Магия притяжения

Но его нужда была слишком велика, желание чересчур сильно, и мечта превратилась в жесткую отчаянную разрядку, вспышку опаляющего жара с бешеным биением сердец и беспорядочным переплетением рук и ног.
Когда они разъединились и внешний мир стал проступать в их сознании, Эмили приоткрыла глаза, чтобы посмотреть на него.
Она ласково коснулась рукой его лица.
— Когда ты был маленьким, родные называли тебя Джимми?
Джимми? Он зажмурился. Его называли Рид.
Рид Блэквуд.
— Нет. Я всегда был Джеймсом.
— Это имя подходит тебе. Ты кажешься таким важным, — Эмили выгнулась, как гибкая маленькая кошечка.
— Неужели? — Джеймс перекатился через нее и принялся щекотать. Она взвизгнула и засмеялась.
Внезапно в коридоре послышались шаги, и они замерли. Эмили приложила палец к губам, призывая Джеймса к молчанию. Должно быть, Кори, спотыкаясь, направился в туалет.
Им казалось, что они ждут целую вечность. Наконец дверь скрипнула, и шаги постепенно затихли в конце коридора.
— Чуть не попались, — прошептала Эмили.
— Да-а, — Джеймс протянул к ней руки, и она скользнула в его объятия. Он провел пальцем по ее телу и остановился на бедре, но в этом прикосновении не было ничего сексуального, и Эмили, казалось, почувствовала его тревогу.
— Где она, Эмили?
— Меланома? — Ее голос был совершенно спокоен. — Там, где у тебя татуировка.
У Джеймса на мгновение перехватило дыхание.
— Я почему-то не удивлен, — он не верил в совпадения, считая, что за этим словом люди пытаются спрятаться от судьбы. — Сколько времени ты проведешь в больнице?
— Меньше суток.
Он крепко прижал ее к себе.
— Ты же знаешь, что я буду там?
— У меня не было уверенности, что ты придешь.
— Я с самого начала хотел поехать с тобой.
— Я знаю, но тогда мне было неудобно, — она повернулась и посмотрела на него. — Теперь я рада, что ты будешь со мной.
— Потому что я нужен тебе?
— Да, — она прижалась к нему, и ее поцелуй проник Джеймсу в самое сердце, — потому что ты мне нужен.
  
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
 
Джеймс сидел в комнате ожидания, глядя невидящим взором на больничные стены и считая минуты.
Эмили не сказала ему, что опухоль, возможно, распространилась на лимфатические узлы. Он считал, что удаление меланомы вместе с окружающими тканями избавит ее от злокачественной опухоли, но этого может оказаться недостаточно.
Джеймс взволнованно перевел дыхание, подошел к автомату, взял пакетик арахиса и газированный напиток. Наверное, ему надо нормально поесть, но у него совершенно пропал аппетит.
— Джеймс? — окликнул его сзади женский голос.
Ожидая увидеть медсестру, он повернулся и едва не столкнулся с беременной брюнеткой в желтом платье. Удивленно посмотрев на нее, он сделал шаг назад.
— Простите.
— Ничего. Вы — Джеймс, не так ли?
— Да.
— Я Дайана Керр, подруга Эмили.
Джеймс пожал протянутую руку и попытался совладать со своими чувствами.
— Эмили рассказывала мне о вас.
Но она не упоминала, что Дайана в положении.
Взглянув на ее живот, он решил, что она на шестом или седьмом месяце. Джеймс не был экспертом, но, когда они скрывались от банды, его жена и сестра были беременны. Он принял роды у обеих, и ему никогда в жизни не хотелось бы больше пережить подобное испытание. Его сын родился здоровым и крепким, но племянник, крошечное дитя его сестры, оказался мертворожденным.
— Это ваш первенец? — поинтересовался Джеймс.
Она кивнула, осветившись счастливой улыбкой матери, ожидающей желанное дитя.
— Ультразвуковая диагностика показала, что это мальчик.
— Поздравляю.
— Спасибо.
Джеймс кивком головы указал на автоматы.
— Можно угостить вас чем-нибудь?
— Спасибо, я сыта. Я сегодня столько всего съела! — Помолчав, она спросила:
— Как Эмили?
У него глухо забилось сердце.
— Она в операционной. Это займет некоторое 'время.
Дайана направилась к стулу.
— У нее было хорошее настроение?
— По-моему, да.
— Потому что с ней были вы.
Джеймс подождал, пока Дайана усядется, и тоже опустился на стул, не зная, как реагировать на ее замечание. Он не может обсуждать свои чувства к Эмили. Иногда у него возникает ощущение, что он — человек, незаконно присвоивший себе чужие права, бывший заключенный, обманом вторгшийся в общество честных добрых людей.
 
