Дело Гронского (СИ)

— Что-то не так? — удивился Михаил, заметив замешательство на моём лице.
— Ваше Высочество, я благодарен за оказанную мне честь и доверие, но позвольте отказаться от этого предложения. Ректор должен быть организатором и человеком, чётко знающим законы, умеющим в них ориентироваться, подстраиваться под ситуацию. Я же по большей части практик. Позвольте мне занять пост декана факультета уников и стать председателем приёмной комиссии. Я уверен, что на этих должностях смогу применять практические навыки для подготовки талантов, отбора перспективных студентов и принесу куда больше пользы академии и государству.
— Разумно, — согласился Михаил. — Мне довелось видеть в деле ваших студентов, поэтому охотно верю, что вы справитесь с этой задачей. Должность декана также требует опыта, поэтому я подготовлю приказ о прямом назначении на должность. Но кого мне тогда поставить ректором?
— У меня есть кандидатура. Поверьте, этот человек вас устроит.
— Арсений, отец не зря благоволил тебе и академии, — произнёс Михаил совсем иным тоном. — У него было предсказание, что ты сыграешь большую роль в будущем империи и его сына. Так оно и вышло! Надеюсь, ты ещё не раз выручишь всех нас.
Так вот почему меня тогда не выперли из академии, и почему император благосклонно относился к любым проблемам Арктической академии! В этом была замешана не только политика, но и предсказание.
— Это всё? — поинтересовался император.
— Ваше императорское высочество, есть ещё одно дело. Фёдор Никитский сполна искупил свою вину и помогал общему делу. Можно ли его реабилитировать и вернуть дворянский титул? То же самое я хотел попросить в отношении Вершининых и других обитателей развалин поместья Серафимовых. Пусть они сделали меньше, чем Фёдор и готовы были присягнуть Владиславу, но приняли нас и помогли в тот момент, когда помощь нужна была нам больше всего.
— Я помню обо всех, кто протягивал мне руку помощи, — кивнул Михаил. — В поместье Серафимовых уже послали людей, чтобы помочь жителям убежища. Что касается Никитского, я выполню эту просьбу без проблем, он кровью заслужил прощение. Это всё?
— Кажется, да, — честно признался я.
— Поразительно! — ухмыльнулся император. — Никто из вас не попросил никаких благ для себя. А ведь вы многое потеряли в этой борьбе и заслуживаете награды. Хорошо, я выберу благодарность на своё усмотрение.
Мы с Ариной решили дождаться остальных, прежде чем покинуть дворец.
— Арс, академию восстановят! — закричал Кеша, выйдя от императора. — Мы снова в деле!
— Я знаю, — ухмыльнулся я, понимая, что Уваров радуется этому не меньше меня. — А что ты просил у императора?
— Ну, раз академию всё равно откроют, я попросил оборудование для лаборатории, а ещё грант на восстановление научной станции в Дальних Зеленцах. Работы будет — непочатый край!
Сразу из дворца мы отправились на вокзал и купили билеты до Мурманска. Я, Трофимов, Арина и Кеша. Наумова решила погостить у родителей, Аксёнов тоже решил навестить семью и воссоединиться с Настей, а Лада отправилась искать родителей, которые покинули Москву. Что до планов Аверина, мне было ничего не известно.
Увы, но ближайший поезд на Мурманск шёл только завтра, поэтому нам пришлось снимать номер в гостинице и ночевать в столице. Несмотря на установление порядка на улицах, выходить на прогулку мы не решились, а после ужина собрались в гостиной, чтобы посмотреть новости.
— Оставь-ка! — произнёс Трофимов, когда Кеша листал передачи по телевизору. На экране как раз был репортаж из Мурманска. — Сделай громче!
Уваров прибавил звука и отложил пульт в сторону, а мы уставились на экран.
— После инаугурации Его императорского высочества Михаила шведская сторона отказалась выводить свой военный контингент из Санкт-Петербурга и Мурманска. На помощь потрёпанным в боях с силами сопротивления солдатам экспедиционного корпуса выдвинулся Второй королевский флот Швеции в составе шестнадцати кораблей. Однако до Мурманска корабли не добрались. Шведский флот был встречен кораблями Северного морского флота у острова Торос, где и произошло сражение. С нашей стороны потеряны четыре эсминца и два патрульных катера. Шведский флот потерял одиннадцать кораблей. Остальные суда получили сильные повреждения и вышли из боя. На данный момент известно, что они находятся в шведских территориальных водах и направляются на ремонт.
  
