Предел прочности. Книга четвертая (СИ)

- А кто сказал, что нам одни гении нужны? Не всем за столом сидеть и думать, может и в поле поработать придется. Леженец вроде как человек надежный или сомнения есть?
Я глубоко задумался, припоминая всевозможные случаи, связанные с парнем. Долго думал, но так ничего и не нашел за четыре года, что проучились вместе. Дурь какую учудить - запросто, тут Леженец всегда первый, а вот своих подставить или сдать – это никогда, не водилось за нашим спортсменом подобных привычек.
- Хорошо, пускай будет спортсмен. Еще фамилии назовешь или все на этом?
- Пока все. Теперь твоя задача обзвонить бывших одногруппников и договориться о встрече на завтрашний вечер. Если по графику произойдут накладки, сдвигаем мероприятие на воскресенье. Чего такой кислый, курсант? Не хочется делиться маленьким секретом с окружающими?
Не хочется, это слабо сказано: как представлю реакцию на слова о невидимом друге, так комок к горлу и подступает. И ладно Герб с Нагуровым: парни на смех не поднимут и пальцем у виска крутить не станут, точнее воронку над головой закручивать. В них я уверен, в отличии от Леженца, и особенно Альсон с ее острым язычком. Мелкая проныра мне спуска не даст, будет травить при случае, и ладно если обойдется без лишних свидетелей.
Интересно, почему Мо настаивает на ее кандидатуре, настолько в ней уверен? Хотелось бы и мне иметь толику той самой уверенности.
- Кто будет рассказывать про Марионетку?
- По ходу пьесы определимся, ты главное пока лишнего не болтай. Скажи, так мол и так, переговорить надо по делам важным, подробности при встрече. Собирай всех ближе к восьми у себя дома, а остальное беру на себя.
- Не нравится мне это.
- Мне тоже, курсант… Если это Палач, а есть все основания думать, что это именно он, то выбора у нас нет. От твари нужно избавляться любыми имеющимися средствами.
- Может обратиться напрямую к Томби, объяснить всё?
- Ты сам-то в это веришь, курсант? Ну допустим, удалось нам попасть в кабинет руководителя, и даже убедить его в верности своих предположений. Дальше что? Неужели ты думаешь, что один Альфред Томби способен запустить в действие механизм под названием Организация? Что он заставит вертеться в нужном направлении тысячи шестеренок гигантского производства? Будут официальные собрания и кулуарные встречи, столкнуться группы интересов, подключиться политика. О возможных жертвах даже думать не будут, пока не станет слишком поздно, и парки нулевого мира не зальет кровью, так что по пояс станет.
- А мы значит, справимся? - пришло мое время саркастически улыбаться. – Горстка зеленых новичков во главе с запойным детективом?
- Посмотрим, курсант… Ты главное, указанных людей собери без лишнего шума.
Вечером того же дня устроил обзвон. Авосян был на дежурстве, поэтому разговор с ним перенес на следующее утро. Нагуров лишних вопросов не задавал, ответив короткое «да». Зато Леженец развел целую беседу: будут ли девчонки, и каков дресс-код на вечеринку.
- Дмитрий, разговор будет носить деловой характер.
- Конечно-конечно, не спорю. А кто будет? Зеленоглазую красотку со своего отдела пригласишь?
Кажется, Леженец так и не поверил: бесконечно дурачился и шутил, но прийти согласился, а большего и не требовалось.
Вредную проныру я оставил напоследок. Долго смотрел на телефон, жалея, что контакт с фамилией Альсон в принципе имеется в записной книжке. Потом слушал далекие гудки, и когда холодный женский голос сообщил: «вызываемый вами абонент недоступен», безгранично обрадовался. Извините, со своей стороны сделал все, что смог – не получилось: общаться со мною не захотели.
И все бы ничего, но Альсон перезвонила сама. На заднем фоне играла музыка, доносились веселые голоса.
- Чего тебе, Воронов? - послышалось недовольное в трубке. Я словно увидел наяву сморщенное кукольное личико, и маленький ротик, скривившийся в тонкую изогнутую линию.
- Есть деловой разговор.
- Деловой? – переспросила она, хотя уверен - слышала меня прекрасно.
 
