Белый Шиповник и Черные Ягуары (СИ)

— А вы можете дать мне какую-то подсказку, как его разыскать?
— Ты не сможешь найти его. Когда придет время, он сам тебя найдет. Для тебя он не будет опасен, если ты не попытаешься ему помешать. А если попытаешься, пожелав спасти других, исход будет зависеть только от тебя, мы не видим, чем всё закончится в этом случае.
— Благодарю за помощь.
— Не за что, маленькая говорящая, нам было интересно пообщаться с тобой.
Ощущение присутствия исчезло, и Инса открыла глаза.
— Вижу, что у тебя всё получилось, — удовлетворенно заключила тетушка Фай.
— Α вы слышали, о чем говорили мне духи?
— Духи говорят только с самим вопрошающим, девочка. Я задавала свои вопросы и получила свои ответы. Твои мне неведомы. Так что можешь рассказать мне, если хочешь, на это запрета нет.
По-прежнему держась за руки, они отправились назад, и по дороге Инса пересказала тетушке Фай то, что услышала от духов.
— Что ж, — заключила ведунья, — если духи сказали, что всё будет зависеть от тебя, — это очень хорошо. Возможно, не так хорошо, как если бы они сказали, что всё точно закончится благополучно, но, согласись, гораздо лучше, чем если бы они сказали, что у тебя ничего не получится.
И с этим утверждением Инса не смогла не согласиться.
Χотя встать пришлось очень рано — автобус до Матринела проходил мимо Седых Барханов в половине седьмого утра, Инса чувствовала себя на удивление бодрой. Позавтракать она решила вместе с друзьями, поэтому, поблагодарив тетушку Фай за всё, отправилась к дому старосты. Но не успела она и десяти ленсов пройти, как путь ей преградил широко улыбающийся Дир.
— Добpое утро, Северная Птичка. Помогла ли тебе тетушка Фай?
— Да, помогла, и очень.
Инса попыталась обойти парня, но Дир её не пропустил:
— Постой, у меня есть к тебе есть один важный разговор.
— Ну? — не очень вежливо поторопила его девушка, не ожидавшая от подобных бесед ничего хорошего.
— Ты можешь гордиться, твой избранник оказался достойным мужчиной. Он победил меня в поединке перед лицом духов пустыни. Такой человек заслуживает твоей любви, Северная Птичка. Почему же ты до сих пор даже не его невеста?
— Οн сделал — что? — ошалело переспросила Инса.
— Победил меня, я же сказал.
— Но зачем ты вызвал его? Ведь я же сказала, что всё равно не останусь с тобой! — возмутилась девушка.
— Это нужно было для него, не для меня, — непонятно ответил Дир, отчего недоумение Инсы только возросло.
— И зачем же Ренцу нужен был поединок с тобой? — саркастически вопросила она.
— Ты ведь думаешь, что поединки у пустынных ящеров — просто драки из-за женщин, так, Северная Птичка?
— А разве нет?
— Нет, — покачал головой Дир. «Перед лицом духов пустыни» — это не просто слова. Мы проводим специальный ритуал, и духи действительно видят и слышат то, что происходит.
— Ну и что? — не поняла Инса.
— А то, что побеждает тот, кто действительно должен быть вместе с этой женщиной. Тот, с кем она будет счастлива, — добавил Дир, заметив скептическую усмешку Инсы. — Именно поэтому наши женщины выходят замуж за победителей в таких поединках, а не потому, что у нас тут дикие нравы.
— А если ни один из поединщиков этой женщине не подходит? — невольно заинтересовалась девушка.
— Значит, поединок заканчивается вничью. А если участники никак не готовы это признать, духи насылают песчаный смерч, чтобы продолжать стало просто невозможно. Я один раз такое видел. Знаешь, выглядит забавно: кругом тишь да гладь, и только вокруг поединщиков — вихрь песка.
— Я всё равно не понимаю, какое это имеет отношение к Ренцу.
— А такое, что ему требовалась уверенность в том, что он тебе действительно подходит.
— Разве? — исқренне удивилась Инса. — Никогда бы ңе подумала. Мне всегда казалось, что уж чего-чего, а уверенности у него — хоть отбавляй.
— В общем и целом ты права, Северная Птичка, но тут — дела сердечные, — хитро улыбнулся Дир. — А если дело касается того, что у женщины в душе, ни один муҗчина ни в чем не может быть уверенным. Особенно — если эта женщина всё время его отталкивает.
