Люди Дромоса. Трилогия (СИ)
* * *
К началу третьей недели всё настойчивей стал звонить Генерал, требуя прибытия всех троих в Москву. Производство мобильных модулей наконец поставили на промышленную основу, и требовалось подписать кучу всевозможных бумаг. Из модулей, собранных на Земле2, ровно пятьдесят процентов мы беззастенчиво оставили «у Лены», равно как и положенное количество скутеров. Виктор только крякнул, когда получил «на выходе» первую партию ополовиненной. Но я напомнил о его желании взять свою десятую часть натурой… Больше к этому вопросу мы не возвращались.
И вот, как лиц особо приближенных, нас пригласили на режимное предприятие. Надо сказать, впечатляло. Конвейер, по которому двигались различные, порой с трудом узнаваемые части «кузнечиков», казалось, не останавливается ни на минуту. А ктото из местного персонала сыпал цифрами и совал под нос какието графики, заверяя в страстном желании «догнать и перегнать». Скукота, в общем. Однако, не желая огорчать, по всей видимости, хороших людей, я стойко терпел. Они же не виноваты, что я такой обормот. Но деловая часть закончились, и после экскурсии нас ждал довольно неплохой обед. Да и лучшая из приправ, в виде голода, никак ни умаляла искусства местных поваров.
Глядя на нас, насытившихся и принявших благодушный вид, местное начальство расслабилось. А я почувствовал себя мелким коммунистическим бонзой времен развитого социализма. Проинспектировали вот подшефный заводик, покушали. Сейчас, по плану, банька да девочки… А Инне с Леной, выходит, мальчики… Смех прозвучал нелепо, и незамедлительно последовал удар локтем в бок. Инна делала страшные глаза, а Виктор, который Петрович, показывал кулак. А пофигу. Нравиться вам изображать из себя важных шишек – флаг в руки. А меня больше на подобные мероприятия и на аркане не затащишь.
Когда рассаживались по «членовозам», Генерал спросил:
– Завтра в войска поедешь?
– В войска – поеду.
И в самом деле, любопытно посмотреть на ряды ребят, облаченных в модули российского производства. Ведь, несмотря на мой пофигизм, я всё же русский. И хлебом ни корми, а дай погордится за державу.
– Гляди у меня. Чтоб без выкрутасов.
Я пообещал «без выкрутасов», и на этом закончили.
Военные просто ошеломили. Нет, не количеством сверкающих никелем «кузнечиков», их я видел и поболе. Но такого слитного взаимодействия, после считанного числа тренировок, я не ожидал. Какойто полковник, в прошлом мастер парашютного спорта, даже писал учебник «Тактика взаимодействия воздушнопехотных войск с механизированными частями». Вот так вот, дорогой. Жизнь не стоит на месте. Но то, что причиной всему стал я, кружило голову. Не зря всё же, выходит, была затеяна вся эта авантюра.
Нам, как основателям, предложили опробовать модули в работе, но я отказался. На фоне слаженных действий десантуры мои самопальные финты смотрелись бы жалко, не вызывая ничего, кроме улыбки. А позориться не хотелось. Сказав все положенные слова, пожав несчетное количество рук и выпив за славу российского оружия, мы наконец отбыли восвояси.
Все положенные бумаги подписаны, минимум встреч проведен, и я поспешил вернуться на КианТуо. К беззаботному щебетанию тропических птиц и знойным объятиям Инны.
Через неделю прилетели Проф с Лёнькой. В последнее время они оказались как бы не удел. Исследовательская программа заморожена, а в институтах, занимающихся изучением и разработкой «наследия», своих специалистов хватало.
– Чего горевать, Проф? Дело сделали, бабки капают. Наслаждайтесь. А хотите, на базе Приюта свой исследовательский центр организуйте.
– Да как будто всё исследовали уже. Осталась систематизация и доводка до ума, в смысле перевода в нашу систему координат. А для этого людей и без нас хватает.
– Так в чем проблема?
– Да так… вы позволили прикоснуться к тайне, к чемуто неведомому. И вот тайна выпотрошена, секрет стал общим достоянием, измеренный вдоль и поперек и разложенный по полочкам соответствующих ведомств.
