"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

— Ох, это нехорошо. Н-наверное, стоит убить его и
— Это не так просто сделать, как выяснилось. Но, всё же возможно, бессмертных не бывает… Ты верно говоришь, ничтожество — Орден Багровой бури необходимо уничтожить, и как можно быстрее, пока он не набрал силу.
— Рад, что см-мог помочь вам, хозяин, — как можно ниже кланяется горбун. Впрочем, из-за своей спины он будто навсегда согнут в поклоне.
  
— Ты мне ничем не помог, Гнус! — Кошмар переводит на него безразличный взгляд, и слуга зажмуривается, боясь, что на него сейчас обрушится проклятие боли.
К счастью, ничего такого не происходит. Хозяин всего лишь встаёт и подходит к окну, за которым алеет закат. В этом разломе вечный закат, и вечно воют волкоподобные монстры. Гнус никак не мог привыкнуть к их жутким голосам, но лидер Монстроедов, кажется, наслаждается этими звуками.
— Я знаю, что можно сделать с орденом Зверева и как убить его самого. Всё уже готово, наше новое оружие скоро начнёт действовать, наводя ужас на наших врагов… Но Ордену бури в любом случае скоро конец, как и всем остальным. Ритуал Пожирателя миров уже вот-вот будет проведен, и тогда они уже ничего не смогут сделать!
— Да! Вы правы, хозяин! Они ничего не смогут сделать, — поддакивает горбун и тоненько хихикает.
— Смотрю, у тебя хорошее настроение, — ледяным тоном произносит Кошмар и смотрит на слугу через плечо, отчего тот мигом затыкается.
— Н-нет…
— Ты забыл, что я только что потерял десятерых учеников?
— Нет, хозяин, как можно…
— У меня такое чувство, что ты этому рад. Снимай рубашку, Гнус! Время для плётки.
Недалеко от Санкт-Петербурга. Поместье барона Писемского.
Через пару дней после того, как мы закрыли Крепость ночи, все вассальные документы были готовы. В них были закреплены как стандартные условия, так и те, что мы обговорили с Валерием Васильевичем в тот раз. Оставалось подписать их, и род Писемских станет вассалом рода Зверевых.
Торжественное подписание обычно проводится в доме сюзерена, но Валерий Васильевич настоял, чтобы мы поехали к нему. Очень уж ему хотелось угостить нас роскошным ужином, чтобы отметить это знаменательное событие.
Отказываться я не стал. Тем более, что ехать недалеко, при желании можем начать праздник у барона, а потом переместится ко мне. Когда мы с буреборцами уезжали из Твери, Радов подарил нам целый ящик дорогого коньяка. Пару бутылок я оставил себе, а остальное отдал своим людям. Они заслужили.
Принятие первого вассала — чем не повод открыть этот коньяк? Тем более, Валерий Васильевич любит этот напиток.
В поместье Писемских едем целой делегацией. Мы с Ларисой, Тимофей, Ильдар как командир моей гвардии и Георгий как командор ордена, а также Алиса. Плюс две машины сопровождения с наёмниками из «Сибирского дозора». Чтобы всё было честь по чести.
Ильдар, который едет в одной машине со мной, косится на машины наёмников и спрашивает:
— Ваше сиятельство, почему вы их не уволили? Разве можно доверять наёмникам?
— Не хочу тебя оскорбить, Ильдар, но ты ведь и сам нанимался к дворянам, чтобы сражаться за них на дуэлях, — замечаю я.
— Это совсем другое. Я дворянин и не брал все заказы подряд. А эти… — он морщится, не договорив.
— Они доказали свою верность и профессионализм. Как охрана, они отлично справляются.
— Но ведь у вас теперь есть гвардия. Мы с майором Болотовым набрали уже две полных роты, как вы сами знаете. Можно использовать для охраны их!
— Нет, у гвардии другие задачи. Продолжайте их тренировать, — говорю я.
— Продолжим, если таков ваш приказ, господин. Но вы должны понимать, что солдатам надоедает одно и то же. Эффективность тренировок и мотивация падает, — объясняет Суворов.
— Ребята заскучали, вот как? Что ж, хорошо. Передай Болотову, пусть проведут масштабные учения на северных землях. Используйте тяжёлую технику и боевые артефакты. Пусть бойцы поживут недельку-другую в окопах и привыкнут к взрывам.
