Будут ему и бандиты, и оборотни, а может быть, и наги.
Тилла благоразумно держалась чуть позади и помалкивала.
Они въехали в городок всё по той же древней, мощёной камнем дороге.
Двух и трёхэтажные дома тесно лепились друг к другу, по улице всюду ходили люди, бегали дети, собаки и куры. Там и сям на домах виднелись вывески – гостиница, банк, больница, лавки и склады, весёлый дом.
У городка старательно сохраняли старинный облик, тут часто снимали исторические и приключенческие фильмы, вестерны.
Возле салуна у коновязи топтались лошади, мотали головами, отгоняя мух. Из распахнутых половинчатых дверей доносилась весёлая музыка, тапёр добросовестно наяривал на расстроенном пианино.
Двери распахнулись ещё шире, ударились о стены. На дорогу вылетели трое пьяниц, шлёпнулись в пыль.
– Когда монеты в карманах заведутся, тогда и приходите! – проорал им вслед бармен-громила.
– Вы-то мне и нужны, – пробормотал Лаки, спешился и направился к ним.
– Эй, асэры! Вы понимать ещё способны?
Соображать пьяницы могли, поскольку добавить им не удалось, но были откровенно злы, потому что без денег. Они мерили чужого асэра тяжёлыми взглядами исподлобья и пока что молчали.
– Я хочу предложить вам подзаработать. Тут скоро будут снимать очередной фильм, нужна массовка. Сначала мы отрепетируем начальную сцену – нападение бандитов на ферму. Рожи у вас вполне подходящие. Бутафорские винтовки есть?
– Есть, – сипло прокаркал один забулдыга. – Мы уже снимались в массовке, но увы, не так часто, как хотелось бы.
– Тогда – бегом. Жду вас здесь.
Какое там – бегом? Эти трое поковыляли вдоль улицы, словно древние старики. Черепахи и улитки были бы куда быстрей…
К безмолвному удивлению Тиллы, на холмах пьяницы оживились. Куда только девалась алкогольная немощь и тупость?
Трое мужчин проворно рассредоточились и залегли, кто за деревом, кто за кустом, кто за камнем. Руки с оружием сделались твёрдыми, глаза – зоркими, движения – выверенными. Пожалуй, живи они в другое время, из них запросто получились бы справные бандиты, подумал Лаки.
Тилла оставалась позади, в укрытии, вместе с лошадьми, но ей было отлично видно всё, что происходит. Почему этих троих не взяли в киносъёмочную группу на постоянной основе? Вон как здорово играют! Может, тогда они не спивались бы, подумала девушка.
– Эй, там, в хижине! – заорал Лаки, изменив голос. – Убирайтесь отсюда прочь, эта земля принадлежит нам, вы отняли её у шеххаров! Вы задолжали денег банде Синерылых, то есть, не банде, а финансовому банку! Вы переклеймили чужое стадо! Вы украли золото из Змеиного ручья!
Лаки нёс первую попавшуюся пургу, смешал в бредовую кучу фразы из некогда виденных фильмов, прочитанных книг, услышанных мемуаров о чьих-то предках. А затем махнул рукой, подавая сигнал.
Бах! – оглушительно рявкнула бутафорская винтовка из-за одинокого дерева на травяном склоне.
Бах! – плюнула фейерверочным огнём вторая, от каменного обломка.
Бах! – в третий раз раскатилось звонкое эхо по холмам, над кустом взвился эффектный, сизый дымок от выстрела.
Бум! – приглушённо матюгнулся настоящий, не киношный револьвер. Лаки целился в лохматого пса, что заливался лаем у ворот и дико раздражал. В собаку новоявленный главарь банды не попал, но снёс голову курице, и она забегала кругами, поливая траву кровью.
Люди в доме некоторое время хранили безмолвие, затем послышался звон бьющегося стекла, в разбитое окно высунулось дуло большого старинного карабина.
Бум! И тут же вскрикнул пьяница, что прятался за кустом. Он перебежал к Лаки, прикрываясь склоном холма.
– Мы на такое не подписывались, асэр! Мы стреляем бутафорскими, а в нас-то пули летят – настоящие!
«Бандит» баюкал на весу окровавленную руку. Остальные двое мгновенно просекли, что тут творится что-то не то.
– Валим, ребята! Нах обещанные деньги и всё нах, мы в настоящих налётах не участвуем!
Лаки и Тилла мигом остались одни.
А старинный карабин продолжал громыхать. Пронзительно заржала испуганная лошадь, сорвала повод, Тилла повисла на нём и волочилась следом, рискуя попасть под копыта. Лаки поймал обеих, закинул в седло сестру, вскочил верхом сам, они понеслись, прикрываясь холмом, и спрятались за пирамидой.
Лошадей завели в подвал под древним культовым сооружением, сами вскарабкались наверх по крутой лестнице и укрылись в крошечном храме на вершине пирамиды. Теперь никто не мог до них добраться, но и они не могли никуда отсюда уйти.
– И дальше что? Обозлённый фермер с семейством принесёт нас тут в жертву древним змеиным богам?
– Заткнись! Я думаю. Подождём, пока стемнеет.
Тилла тоскливо огляделась и мимоходом удивилась. Какое крошечное помещение! И как в нём умещались наги со своими огромными хвостами? Тут людям-то тесно…
Над крышей захлопали мощные крылья, и через мгновение в маленький тёмный храм, небрежно ступая, вошла Дарайна в человеческом облике.
– Ты, Лаки, прямо как мой брат, за тобой глаз да глаз требуется. Тебе нужна эта ферма? Могу помочь, но будешь мне обязан.
– Нет, не буду, – Лаки раздражённо фыркнул.
– Хорошо, не будешь. Всё равно помогу, потому что это весело. Но ты же понимаешь, что многого я сделать не сумею? Я могу занять пирамиду, даже отобрать, и мне её отдадут, клан это легко устроит. Но присесть на крышу и сломать дом – будет уже слишком, там погибнут люди, я же их раздавлю. И сожрать людей я не имею права, иначе сюда явится весь мой клан. Меня упекут в драконью тюрьму, а она, знаешь ли, не сахар.