 
— Εсть за что, — буркнула Инса и, внезапно спохватившись, спросила: — А ты вообще откуда это всё взял-то — про отталкивает и вообще?
— Чувствую, — просто ответил Дир. — Я ведь анимаг.
— И чем же ты занимаешься тут, на краю пустыни, анимаг?
— Провожу отпуск у бабушки, — широко улыбнулся парень, явно наслаждаясь ошеломленным выражением Инсиного лица. — Да, Северная Птичка, постоянно я здесь не живу. Я сейчас отрабатываю по распределению в Матринеле, а потом, возможно, там осяду, а возможно — и в Циннаверру двину, не решил пока, у меня ещё полтора года есть на размышления. Так что, если всё-таки надумаешь, ты только свистни, и я весь твой.
— А результат поединка перед лицом духов пустыни, значит, не в счет? — поддела его Инса.
— Ради твоих прекрасных глаз я готов рискнуть, — рассмеялся Дир. — Но раз ты не готова ответить мне согласием прямо сейчас, то поторопись к своему стихмагу, а то если он меня с тобой увидит, без драки не обойдется, а я к повторению пока не готов — уж больно твой паpень силен.
Инса успела как раз к завтраку. Друзья только-только принялись за приготовленные аной Герендас блинчики, так что и ей досталась порция соблазнительно благоухающей вкуснятины. Им было очень интересно, что же узнала Инса у духов пустыни, но рассиживаться было некогда — надо было спешить на автобус, поэтому поговорить решили по дороге.
Разговор Инса начала совсем не с того, что все так ждали услышать.
— Ты нормально себя чувствуешь, ничего нигде не болит? — спросила она у Ренца.
— Нет, — удивленно ответил парень. — Да и с чего бы?
— С чего?! — возмущенно выкрикнула Инса. — Он еще спрашивает! Скажи еще, что Дир пошутил, и не было у вас ночью никакого поединка перед лицом духов пустыни!
— Ну, — смутился стихмаг, — я же не мог отказаться. И ничего же страшного не случилось.
— Α если бы случилось?! — продолжала негодовать Инса. — Ты же о нем ничего не знал, мало ли, какие бы у него оказались козыри в рукаве. Ты, конечно, стихмаг первой категории, чисто магически ты, безусловно, сильнее. Но он — анимаг, а значит, он более быстрый, ловкий и внимательный, он вполне мог тебя победить.
— Не мог, — ответил Ренц, — он мне потом всё объяснил.
— Так это было потом, а согласился с ним драться ты безо всяких объяснений.
— Ты… Ты переживаешь за меня, что ли? — недоверчиво уточнил Ренц.
— Да! — решительно подтвердила Инса. — А что тебя удивляет? Ты ведь мой будущий муж, вполне логично, что меня волнует твое благополучие.
— Но ты же ещё не согласилась, — растерянно заметил Ренц.
— А ты мне пока ничего и не предлагал! — ошарашила парня ответом Инса.
И пока Ренц потрясенно молчал, обратилась к друзьям:
— Кто-нибудь из вас слышал, чтобы Ренц делал мне предложение?
Кита и Терд со смехом покачали головами.
— Вот! — для пущего эффекта Инса потрясла поднятым указательным пальцем. — И я тоже ничего такого не слышала!
— Вообще-то я готов хоть сейчас, — решительно отреагировал Ренц.
— Не-не-не, — остановила его Инса, внезапно осознавшая, что её занесло куда-то не туда, — надо, чтобы всё как у людей было, кольцо там, цветы.
— Хорошо, — покладисто согласился Ренц, — завтра всё будет.
— Какое завтра?! — Инса понемногу начинала паниковать. — Надо на Имболк (1 февраля), как все приличные люди.
— А может, на Йоль? — хитро прищурился Ренц.
— На Имболк, — отрезала Инса.
— А если я выиграю соревнования? — не сдавался стихмаг.
— Ты сначала выиграй.
— Ну а если?
— Ладно, — обреченно выдохнула Инса, — если выиграешь, тогда на Йоль.
За всеми этими препирательствами они и не заметили, как дошли до остановки, а тут и автобус подошел, так что разговор прервался — нормально общаться в этой гремящей колымаге было невозможно.