Держа в руке бутылку с газированной водой, Джеймс с любопытством рассматривал подругу Эмили. У нее были кокетливо подстриженные волосы, теплые карие глаза и ямочки на щеках. Что она сказала бы, узнав, кто он на самом деле? Остались бы у нее расположение к нему и доброта, которые он сейчас чувствует?
— Вы собирались отвезти Эмили в больницу, сказал он, — но я занял ваше место.
— Ничего страшного. Эмили хотела, чтобы с ней были вы. Если бы это случилось со мной, я бы тоже хотела, чтобы со мной был муж.
Джеймс отвел глаза, потом посмотрел на Дайану и произнес:
— Я ей не муж, Дайана.
— Конечно, нет, — согласилась она, махнув рукой в попытке придать разговору более легкий характер. — Я не это имела в виду.
Некоторое время они неловко молчали. Наконец Джеймс нарушил молчание:
— Я очень хотел поехать с Эмили. Мне нужно было быть здесь. Но я не понимаю, почему она не сказала мне, что метастазы могли распространиться на лимфатические узлы.
— Даже если это так, лечение все еще возможно.
Джеймс вспомнил свою жену, ее быструю смерть.
— Джеймс, врачи просто хотят убедиться, что процесс не зашел так далеко. Поэтому они назначили ей биопсию лимфатических узлов одновременно с иссечением опухоли.
Джеймс ограничился кивком. Он понимал, что один из лимфатических узлов Эмили будет удален и вскрыт. В случае обнаружения метастаза остальные лимфоузлы также будут удалены. Но если очевидного доказательства болезни не будет обнаружено, дальнейшее исследование будет производиться патологом в лаборатории.
— Я думал, что операция избавит ее от рака и удаления злокачественной опухоли будет достаточно.
— С Эмили все будет в порядке, — уверила его Дайана.
Джеймс бросил взгляд на часы.
— Это ожидание просто невыносимо, — вырвалось у него. Он не сможет успокоиться, пока Эмили не окажется дома, в своей постели.
— Я чувствую себя прекрасно, — заявила Эмили, несмотря на измученный вид и темные круги под глазами, которые красноречиво свидетельствовали о том, что она чувствует себя не очень хорошо.
— Ты только вернулась домой из больницы, возразил Джеймс, который был полон решимости удержать ее в постели, по крайней мере в первый день пребывания дома.
— Тебе не обязательно возиться со мной, как с ребенком.
— Черта с два! — Он нахмурился, чувствуя, как в нем нарастает напряжение. Результат биопсии будет известен не ранее чем через неделю, быть может, две. За это время он с ума сойдет от переживаний. — Ты должна была сказать мне, что тебе предстоит делать биопсию. Почему ты не предупредила меня заранее?
— Я не подумала об этом.
— Ерунда!
Эмили подняла голову.
— Не ворчи.
— Хорошо, но я останусь здесь, пока ты не выздоровеешь, — заявил Джеймс. Он принял это решение, когда вез Эмили из больницы домой. — Так удобнее, чем каждый вечер заезжать к тебе после работы.
— Тебе нельзя спать в моей комнате, когда Кори дома.
— Тогда я буду спать на диване. — Джеймс быстро подошел к кровати и осторожно сел рядом с Эмили, чтобы не задеть забинтованную ногу. — Когда Кори возвратится от Стивенсов, мы проведем с ним вместе некоторое время. Как ты думаешь, ему это понравится?
— Я уверена, что он будет очень рад.
— А ты?
Она посмотрела на него со слабой улыбкой, от которой у него защемило сердце.
— Наверное, я смогу примириться с тем, что ты здесь, — Эмили провела кончиками пальцев по щеке Джеймса, завораживая его легким, как перышко, прикосновением.