Трактир «Волшебная жемчужина»
Ее соперники то и дело кидали на нее настороженные взгляды, но молча взяли розданные карты и начали игру. У Енын были неплохие карты, и она немного расслабилась. Сходу взяла несколько с кона и уже прикидывала в уме, сколько наберет очков. Игра в хато на первый взгляд казалась чистым везением, но дело было не только в удаче, но и в том, какой противник перед тобой.
Енын сразу определила, что оба ученых, несмотря на свой статус, менее искушенные в игре, чем простолюдин, сидящий прямо напротив нее. С виду он казался простым и глуповатым, но по итогу игры, когда все открыли карты, набрал самое большое количество очков, чем обескуражил всех, в том числе и Енын. Она поняла, что главное – наблюдать за потенциальным соперником, чтобы понимать, кто главный «враг», и быть начеку.
Вместе с учеными она вытащила две золотых монеты и положила на стол. Простолюдин с алчным взглядом тут же сгреб все к себе и рассовал по карманам потертого ханбока. Енын не сильно расстроилась, потому что мешочек токкэби автоматически пополнялся и не имел ограничений, да и эта игра была всего лишь разминкой. Но впредь нужно действовать осмотрительнее и внимательнее наблюдать за другими игроками.
– Енын, ты уверена, что сможешь выиграть у господина Юна? – шепнула ей на ухо встревоженная ее проигрышем Хэиль. Бледный как смерть Имуги едва стоял на ногах и с беспокойством смотрел на Енын.
– Не уверена, но я сделаю все, что в моих силах. – Она вытерла о подол вспотевшие от волнения ладони.
– Госпожа, вы будете еще играть? – спросил ее один из ученых, но Енын покачала головой: ей нужно попрактиковаться с разными людьми, прежде чем она доберется до Юна. Судя по всему, он был игроком высокого класса, и нечего даже думать садиться против него без должной тренировки.
– Возможно, придется прийти сюда еще раз, – тихо сказала Енын лисе, когда они встали и направились к другому столу.
В этот раз она уже внимательнее следила за противниками. Спасовав два раза, она в итоге открыла карты и выиграла, набрав самое большое количество очков.
– Почему ты пасовала? Ведь чем больше карт у тебя на руках, тем больше вероятность выигрыша! – Хэиль разнервничалась, испугавшись, что и в этот раз Енын проиграет.
– Это не так, – покачала она головой, забирая со стола небольшую горку золота. – Большинство карт в колоде не имеют ни одного очка. Видишь карты с цветами и растениями? – Хэиль кивнула. – Их всего двадцать три штуки из сорока восьми. И они имеют ноль очков. Так что важно не количество карт, а их ценность. Самое главное – понять, какие карты остались на руках у противника, и тогда можно подгадать момент, чтобы открыться и выиграть.
Она хитро подмигнула подруге, чувствуя, что расслабилась и теперь начала получать удовольствие от игры. Напряжение спало, Енын уже чувствовала приятное возбуждение и просыпающийся азарт. Пройдя еще несколько столов и выиграв, она увидела, что господин Юн, который до сих пор притворялся простолюдином, наконец, обратил на нее свое внимание. Она то и дело ловила на себе его острый взгляд, от которого каждый раз неприятно екало сердце.
А когда другие дамы покинули игорный дом, Енын невольно привлекла и внимание остальных игроков. А учитывая ее успехи, теперь ее звали за свой стол богатые высокопоставленные чиновники, некоторые из которых скрывали лица масками.
Енын принимала приглашения, раззадоривая мужчин, для которых стало делом принципа выиграть у неизвестной дамы, сорившей деньгами. Время от времени она проигрывала: когда намеренно, когда случайно, – но неизменно пополняла волшебный мешочек, подаренный ей токкэби.
За очередным столом она проиграла подряд два раза и заметно расстроилась. Седовласый мужчина, лицо которого скрывала маска, держался очень уверенно и раз за разом брал банк. Енын уже почти отчаялась и собиралась было встать из-за стола, как вдруг взгляд ее упал на выглянувшую из-под полы длинного ханбока шелковую рубаху. Руки дрогнули, едва не выронив карты: по краю одежды шла искусная вышивка с серебряными фениксами – родовым символом рода Ким. Ее рода! Вскинув взгляд, она всмотрелась в сидящего напротив мужчину. Нефритовые бусины на шляпе, седые волосы, лицо невозможно разглядеть из-за скрывавшей его маски, однако… Холеные гладкие руки, на правом запястье – небольшое родимое пятно… Сомнений быть не могло, это ее отец – министр Ким, советник короля!
