Немного о потерянном времени (СИ)
— Безгранична человеческая наглость…
А хотелось высказаться матом, да.
Муж невесело рассмеялся:
— Ты не представляешь — насколько. Они же и в ресторан меня периодически зовут, пообедать или поужинать с ними. И с Диной.
— Я пас. Это как-то на психиатрию тянет, — мозг отказывался принимать такую картину мира.
Но Владимир Львович всегда знал, чем меня удивить. Говорила же, эти мозги работают как-то особенно:
— Поэтому я начинаю переживать, а не унаследовал ли от них этого дерьма.
Вот это поворот. Но, в принципе, так можно и предположительный «отрицательный результат» превратить в отличный вариант:
— Вот сейчас экспертиза все тебе про вас и расскажет.
Муж прижал к себе сильнее, спрятал нос в волосах и сердито пробормотал:
— Да и хрен бы с ней, с экспертизой. Так достали меня уже эти родственники — никаких нервов не хватает. Вчера вообще спросили: если не Дина, то кто мне больше нравится? Брюнетки или рыжие?
— И что ты им сказал? — нет, мне и правда, было любопытно.
— Послал. Никто мне не нравится. Я тебя люблю. Все. Достаточно.
Можно, конечно, было бы поржать над старым анекдотом, но, показалось, что любимый мужчина нуждался в ином:
— Послал так послал. Я вон тоже Веру Павловну послала.
Муж встрепенулся:
— О, Рус тут поведал. Говорил, было эпично. Они с Ником впечатлились. И, кстати, мне-то почему ничего не сказала?
Укоризненно взглянул своими сапфирами, покачал головой.
Слегка недоумевающий, но довольный, спокойный — давно его таким не видела.
Пожала плечами, плед немного сполз:
— Это мои трудные родственники, и разбираться с ними мне одной, — я очень хорошо помнила Сашины слова, прозвучавшие сразу после нашей свадьбы, почти двадцать лет назад.
Влад фыркнул, плед поправил, меня в висок поцеловал.
— Нет, Королева моя, все твои проблемы — мои проблемы, — выдохнул устало.
Да, эту фразу ему приходилось периодически повторять.
Я же изредка в самостоятельность и независимость впадала. Особенно когда дорогие мужчины сильно утомляли и слышать меня не желали. Приходилось им наблюдать, как «я все могу сама» и терпеть.
Хорошо мы вчера посидели. Тепло.
Давно так спокойно не болтали про важное.
А сейчас, обнимаясь с ребенком, на которого раньше и взглянуть-то без ужаса в душе было невозможно, я поняла, что истинно: «Дорогу осилит идущий».
Психотерапию это не отменяет, но свет в конце тоннеля виден довольно отчетливо.
Нет, наши отношения как не были, так и не стали в одночасье милыми и сказочными, но в период адаптации мы выстояли, значит, и с остальным справимся.
А как там в итоге лет через десять получится — только Пресвятые Просветители ведают.
Но не скажут.
Сами посмотрим.
Глава 54
Маргарита
Проводить на даче выходные семьей мы привыкли быстро.
Да, наследство от первого мужа, да, воспоминания и ассоциации так себе. Но, хоть и без ульев, здесь в Карельских лесах было хорошо, тихо, спокойно.
Ключевое слово — было.
В этот раз выезд у нас вышел семейным, как никогда.
Мой старший сын, большой оригинал, привез прямиком из больницы Ладу Юрьевну (что Вы, Маргарита Анатольевна, просто Лада!) с Лизой. Не «знакомиться по предварительной договоренности», а сразу так — потусить с родней на природе.
До этого, правда, позвонил, спасибо ему.
Ну, и удивил:
— Мам, мы из больницы сразу к вам, в себя прийти за городом, а потом уже в квартиру нашу поедем. Будем обустраиваться, как раз деньги от аренды пригодятся.
Взрослеет сын.
Да, обалдели и встряхнулись мы все капитально, но справились: места для размещения достаточно, кормить есть чем, уборку мы с Ником сделать успели, пока они добирались.
Манеж раскладной и прочие нужные вещи, что со времен Айкиного раннего детства в нашем сарае обитали, нашли.
Поселили молодых вместе, пусть Русик привыкает к своему счастью.
Бедная Лада первое время тряслась и шугалась страшно, чем неприятно напоминала мне Ника сразу после нашего с ним знакомства. Поэтому я уже начала подумывать, что и ее придется удочерять.
