Энеата. Воин и Солнце (СИ)

— Ой-ой, — присвистнула Зара. — Смотри, сейчас будет весело.
Весело не было. Живые метательные машины принялись швырять огромные в валуны в ряды воинов; Энеата в ужасе замерла, пытаясь придумать, как помочь.
— Ослепи! — сердито закричала Зара, явно не терявшая в опасных условиях способности быстро соображать.
Вспышка света заполнила пространство, заливая поле и склоны гор невыносимо ярким сверканием. Зара вскрикнула, прикрывая светлые глаза ладонью. Энеата, так же хорошо видевшая в этом сиянии, как Зара в тумане, обрадовалась — каменные исполины застыли с булыжниками в руках, не зная, что делать.
— Хватит! — выкрикнула Зара. — Дай-ка теперь я!
Свет угас, поглощённый тёмной пеленой серебристого тумана. Колдовское марево рисовало смутные очертания людей и зверей; големы, замершие оставшиеся среди чар, принялись швырять камни в обманные видения, поражая своих союзников. Но даже когда големы рассыпались на части, приняв слишком мощные удары, они вновь собирались в человекоподобные живые статуи.
— Когда появится самый большой — кричи, — закрывая глаза и сосредотачиваясь на чарах, потребовала Зара.
— Что кричать?! — испуганно отозвалась Энеата.
— Да что хочешь! — рассерженно буркнула Зара.
Зара уселась в круге, закрыв глаза и крепко сжав побелевшие ладони. Колдовской туман начал опутывать склоны гор, скрывая големов и отставших сехмеров из виду. Энеата ждала указаний от сестры, растерянно глядя на происходящее.
— Зара, — осторожно позвала она. — Я же тоже в тумане ничего не вижу…
— Его — увидишь, — пообещала Зара, не размыкая век.
Того самого «его» Энеата действительно увидела, как и обещала Зара. Исполинский каменный голем, казалось, просто отделившийся от толщи горы, размером мог потягаться с самой большой из крепостных башен Идшара.
— Самый большой! — истошно закричала Энеата — так громко, как только могла.
Зара резко обернулась на крик, открывая глаза.
— Эх, сейчас бы мой пёсик пригодился, — пробормотала она, разглядывая огромное чудовище. — Это Секхмеар.
— Это и есть Сердце Гор?.. — протянула Энеата, вытаращившись на исполина.
— Да нет, — рассмеялась Зара. — Сердце Гор у него внутри. Вот разберем его на камушки — будет веселье…
— А как?! Посмотри на это…
— Да брось, — раздражённо отмахнулась Зара. — Всё, что существует, может перестать существовать. Иногда надо немного помочь. Идём!
Зара рванулась с места, бегом направившись к стоящему у склона исполину.
— Прямо туда?! — в ужасе выдохнула Энеата, впрочем, тут же устремляясь вслед за сестрой.
— Скройся! — насмешливо напомнила Зара.
Энеата тут же опутала себя чарами, скрывая от людских взглядов. Зара остановилась всё же в стороне от разгара событий, вопреки опасениям Энеаты — возле небольшого колодца, стоявшего посреди полей, ближе к склону горы. Встав, Зара огляделась.
— Короче, дело такое… камень надо вынуть. Тогда, считай, дело сделано.
— А как?..
— Пф. Сама справлюсь. Просто стой тут! — приказала Зара, посмотрев на Энеату. — Когда я подойду — ослепи их! Только когда очень близко… Иначе я тоже ничего не увижу.
Энеата кивнула. Беловолосая колдунья спокойно и размеренно, словно ничего не боясь, зашагала туда, где окруженный големами Секхмеар Сердце Гор застыл, не шевелясь, словно обычное изваяние слишком большого размера.
— Секхмеар!.. — невыносимо громко зазвучал голос беловолосой девушки, казалось, сотрясая камни гор.
Зара на пару мгновений закрыла глаза, поджав губы. Усмирив волнение, она повторила своё воззвание.
Исполин шевельнулся, разворачивая гигантское тело на крик. Энеата увидела сверкнувший в солнечных лучах блестящий серый камень, торчащий где-то глубоко в груди каменного гиганта. Так вот о чём говорила Зара — Сердце Гор…
Рука живого изваяния потянулась в сторону. Огромный кусок скалы с громоподобным грохотом оторвался от основания; великан размахнулся, собираясь швырнуть скалу в посмевшую призвать его имя крохотную фигурку. Но на том месте, откуда Зара кричала, колдуньи уже не было. Зато несколько совершенно одинаковых обманных видений рассыпались по полю, крича и привлекая внимание исполина. Наконец чудище, похоже, выбрало наиболее привлекательную цель, швырнув огромный камень в один из силуэтов.
 
Едва валун приземлился, на половину своего веса войдя в землю, Зара снова появилась. Только теперь она бежала бегом, спеша подобраться к врагу. Исполин сделал медленный, но широкий шаг навстречу, значительно сокращая расстояние между ними. Каменный кулак взлетел вверх, размахиваясь и собираясь просто раздавить нахальную букашку.
— Пора! — голос Зары словно прозвучал над самым ухом, и Энеата, призвав силу Ахарта, вновь ослепила врагов и союзников невыносимо ярким светом.
Страшный звук, похожий не то на грохот сходящей лавины, не то на крик раненого зверя, накрыл окрестности, вселяя ужас в сердца и сехмеров, и идшарцев. Каменные пластины, которыми был покрыт исполин, с диким треском рассыпались на мелкие булыжники. Горный великан широко размахивал огромными руками, от которых на многие шаги вокруг отлетали тяжёлые камни, словно пытаясь отмахнуться от невидимых гигантских мух; шатаясь из стороны в сторону, не то убегая, не то надеясь задеть врага, каменный ужас давил големов поменьше. В ужасе разбегались в стороны сами сехмеры, боясь попасть под жуткое подобие града.
— Помогай!.. — перекрыл нестерпимый шум громогласный зов Зары. — Силы на исходе!..
Энеата не видела Зары. Похоже, колдунья была где-то там, под ногами исполина; асу чувствовала её присутствие, но не знала, чем помочь. Энеата изо всех сил вглядывалась в терявшего скальную броню великана, надеясь найти более уязвимое место. Взгляд на мгновение задержался на блестевшем под каменными пластинами груди голема серебристым камнем. Холодный железный блеск, теперь куда более явно заметный, дал понять — Сердце Гор не было камнем. Это был металл.
Энеата вскинула руки, зажигая в ладонях пламя. Чары коснулись сердца голема, стараясь нагреть его. Асу закрыла глаза, отчаянно призывая все доступные ей грани колдовства. Солнечный источник Ахарта, похоже, и в самом деле был бездонен. Теряя всё больше сил, она лишь черпала ещё больше новых, постепенно теряя способность управлять ими.
Шум становился невыносимым. Энеата хотела закрыть уши руками, но не могла шевельнуться. Воля пробуждённого Ахарта, всего на несколько мгновений утратившего границы, теперь оказывалась сильнее её собственной.
Энеата с трудом раскрыла веки. Белёсое свечение расплавленного металла сверкало внутри каменного изваяния. Последний рывок в попытке пристукнуть огромным кулаком мелькнувшую у ног гиганта Зару — и каменный исполин, на мгновение замерев, рухнул на землю.
Крики сехмеров, в ужасе разбегавшихся в стороны, заглушил боевой клич идшарцев и гул рога. Но пламя Ахарта не угасло, победив врага. Оставив россыпь валунов, мгновение назад бывшее големом-великаном, жар охватывал землю вокруг, поджигая траву и кусты, раскаляя почву.
Энеата пыталась остановиться — и не могла. Огонь не мерк на безвольно поникших руках.
— Зара! — отчаянно закричала Энеата, надеясь на помощь сестры. — Зара! Помоги мне!..
Та не отвечала.
***
Трудно было сказать, кого падение каменного исполина впечатлило сильнее — веривших в его непобедимость сехмеров или идшарцев, прежде не видавших ничего подобного. Едва великан рухнул на землю, замерли без повелевавшей ими воли и другие големы; большая часть сехмеров тут же бросилась врассыпную, роняя оружие, потеряв надежду на победу.
Оставшиеся пытались биться, прикрывая отступавших к горам. Последние столкновения, уже похожие на разрозненные стычки, случились на склонах; рог трубил победу, когда остатки воинов Секхмеар ещё были живы. Асахир, передав командование Азмару, помчался к поляне у горы, где перед боем оставил Энеату и Зару. Военачальник бежал так быстро, как никогда прежде, спеша убедиться, что его жена цела.