ЧВК «Пересвет». Книга вторая (СИ)

Но сейчас мне было всё равно на едкие замечания Шефа. В голове крутилась знакомая фамилия.
«Дом Фадеевых… Дом Фадеевых…»
Точно! Я наконец-то вспомнил. Станция в Алтайских горах, на которой я очутился после первой встречи с шагоходами. София упоминала дом Фадеевых и говорила о том, что именно он претендовал на разработку той самой прорехи! А затем её по каким-то непонятным причинам, Император передал дому Басмановых-Астафьевых!
И вот теперь наши два Дома снова вляпались в одну историю, в которой далеко не последнюю роль играл сам Император.
Совпадение? Не думаю!
— А под чьим командованием находится ЧВК «Ладога»? — поинтересовался я.
— Один из отпрысков ихнего князя, вашество. По любому из младших. Старших детишек ваши берегут, как зеницу ока.
И под «вашими» Шеф конечно же имел дворян. Оно и не удивительно — переход власти и ответственности по старшинству. Родился первым и получай головняки на всю оставшуюся жизнь. Возможно, совсем недолгую, потому что уж больно многих манит жажда распоряжаться судьбами других.
Мне, точнее Максиму Басманову-Астафьеву, повезло. Наживать врагов, вляпываться в сомнительные истории, ходить по острию лезвия и при этом иметь за своей спиной мощь одного из самых влиятельных Домов Империи. А если умножить всё вышеперечисленное на возможность прожить под полторы или две сотни лет… Это ли не мечта? А погони, перестрелки, смертельные опасности идут бонусом.
— Меня немного смущает, что эта ЧВК принадлежит конкурирующему Дому, — сказал я честно.
— Ваша светлость думает, что это настолько важно? — удивленно спросил Виталик.
— На самом деле нет, поэтому я сказал, что смущает.
— В той высотке находятся наши. Просто наши. Все вот эти разборки между дворянами вы уж как-нибудь потом, сами. Вашество.
— Я понял тебя, Шеф, — кивнул я. В словах прожженного вояки была простая, но каменная логика, которой я сопротивляться не мог. Да и не хотел. — Тогда выдвигаемся прямиком туда.
— Э нет, вашество! Не всё так просто. Учёным этим выделили старый речной сухогруз. Оборудование располагается на борту старого ржавого корыта.
— Значит и команда учёных тоже на борту. Тогда чего мы ждём? наша первоочередная цель старый сухогруз!
— Боюсь, что ученых на борту нет, — ответил Виталик, которого уже ввели в курс происходящего, пока меня латали медики. — Та вспышка лишила всю команду яцеголовых зрения. Командир ЧВК приказал переправить их на берег. Держат оборону во владениях польских контрабандистов.
— Час от часа не легче, — проворчал я. Ситуация и впрямь выглядела скверно. Тут тебе и начавшаяся самоподдерживающаяся реакция, и прорыв в непонятно какое измерение, и необходимость действовать аккуратно, и куча разного сброда, спешащего к котловине с целью наживы… Ещё и команда ученых ослепла от собственного эксперимента! Хорошо, что хоть они в безопасности. Впрочем, а в безопасности ли?
Эту мысль я и озвучил.
— Я бы не исключил варианта, что они уже стали заложниками. Ценными заложниками, за которых можно получить большие деньги. От любой из сторон, — ответил Виталик.
— Я этим пшекам никогда не доверял, вашество. Сидеть сразу на двух стульях это их конёк, — согласился Шеф. — Но на момент связи с «Ладогой» они занимали один из этажей многоэтажки. О штурме со стороны польских контрабандистов речи не шло.
— Как давно был сеанс связи? — уточнил я.
— Тридцать пять минут назад, вашество, — ответил Шеф, сверившись с наручными часами.
— За это время ситуация могла измениться кардинальным образом. Свяжись снова, уточни. Но в любом случае, нам снова придётся разделиться. Одна команда двинется за учеными, вторая уничтожит оборудование на сухогрузе. Дамьян, — я посмотрел на серба, который молча слушал наш разговор.
— Ваша светлость?
— Нам нужна твоя птичка. Быстро попасть на сухогруз можно только по воздуху.
— Все сделаем по высшему классу, — ухмыльнуться Дамьян. — Вот только кроме пулемёта никакого вооружения на птичке нет. Ракете су завершение, ваша светлость.
— Это лучше, чем ничего. Тогда поступим так — я и Дамьян двинемся на сухогруз и уничтожим установку. На вас, — я кивнул Шефу и Виталику, — проблема с учеными.
 