— Так им! — воскликнул Кеша. — Нужно было добивать, чтобы неповадно было к нам соваться!
В отличие от Уварова, Арина воспринимала эту новость с тревогой.
— Как думаете, чем закончится?
— Ничем, — отмахнулся Трофимов. — Шведы здорово получили в этом бою. Не забывайте, что мы тоже потрепали их и в Мурманске, и в Архангельске. Скорее всего, запросят коридор, чтобы вывести остатки экспедиционного корпуса в обмен на гарантии ненападения. Сейчас шведы недостаточно сильны, чтобы бодаться с нами в одиночку. Без помощи Великобритании, Нидерландов и Дании они обречены на поражение, а другие страны вряд ли отважатся ввязываться в эту стычку.
— Будем надеяться, что всё обойдётся малой кровью, — согласилась Арина и взяла меня за руку. Я понимал, что она волнуется. После всего, что нам пришлось пережить, повторения не хотелось никому. К тому же, все мы понимали, что масштаб битвы в Архангельске был ещё малой частью того, что может разразиться в случае крупномасштабных боевых действий.
Этой ночью я впервые за много недель спал спокойно. Усталость, недосып и пережитые волнения давали о себе знать. А поздним утром меня разбудил звонок телефона. Я открыл глаза, выбрался из объятий Арины и потянулся за телефоном.
— Арс, это твоя работа? — прокричал в трубку Аверин вместо приветствия.
— Смотря о чём ты, — пробормотал я в трубку сонным голосом.
— Его Высочество Михаил Павлович лично звонил мне с просьбой возглавить Арктическую академию. По его словам, мою кандидатуру порекомендовали со словами, что я, как блестящий организатор, лучше всех справлюсь с обязанностями ректора.
— А разве я соврал?
— Значит, это всё-таки был ты! — выпалил Пётр. — Почему-то я так и подумал.
— И ты согласился?
— Разумеется! От таких предложений не отказываются. Нет, для меня это большая честь, но у меня были другие планы. Хотя, это неплохо встраивается в общий план дома Авериных. В общем, занятия возобновятся через неделю, так что через пару дней жду в академии на собрание.
Эта новость меня несказанно порадовала. Да, многие студенты погибли. Кто-то навсегда покинул страну, некоторые решат забрать документы и продолжить обучение в другом месте. Но дело Гронского будет жить, а мы станем его достойными продолжателями.
На следующий день мы сели в поезд, который должен был отвезти нас в Мурманск. К счастью, удалось взять билеты в одно купе. Только устроились вокруг столика, как в дверь постучали.
— Мы кого-то ждём? — заволновался Кеша и активировал энергетический щит.
— Ждём! — ухмыльнулась Арина, которая уже использовала талант и наверняка знала кто стоит за дверью.
  
Глава 16
 
Виват, академия!
 
— Вы думали уехать без меня? — возмутился Аверин, когда дверь отворилась, а Кеша убрал энергетический щит.
— А ты с нами до Мурманска, или в Питере пересядешь до Архангельска? — поинтересовался Уваров, и только сейчас я вспомнил, что ещё не рассказал другу о новой должности Аверина.
— Я теперь с вами до конца. Сегодня утром купил билет в соседний вагон. Арс, ты им ничего не сказал?
— Да как-то не успел, — виновато отозвался я. — Но так даже лучше. Считай, что я не стал лишать тебя удовольствия сообщать эту новость лично.
— Покорнейше благодарю, — отвесил мне шуточный поклон Пётр и присел на свободном месте рядом с Уваровым и Трофимовым. — В общем, с сегодняшнего дня я исполняю обязанности ректора Арктической академии. Я так понимаю, четыре преподавателя и один студент у нас уже есть, а остальное понемногу восстановим и соберём по крупицам обратно.