— Вот, зря переживала, что у тебя одни только сыновья. Гляди, сын тебе дочь привез, — тихо угорал над моими терзаниями Влад.
Выдохнула: и чего я правда так нервничаю? Девочка пуганая, замученная, усталая. Что же, будем спасать.
— А давайте, Лада, чаю попьем. Мальчики пока за Лизой присмотрят, — прихватила ее за локоть, кивнула на раскладной манеж Нику:
— Если что, зови Руслана, — и уволокла нервную мать на террасу.
Первые пятнадцать минут Лада чутко прислушивалась к звукам из гостиной, но потом горячий чай с мятой и мелиссой, мед, орехи и маленькие безе поглотили ее внимание. Это я еще шоколад не достала.
Я с разговорами не лезла — пусть успокоится и привыкнет для начала. И через полчаса была вознаграждена:
— Маргарита Анатольевна, спасибо Вам огромное. Это Вы нас спасли. Если бы не «Милосердие», мы бы до операции могли просто не дожить.
— Я рада, что все сложилось вполне удачно.
— Понимаю, как Вам вся эта ситуация неприятна, что Вы для сына желали другого, — вздохнув, Лада взглянула на меня усталыми глазами, полными страха и слез.
Вот что с ней делать? Я ни разу ничего плохого ей не сказала, никогда и ни в чем не обвиняла. Пресвятые Просветители, вот что там, в голове, а?
— Лада, я всегда хотела для своих детей одного — счастья. Так уж вышло, мой старший сын решил, что его счастье — Вы. Мне кажется, он за свой выбор отстрадал достаточно. Поэтому сейчас я больше всего хотела бы узнать — а сами-то Вы что думаете?
Ух ты, встрепенулась, глаза безумные, горят:
— Я его люблю. Всегда любила, но не могла признаться даже себе — он же младше, он же мой ученик. Это же абсолютно недопустимо.
Кирилл и Мефодий, дайте мне терпения. Или хотя бы красного сухого.
— Лада, врать себе — последнее дело. Рада, что вы все же с чувствами разобрались. Он давно не Ваш ученик, разница в возрасте — это просто цифра. Мне бы хотелось, чтобы вы наконец-то были уже счастливы.
М-да, к такому жизнь меня не готовила: моя потенциальная невестка с рыданиями бросилась мне в ноги.
Твою молекулу.
Поднять ее мне не удастся.
Ладно, опускаюсь на ковер рядом, обнимаю плачущую Ладу, глажу по волосам.
Вместо того чтобы перестать, истерика заходит на новый круг.
Да-а-а. Ситуация.
Мой прекрасный супруг появляется вовремя, оценивает обстановку и исчезает. Через минуту в дверях возникает паникующий Рус. За его спиной маячит Влад.
Это они Ника с Лизой оставили? Гении, ёжки-плошки.
С Айкой или Селой наш Никитос справляется, но и девчонки большие уже, с ними договориться можно. А тут мелкий чудо-пупс!
Только Рус подхватил свою радость на руки и думал свалить, как Лада внезапно успокоилась.
Ну, и хвала Пресвятым Просветителям. Жестами пригласила всех к столу. И к чаю.
Вечер пятницы определенно удался.
Суббота тоже шла вполне ничего себе ровно до того момента, пока у ворот не припарковался черный «Ланд-Крузер Прадо». И угадать понтореза за рулем нетрудно. Достаточно было просто на Влада взглянуть.
С появлением в гостях Степана Тимофеевича напряжения в воздухе добавилось.
Настолько, что пару часов промаявшись в потрескивающей от взглядов и намеков атмосфере, Ник выудил из сарая Айкину коляску, протер влажными салфетками, устроил в ней Лизу, и укатил гулять по дорожкам поселка.
Рус тут же подхватил на руки Ладу и утопал по лестнице на второй этаж.
Сыновья мои мудро отступили. Это не их разборка.
А я отправилась накрывать чай.
Потому что она и не моя тоже.
Прикидывала планы на завтра — послезавтра, да и вообще на грядущую неделю. Все, наотдыхалась я, там уже конец декабря с сессией не за горами. Пора входить в рабочий режим.
Звонок Лей оказался сюрпризом. Вернувшись в цивилизацию из вигвама, я отписалась в ведьмачьем чате, да и срочных вопросов вроде не было.