— Принято, вашество, — Шеф достал еще одну сигарету и чиркнул зажигалкой. Снова запахло терпким табачным дымом. — Виталик, идем! На нужна небольшая подготовка…
— Я с ними! — встрепенулся Виктор после моих слов.
— Э, нет, дружище. Ты пойдешь со мной, — я с ходу осадил помощника профессора. Еще не хватало, чтобы Виталик его ненароком зашиб посреди руин.
Медики помогли мне облачится обратно, в броню. Оказавшись под ее защитой, я почувствовал что-то вроде облегчения — экзоскелет был моим продолжением, моей второй кожей. Бронированной, смертоносной кожей.
Наконец я покинул часовню. Вокруг уже во всю кипела работа по подготовке к новой миссии — к бамперам грузовиков монтировались специальные решётки для тарана, навешивалась дополнительная защита, частично скрывающая колёса. Да и сами тягачи были далеко не простыми — за основу взята какая-то военная модификация. Бронированная кабина с не менее бронированными толстыми стёклами, на которой установлена поворотная турель с пулемётом крупного калибра. Топливные баки закрыты толстыми кожухами, фары под решётками. Иными словами — полный фарш на тот случай, если тебе предстоят покатушки по полудиким землям Серой зоны!
Рядом со мною возник Дамьян. В руках у него был целый ворох огнестрельного оружия, включая пулемёт, слегка модифицированный для удобства использования в бронированном экзоскелете. Именно такой я и потерял на Венской свалке.
Ай да Шеф, ай да запасливый сукин сын!
— Разжился вот стволами, — заявил серб довольным голосом. — С такими игрушками не пропадём!
— Замечательно, Дамьян, — ответил я с некоторым безразличием. Видимо серб уловил эту нотку в моём голосе.
— Как благостање? — поинтересовался он, смотря на меня с прищуром. — Извршићете задатак?
— Если ты спрашиваешь, готов ли я, то да, я готов. Но самочувствие бывало и получше.
Дамьян спустил одну из сумок на землю и свободной рукой пошарил за пазухой, пока, наконец, не нашёл, что искал.
— Вот, держите, ваша светлость! — он разжал ладонь, на которой лежал кусочек какой-то фиолетовой субстанции, отдаленно напоминавшей жевательную резинку.
— Что это? — поинтересовался я, подозрительно смотря на подарок Дамьяна.
— Это «Берсерк». Делает из воина настоящую машину смерти. Страшна ствар!
Нашим разговором заинтересовался проходящий мимо Виталик. Он остановился, глянул на фиолетовый кусочек, затем перевёл взгляд на серба.
— Это что, «озверин»? — спросил он.
— Это «Берсерк». Он сделает из меня машину для убийств, — ответил я, но потом добавил. — Насколько я понял из сербской речи нашего друга.
— Это одно и то же самое, — сказал Виталик. — Это токсин, который добывают из коры дерева в одном из измерений.
— Наркотик? — я с сомнением посмотрел на фиолетовое вещество.
— Нет. По крайней мере я не знаю никого, кто решился бы употребить его дважды.
— Я пробовал его три раза! — довольно усмехнулся Дамьян, блеснув глазами.
— И почему я не удивлён? — вопрос Виталика был скорее риторическим, потому что он снова перевёл взгляд на меня. — Его действие сравни воздействию кофеина — вроде и бодрит, но бодрость эта как общий банкет за счёт единственного заказавшего.
— Берёт энергию из запасов организма? — понял я витиеватую мысль Виталика.
— Да. Только «Озверин» высасывает из человеческого организма практически все запасы, ваша светлость. В вашем состоянии, это, со стопроцентной вероятностью, окажется смертельным. Понимаете?
После некоторых раздумий я всё же взял кусочек вещества и убрал в контейнер на поясе.
— Без крайней нужды даже не притронусь, — пообещал я Виталику с ободряющей улыбкой. — Всё путём, дружище!
  
Глава 25
 
Снова гул вертолётных двигателей, снова внизу унылый пейзаж из разрушенного войной города. Одновременно с нами от площади с католической часовней выезжали грузовики под предводительством Шефа и Виталика. Больше Шефа, естественно, потому что Виталик был главной ударной силой отряда.