Едва живая, Енын вежливо отказалась от игры и, стараясь держаться прямо, вышла на улицу, вдохнуть свежего воздуха. Голова кружилась от потрясения и страха, что ее могут разоблачить. Ее отец здесь! Уму непостижимо! Как такой высокопоставленный вельможа может посещать подобные места?! А она-то переживала, что он поздно ложится, потому что занят государственными делами! На самом деле теперь причина его бледности, синевы под глазами и бессонницы была понятна. Отец пристрастился к азартным играм. Наверняка матушка и не подозревает об этом!
Выйдя на морозный воздух, Енын несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и нервно хохотнула: и ее еще пытались пристыдить за неподобающее поведение! В то время как глава семьи занимается таким недостойным делом! Да еще и когда его единственная дочь пропала… Енын так переживала за родителей, а ее отец, оказывается, вполне спокоен и доволен жизнью, развлекается и горя не знает!
Горечь разочарования и колкая обида проникли в сердце. Чего еще она не знает о своей, как она думала, идеальной семье? На самом деле идеальных семей не существует, просто матушка пыталась выставить ее в таком свете.
– Тебе нехорошо? – забеспокоилась Хэиль, пытаясь заглянуть под вуаль.
Енын покачала головой, лихорадочно думая о том, как поступить: вернуться ни с чем в пещеру и снова прийти сюда завтра или сыграть партию против своего отца? Но ведь нет гарантий, что он не придет сюда и завтра.
– Просто душно стало, – соврала Енын, не желая раскрывать неприглядный секрет своей семьи.
– Пора решаться, – раздался слабый голос просочившегося сквозь дверь Имуги. – Несколько стражников ушли от пруда, где держат дочь Ино, мы можем похитить дитя, пока хозяин дома занят игрой в карты.
– У нас есть план, и Енын вполне может потягаться с купцом Юном, – возразила Хэиль, с беспокойством оглядываясь по сторонам. Даже кумихо было страшно находиться в этом притоне.
– Неужели вы все еще думаете, что этот негодяй отдаст вам ребенка, даже если проиграет? – блекло усмехнулся змей. – Нужно попытаться выкрасть дитя, пока не стало поздно.
– Не будем же мы сражаться с наемниками! – шепотом воскликнула Енын и всплеснула руками. Ее потряхивало от одной только мысли, что придется вступить в схватку со стражниками и рискнуть жизнью.
– А если предложить Юну все деньги, которые нам отдал токкэби? – размышляла вслух Енын, которой ее первоначальная затея теперь тоже казалась невыполнимой. И как только она додумалась до этого! Син был прав, не стоило лезть в пасть к тигру, а теперь никто не понимал, что делать дальше: идти напролом и рискнуть или вернуться в пещеру, чтобы придумать новый план.
– Один мешок против неиссякаемого источника жемчуга? – усмехнулся Имуги. – К тому же, есть вероятность, что, как только ты заговоришь о ребенке Ино, Юн поймет, что ты ее прячешь. Либо знаешь, где она находится. И тогда это станет еще опаснее.
– Что же тогда нам делать? – растерянно спросила Хэиль, переводя встревоженный взгляд с подруги на Имуги. – Я не смогу одолеть такое количество охранников.
– Вот бы Син был здесь… – устало покачал головой змей.
– А я и здесь, – раздался вдруг за спиной холодный голос, и Енын обернулась, ощущая, как бешено рванулось к нему сердце. – Вы думали, я отпущу вас одних в это логово? Только не очень понимаю, чем могу помочь. Вредить людям мне нельзя, поэтому сражаться с охраной не стану.
– Друг мой! – радостно воскликнул Имуги, и его болезненное лицо озарила счастливая улыбка. – Тебе достаточно отвлечь их чем-нибудь, а мы в это время спасем дитя русалки.