- Да, деловой. Завтра в районе восьми вечера, собираемся у меня на квартире. Сможешь подойти?
- Завтра у нас суббота… суббота, - в голосе послышалась легкая задумчивость. Потом шелест и вопрос, адресованный неизвестному, находящемуся рядом. – Робби, какие у нас планы на завтрашний вечер. Вылетаем в Латинию? Уже сегодня?
Звучит неразборчивый мужской голос и дурашливый смех в ответ, а после слышу в трубке.
- Завтра не могу, у меня планы.
- Очень жаль, тогда хорошего вечера, - и торопливо жму кнопку «отбоя».
Фух, словно груз с души свалился. Одной мелкой заразой на собрании меньше, а что будет Мо ворчать, так это ерунда, не впервой: поворчит и успокоится. Если настолько горит желанием увидеть Альсон, пускай сам и договаривается. Лично у меня не получилось.
Пока чистил зубы, все думал над последним телефонным звонком. По всему выходило, у «малышки» появился новый ухажер. Девочка была крайне разборчива в кавалерах, и выбирала сплошь родовитых аристократов. Справедливости ради стоит отметить, что последние сами к ней липли, очарованные кукольной внешностью. Прав МакСтоун: одни беды от бывшей одногруппницы, как бы дело не дошло до новой дуэли. Готовьте ваши шпаги, господа.
Одно успокаивало в сложившейся ситуации: мне вроде как фехтовать не по чину, родовитостью не вышел, да и делать этого не умею, чего греха таить. Вот если в кого из пистолета пальнуть, это пожалуйста, а холодное оружие – вотчина аристократов.
Интересно, возьмется Мэдфорд за очередную защиту чести или это будет кто другой из числа «наших». Лично я одного такого олуха знаю: лысый, живет по соседству и вечно басит.
Сплюнув остатки зубной пасты в раковину и выключив свет, направился в постель. Стоило лишь положить голову на подушку, и сон тут же мягкой лапой коснулся сознания. Тело медленно, но верно погружалось в сладкую негу забытья.
И надо было посмотреть на часы… Рука сама потянулась к телефону – половина двенадцатого, самое время для крепкого сна. Только вот что это за значок моргает в углу?
Одолеваемый плохим предчувствием, открыл меню и, щурясь от яркого света, прочитал новое сообщение:
- Буду.
Отправитель Лиана Альсон, десять сорок пять.
Бездна… Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Мо.
 Глава 8 
 
- Вопросы? – прозвучавшее слово повисло в густом, словно кисель, воздухе. Присутствующие напряженно молчали: ни звука, ни шороха в заваленном хламом помещении.
Не знаю, как Мо отыскал это здание – очередной недострой в два этажа, с зачатками кирпичного забора и большим подвалом, где хранились неиспользованные стройматериалы и инструменты. Были здесь и столы со стульями, и даже черная доска имелась: самая обыкновенная, ученическая, на которой в отсталых мирах писали мелом. Откуда только взялось подобное чудо? Мо распространятся не стал, да народ особо и не спрашивал. Ребят интересовали совсем другие вопросы.
- Может скажете, зачем мы здесь? – пробасил Герб, впервые переступив порог.
- Если это криминал, мне лучше сразу уйти, - добавил Нагуров. Парень заметно тушевался и долго не решался войти, выглядывая из дверного проема.
Зато Леженец чувствовал себя как рыба в воде, тут же проковырял мешок с цементным раствором - чихнул, обтер пальто о сомнительного вида стену и подпрыгнув, разместился прямо на столе. Мебель жалобно скрипнула, но устояла под весом удалого спортсмена, который мало того что плюхнулся сверху, так еще и ногами принялся мотать из стороны в сторону.
 
- Ой, ну какой криминал. Успокойся, Нагуров, причитаешь, словно маленькая девочка, - недовольно заметила Альсон. Кому как не ей проводить подобные параллели. Впрочем, сегодня не было и намека на образ малышки – настоящая леди в строгом брючном костюме, пускай и роста невысокого, с личиком кукольным.
- Маленькая девочка… Как она тебя, Саня, а? Припечатала, - Леженец довольно заржал. – Могёт мелкая. Не ссы, ща точно какую-нибудь тайну расскажут.