– Так это просто хандра, Семен Викторович. Жениться вам надо. Вы теперь человек обеспеченный, вот и присмотрели бы себе юную провинциалочку.
Проф улыбнулся одними губами, давая понять, что оценил шутку, а потом спросил:
– Насчет других миров, надеюсь, вы не шутили.
– Сказал же, нет.
– А не могли бы вы переправить меня в один из них?
– Дурное дело нехитрое. Так, кажется, говорится? Но только на ваш собственный страх и риск.
– Конечно, Юра. А через, скажем, год, «заберете» меня обратно.
Количество моих обязательств увеличилось ровно вдвое, но профессора я понимал. Ибо сам из того же теста, и в любых рамках мне тесно.
– В таком случае куда отправимся? И как скоро?
– Елена Владимировна рассказывала про существование государства, под названием Сибирские Штаты. Хотелось бы изучить историю тех мест и взаимное влияние культур.
– Будут вам Штаты, Семен Викторович. Через недельку устроит?
– Вполне, знаете ли. Как раз подготовлюсь, с финансами разберусь.
Но посещение родины боярыни Земцовой пришлось немного отложить, так как в Москве убили Виктора. Расстреляли из снайперской винтовки, когда он выходил из своей квартиры на Кутузовском проспекте. Получается, недооценили таинственного Кузнецова? И мы со всех ног помчались разбираться и восстанавливать статускво.
50
Встречали нас «медвежата». Хмуро пожали руки и, усадив в машину, повезли в здание ведомства, офицером которого являлся и я.
– Что известно?
– Да почти ничего. Винтовку киллер бросил. Дорогое оружие, импортного производства. Хорошо пристрелянное.
– Это детали. Какие соображения по поводу заказчика?
– Да шевелился тут один, в последнее время. Но сомнения к делу не пришьешь.
– Некто Кузнецов?
Крепыши переглянулись, и Сергей кивнул:
– Нам его не достать. Уж слишком высоко сидит. – В голосе его сквозило уныние.
Да, сэнсэй не просто начальник, каких тысячи. Он был человеком, и все вокруг него работали не за страх или звезду на погоны, а за совесть. Как и, я в этом уверен, в свое время трудились под руководством отца Алексия.
Гроб с телом стоял в зале заседаний. Фотография Виктора в форме, почетный караул. И череда людей со скорбными лицами. Сергей тронул за плечо, а когда я обернулся, указал глазами на плотного мужчину, примерно одних с Виктором лет, отходившего от гроба.
– Генераллейтенант Кузнецов, Игорь Вячеславович.
Я в упор уставился на негодяя, подозреваемого мною в смерти сэнсэя. А тот, свою очередь окинув меня взглядом, прошел мимо.
Черт, нужны же доказательства. Я поспешно пошел в туалет и «вошел» в коридор. «Вернувшись» на пять минут, достал фотоаппарат и сделал несколько фотографий Кузнецова, стоящего возле гроба. Зная Генерала, я почти уверен, что он отмахнется от всех доводов. И был намерен аргументировать свою правоту документально. Вот вроде и всё. Лена с Инной остались возле тела, собираясь проводить Генерала в последний путь. Я же решил, что увидел достаточно. Сунув Лене фотоаппарат и настояв на немедленном «переносе», направился к выходу. Оказавшись на улице, собрался было «перейти», но возле меня остановилась черная «Волга». И двое молодых людей соответствующего вида вежливо, но настойчиво усадили внутрь.
– И чем обязан?
В ответ один из них попытался ударить меня в лицо. Но уроки Виктора не пропали даром, и я успел увернуться, попутно взяв его кисть на болевой прием.
– Оставь, Митяй, приедем, там эта сука перестанет трепыхаться.
Я отпустил Митяя, получив в ответ заверение по прибытии разобраться как следует, и уселся поудобнее.
Похоже, господин Кузнецов был фанатиком своего дела. До такой степени, что брал работу на дом. Во всяком случае, привезли меня явно не в казенное заведение. Напротив, загородный особняк был отделан с довольнотаки хорошим вкусом и вполне современными материалами. Едва я вышел из машины, как всё тот же Митяй зарычал: