За мечту. За Веру. За любовь (СИ)

А финал обещал быть непростым. Едва Жданов понял, с кем предстоит встретиться Ладе на ковре, как у него на скулах заплясали желваки. И каждый понял – дело плохо.
Девочка казалась рослой. И хотя вписывалась в весовую категорию, по возрасту явно была старше. В девчачьих боях часто шли на подобные уступки, ведь девочек-бойцов все же в этом спорте было не так много. Но сейчас разница была весьма ощутимой. Соперница была выше Лады, плотнее и явно имела за спиной неплохой бойцовский опыт, так как держалась уверенно.
Она потеснила Ладу из центра, сразу же перейдя в ближний бой, и наносила удары довольно хаотично, но быстро. Многие из них не попадали в цель, и Лада огрызалась. Била в ответ, не стесняясь. Но все равно отступала к краю ковра. А потом один из ударов противницы явно перешел в захват. Лада рефлекторно вывернулась, и девчонки упали на ковер. После чего поединок остановили и Ладе вынесли предупреждение. Возмущенный Артур пошел ругаться, но его никто не слушал. Лада так и не смогла взять себя в руки и до конца поединка ушла в глухую защиту.
Стоя на второй ступени пьедестала, наша сильная девочка была готова разрыдаться. А потом просто сбежала от Влада, укрывшись в женской раздевалке. Мы прождали ее полчаса.
Веру и Ксению она слушать не стала, просто отдала им серебряную медаль. Артур развел руками, мол, а что еще можно ожидать от девчонки?
И тогда к Ладе пошел я.
Постучав и не дождавшись ответа, я зашел в раздевалку. На потолке горела только одна лампа – в дальнем углу. Лада, полностью одетая, сидела на деревянной скамье, сложив по-турецки ноги. Она смотрела на меня с явным осуждением, так, как смотрела всегда. А потом произнесла. Тихо. Шепотом. Вытирая злые слезы обиды:
– Глупо было надеяться на честную игру, Максим Александрович. Я думала, что взрослая. А все еще верю в сказки…
– Где ты видела сказку, Лада? – спросил я, изо всех сил стараясь скрыть улыбку. – Тебя целый год тренировал Артур. Мне кажется, он быстро рушит все воздушные замки…
– Вы не понимаете! – воскликнула девочка, давясь слезами. – Ничего вы не понимаете, Максим Александрович! Я хотела выиграть! Я хотела от него услышать, что я молодец! От него! А не от вас! Или Владислава Витальевича! А теперь…
– Лада, думаешь, что разочаровала Жданова? – спросил я удивленно.
– Да! – выкрикнула та. – Я боюсь, что он от меня откажется! Он же не тренирует девочек! И вообще, он…
– Лада, дурында, скажи, а ради чего мы выходим с тобой на татами? – спросил я.
– Чтобы победить! – ответила она и уставилась на меня, пытаясь понять, что я имею ввиду.
– А победить кого?
– Противника? – Лада нахмурила брови и глянула на меня исподлобья.
– Мы выходим на бой, чтобы победить себя! Себя самого! Доказать себе, что мы можем быть… Вот такими… Какие мы есть, понимаешь? Кто-то рисует картины, кто-то пишет музыку, но, чтобы создать что-то стоящее, люди каждый день преодолевают себя. Ради себя, Лада. Ты слышишь меня?
– А вы тоже ради себя, Максим Александрович?
– Конечно! Ради своей мечты! Своей, понимаешь? И Влад, и Артур будут рады любой твоей победе. Но это не значит, что они отвернуться от тебя, если ты проиграешь. Дружба так не работает, Ладушка.
– Дружба?
– Конечно! Что может заставить всех нас, взрослых дяденек и тетенек, ехать смотреть детские соревнования? Только желание поддержать! А это и есть дружба.
– И Артур…
– И Артур. Он видит в тебе себя. Такую же упертую, немного циничную, волевую натуру. И он искренне хочет тебе помочь. Подстраховать. Постараться уберечь от тех ошибок, что совершил сам. Так что заканчивай рыдать и выходи к людям. Поверь мне, от серебряной медали еще никто не умирал.
Лада улыбнулась. Как-то искренне и по-детски. А потом подалась ко мне и обняла, уткнувшись носом в плечо.
Я аккуратно погладил ее по спине и произнес:
– Ну все, боец. Перерыв окончен. Мир за нас никто не завоюет!
Когда мы уже подошли к двери, Лада вдруг спросила:
– А вам бывает страшно перед боем?
– Каждый раз, представляешь?
 
– И вы все равно идете вперед?
– Потому что каждый поединок – это поединок за мою мечту.
– Я попробую так же, – задумчиво ответила девочка.
Я согласно кивнул.
В коридоре нас ждала обеспокоенная Вера и немного взвинченная Ксюша.
– А где парни? – спросил я.
– Влад где-то здесь был, с мальчишками. А Артур пошел к машине, – ответила Вера. – Все в порядке?
– В полном. Можем ехать домой.
В этот момент у меня зазвонил телефон. Я кивнул ребятам, чтобы шли вперед, а сам взял трубку.
– Максим Русланов? – раздался тихий баритон с едва уловимым акцентом.
– Чем могу быть полезен? – спросил я, стараясь не потерять друзей из вида.
– Меня зовут Вацлав Савицкий. И я представитель UFC. Я видел ваши последние бои. Так вот, через две недели я буду в Калининграде. И был бы рад встретиться с вами лично. У меня есть, что вам предложить.
– Буду рад, – ответил я, пытаясь справиться с охватившим меня ликованием.
– Тогда созвонимся дней через десять и договоримся о встрече, Максим.
– Да. Хорошо… Обязательно… – пробормотал я.
– Всего доброго, Максим.
– До свидания.
  
Глава пятая
 
Макс
До встречи оставалось еще несколько часов, и я спустился во двор, чтобы немного размяться. Эмоции зашкаливали. Я всегда считал себя терпеливым человеком, в спорте другие не выживают, но на этот раз цель была так близка, что от неизвестности в прямом смысле сносило крышу. Кое-как намотав бинты, я стучал по мешку, не сильно заботясь о результате, и думал лишь о том, как изменится моя жизнь, если…
Что если?
Я не знал.
Не хотел об этом думать.
Не верил до конца, что моя мечта может стать реальностью.
Еще совсем недавно контракт и переезд казался мне решением всех проблем. Я слишком редко виделся с родителями и слишком давно жил самостоятельно, чтобы действительно переживать о разлуке с ними. Жданов и Ксю были моими лучшими друзьями, но… Третий – лишний. Эта история как раз про нас. Пора уже учиться жить отдельно.
Измайловы…
Наши отношения с Верой стали настолько сложными, что я уже и не знал, где вымысел, а где – настоящие чувства. Она сторонилась меня, не допускала близко, словно боялась, что я сделаю ей больно. Или знала это наверняка.
Затянувшийся на многие месяцы целибат был абсолютно в духе моего любимого тренера, но я не знал, как быть дальше. Как сделать так, чтобы не ранить Веру.
– Ты говорил с ней о возможном отъезде, Макс? – голос Ксюши вернул меня на землю.
Я обернулся и тут же получил ощутимый удар мешком по плечу.
– В смысле? – переспросил я.
– Ты говорил ей о том, что хочешь уехать, – произнесла Ксю терпеливо. – А с собой ты ее позвал?
– Нет…
– Ты – идиот, Русланов! Самый настоящий! Девочкам нужны гарантии. Как минимум – ощущение того, что она – не проходной вариант, который от скуки.
– Но мы…
– Что? Максим, ты вроде бы умный мужик. Был… Вера – серьезная девушка. Скажи мне, зачем ей отношения, которые через пару месяцев закончатся ничем? – с чувством проговорила Ксюша и воинственно сложила на груди руки.
Мне стало стыдно. И поэтому я начал защищаться.
– Но что я могу ей предложить, если сам ничего не знаю? Какой стабильности, Ксюх?
– Ты можешь и должен предложить ей себя! Всего без остатка и без всяких "но"! И только она будет решать, нужен ей такой подарок или нет!
– А если не нужен? – спросил я почему-то охрипшим голосом.
– Если бы ты был ей не нужен, то уже давно бы знал об этом! Детский сад, честное слово! Да еще и Жданов запретил лезть к вам… Ой!
– Таааак! – зарычал я и кинулся к ней с намерением взять в плен и выпытать весь план противника. Ксюха с визгом бросилась бежать.
Мы пару раз обогнули домом, бегала Ксю всегда отлично, а потом на ее пути вырос Измайлов. Девушка споткнулась, я догнал ее и перекинул через плечо, звонко шлепнув по обтянутому джинсами заду.