Сладкий флирт
— Поженимся?
Мик нахмурился.
— Черт подери. Я не должен был говорить тебе этого. Но я не хотел ничего плохого. Я просто хотел, чтобы мы официально узаконили наши отношения перед людьми и перед Богом.
— Перед Богом?
— Ну конечно же, я должен был догадаться, что ты захочешь венчания в церкви. — Мик хмурился все сильнее. — Но я просто думал, что у судьи это было бы быстрее. И тогда Брэм смог бы остаться и присутствовать на церемонии. И, кроме того, мне не придется слишком много времени провести в сарае.
— В сарае?
Он взял ее лицо в ладони.
— Лиза, что с тобой? Почему ты только повторяешь мои слова и ничего больше не говоришь? Ты слышала, что я тебе говорил?
— Гово… — она кивнула, вытирая слезы с лица. — Ты остаешься?
— Ну, конечно же, я с остаюсь. После того, что случилось сегодня, мне не нужно больше никуда ехать.
— Но ты же укладываешь вещи.
— Да, я собираюсь на несколько дней перебраться в сарай. Я не хочу, чтобы Брэм знал, что мы провели первую брачную ночь до свадьбы. Кроме того, я не хочу, чтобы из-за меня пострадала твоя репутация. И для меня совсем… — Мик остановился на полуслове, пораженный внезапной догадкой. — Ты думала, что я уезжаю? Навсегда?
Лиза кивнула.
— О, Лиза! Моя маленькая героическая малышка. — Он привлек ее к себе, нежно поглаживая и убаюкивая в своих объятиях. — Я думаю, что сегодняшний день много прояснил и для меня и для тебя. Ты согласна со мной? Я люблю тебя. Я люблю твое тело и твою душу. Сегодня я понял, что прошлое больше не имеет для меня такого значения, как раньше. Я понял, что мое будущее, моя жизнь здесь. Я никогда не оставлю тебя. Я уйду, только если ты прогонишь меня.
— Никогда, — прошептала Лиза, прижимаясь к нему.
— Тогда, мне кажется, мы должны принять решение.
— Какое?
— Ты выйдешь за меня замуж?
Мик собирался сказать что-то еще, но Лиза жадно приникла к его губам. Все разговоры теперь подождут. Они обсудят все позже. А сейчас она хотела чувствовать этого мужчину рядом с собой, она хотела, чтобы они были так близки, как только могут быть близки два человека.
— Люби меня, — прошептала она ему на ухо.
— Но…
— К черту мою репутацию, — бормотала она, прижимаясь к его губам.
— Мальчики…
— Они ничего не заметят. После такого дня, какой у них был сегодня, они давно уже спят и будут спать до обеда.
— Но…
— Никаких «но», Мик. — Лиза видела, как все пламеннее становится его взгляд. — Я хочу тебя. Я хочу, чтобы ты любил меня и чтобы мы занимались любовью всю ночь. Я хочу, чтобы нас закружил вихрь страсти.
Больше Мик не нуждался в подбадривании. Он взял ее на руки, отнес к кровати и осторожно положил на одеяло, как будто у него в руках было бесценное и очень хрупкое сокровище. Выпрямившись, Мик смотрел на Лизу, пьянея от ее красоты.
Он начал медленно раздевать ее, целуя и лаская. Когда он добрался до серебряного ножа и вынул его, волосы любимой легли на подушку шелковистой волной. К этому моменту Лиза уже не владела собой.
Она сорвала с него рубашку, и пуговицы посыпались на пол. Потом, немного повозившись с застежками, стянула его брюки и бросила их в сторону. Все это безумно возбуждало Мика. Лиза легла на спину и притянула его к себе, желая, чтобы он лег на нее, желая почувствовать его тяжесть. В их страсти появились новые оттенки. Все в этот раз было немножко по-другому. В каждой ласке они чувствовали зарождение новой жизни — их будущей жизни вдвоем. Каждое мгновение Лиза принимала, как бесценный дар. И когда Мик наполнил ее собой, когда он любил ее, когда обладал ею, она, закрыв глаза, услышала слова, которые всегда мечтала услышать:
— Я дома, Лиза. Я дома.
Эпилог
Март 1866
Луна только начала подниматься над грядой холмов, когда Лиза вышла на улицу проводить женщин, собирающихся домой.
— Завтра, — сказала она, — завтра очень важный день для нас! Спасибо, что вы сегодня так поздно задержались у нас.
Женщины засмеялись и, помахав на прощание, сели в свои коляски и повозки и покатили в сторону Кейтсби. Завтра на рассвете они вернутся, чтобы продолжить свою работу, которая им нравилась и за которую им хорошо платили.
А Лиза спрыгнула с крыльца веранды, пробежала несколько шагов по тропинке, и, развернувшись, посмотрела на дом, который за последние несколько месяцев очень сильно изменился.
При свете газовых фонарей, которые виднелись в каждом окне, дом приобрел сказочный вид. Благодаря доле Мика, полученной им в наследство, все преобразилось. Старая краска была соскоблена, и весь дом покрасили в серо-голубой цвет; на окна повесили темно-коричневые жалюзи, на веранде заменили перила и опорные столбы. Женщины, приглашенные из города, почти всю зиму оклеивали стены обоями, полировали дерево, чистили ковры. Обивку на мебели перетянули, на окна повесили новые занавески и перед каждым окном поставили горшки и кадки с цветами. Все теперь в доме сияло чистотой.
Скоро будет ясно, насколько хорошо они поработали. Завтра, ровно в десять часов, мост будет освящен, а затем гостиница официально откроется для приема посетителей. Несколько последних дней женщины пекли и гладили. По всему двору разносился запах свежеиспеченного хлеба, домашнего печенья, булочек, пирогов.
Лиза удовлетворенно покачала головой. Кто бы мог подумать, что она найдет свое место в жизни здесь. Когда она была помоложе, ей очень хотелось уехать отсюда. Но потом она неожиданно открыла для себя, что ей нравится обустраивать гостиницу, заботиться о поставках, вести счета. Никогда прежде она не чувствовала себя столь полезной. Приходилось очень много работать, но она радовалась этому. Ей очень хотелось — и Мик поддерживал се в этом, — чтобы гостиница стала ничуть не хуже той, что была до войны.
Лиза отвернулась от дома и взглянула через реку. На том берегу находилось несколько фургонов, и люди начинали устраиваться на ночлег. Переселенцы, двигающиеся на запад, были готовы подождать лишний день и воспользоваться новым мостом, нежели переправляться каким-нибудь более рискованным способом. Мик подготовил одно из полей под лагерь для них, и сейчас там горело несколько костров. Пройдет немного времени, и это место превратится в поселение, тогда, если Мик сумеет удачно осуществить свои торговые операции, они, возможно, проведут сюда ветку железной дороги из Кейтсби.
Лиза вздохнула. Никогда прежде жизнь не казалась ей такой счастливой. Да, ее жизнь и жизнь ее семьи не была совершенно безоблачной. Бывали дни, когда им страшно не хватало отца, и Мик иногда очень скучал по своим братьям и хотел их увидеть, но все же можно было сказать, что шрамы, которые оставила в их душах война, начали постепенно зарубцовываться.
Поеживаясь от прохладного ветерка, Лиза взглянула на мост и не смогла сдержать счастливой улыбки, озарившей ее лицо при виде самых дорогих ей мужчин, занятых работой. С тех пор как снег растаял и работать на мосту стало безопасно, Мик и ее братья начали бок о бок восстанавливать его. Лиза, конечно, не могла утверждать, что наступили полный мир и гармония. По-прежнему случались мелкие перебранки и ссоры, но с появлением взрослого мужчины ее братья внутренне как-то расслабились и вновь превратились в мальчишек. И даже сейчас у них был очень беззаботный вид.
Мик, должно быть, почувствовав взгляд жены, поднял голову и помахал ей рукой. Волосы его блестели в свете фонаря, который висел у него над головой.
— Что, уже пора? — прокричал он.
— Давно пора. Идите есть, — ответила Лиза. — Завтра утром закончите.
Прежде она носила им еду прямо на мост, но сегодня приготовила особый ужин, поставила на стол цветы и даже принесла из кладовой кувшин яблочного сидра. Сегодня, в кои-то веки, у них будет настоящий семейный ужин.
Ее братьев не надо было звать дважды.
Смеясь и крича, они схватили пару фонарей и побежали за дом, чтобы умыться после работы.