— Учения бы их взбодрили. Позвольте уточнить, это просто учения или мы к чему-то готовимся? — поворачивается ко мне Ильдар.
— Пока что я не собираюсь ни с кем воевать. Но мало ли, вдруг кто-то соберётся повоевать со мной? Гвардия должна быть готова. Да и князю Чернову рано или поздно предстоит навалять… Кстати, можешь сообщить гвардейцам, что им предстоят тренировки с живыми монстрами под присмотром офицеров ордена.
— С живыми монстрами? — удивляется Суворов.
— Да, притащим из каких-нибудь разломов. Не бойся, будем использовать только тварей первого уровня. Для начала. Солдаты должны уметь сражаться не только с людьми, но и с монстрами. Хотя в первую очередь, конечно, с людьми, — говорю я.
Ильдар молча кивает и тут же звонит Болотову, чтобы передать мой приказ. А мы тем временем подъезжаем к поместью Писемских.
Они встречают нас у порога всей семьёй — сам барон, его красавица-жена, дети и другие родственники.
— Какая большая у них семья, — говорит Лариса, когда я помогаю ей выйти из машины.
— Завидуешь? — подмигиваю я.
— Немного. Мне тоже всегда хотелось иметь большую семью.
— Всё впереди, Огонёчек. У нас с тобой будут дети, да и твой брат, кажется, не сегодня-завтра сделает Алисе предложение, — говорю я, косясь на них.
— Думаю, ты прав, — улыбается Лара.
Георгий наклоняется, чтобы поправить застёжку на туфельке нашей семейной помощницы, а потом она целует его в щёку и берёт под руку. Они уже перестали скрывать свои отношения и, по-моему, дело действительно идёт к свадьбе.
Мы все приближаемся к Писемским, и они одновременно кланяются нам, а Валерий Васильевич произносит:
— Андрей Алексеевич! Добро пожаловать в наш дом! Я и моя семья, как всегда, очень рады принимать вас! — барон жестом приглашает нас внутрь.
Сегодня он обращается ко мне на «вы», соблюдая необходимую вежливость. Я обязан делать то же самое. Хоть мы с ним и друзья, это своего рода ритуал. Когда официальная церемония будет окончена, и мы сядем за стол, снова перейдём на «ты».
— Благодарю вас, Валерий Васильевич. Я и члены моего рода счастливы быть вашими гостями, — отвечаю я и первым захожу в дом.
Мы проходим в торжественно украшенный зал, где горят свечи и по центру стоит круглый стол. Юрист Писемских и Тимофей подходит к нему, достают бумаги в последний раз всё проверяют. Пожав Ульянову руку, юрист Писемских отходит в сторону, а Тимофей откашливается и говорит:
— Дамы и господа, сегодня мы собрались в честь знаменательного события. Баронский род Писемских готов стать вассалами графского рода Зверевых. Все условия утверждены, документы готовы и тщательно проверены. Я прошу глав родов подойти, чтобы произнести необходимые клятвы и затем подписать вассальный договор, — заканчивает он и отступает на шаг, освобождая место у стола.
Мы с Валерием Васильевичем подходим и тоже обмениваемся рукопожатием. Барон, как положено, встаёт на одно колено и произносит клятву:
— Я, барон Валерий Васильевич Писемский, клянусь в верности графу Андрею Алексеевичу Звереву и признаю его своим сюзереном. Клянусь неукоснительно соблюдать условия, прописанные в нашем договоре, быть верным и честным перед своим сюзереном. Клянусь хранить доверенные мне тайны и в любой момент прийти на помощь, как того требует долг.
— Принимаю вашу клятву и клянусь заботиться о вас и вашем роде, как о своём. Клянусь быть справедливым и честным сюзереном, и не просить того, что может прервать ваш род. Встаньте, Валерий Васильевич, — произношу ответную клятву я.
Писемский поднимается. Мы по очереди оставляем подписи на двух экземплярах документа, после чего Тимофей забирает его и объявляет:
— Всё готово! С этого момента барон Писемский является вассалом графа Зверева, а тот — его сюзереном.
— Андрей Алексеич! — барон смеётся и заключает меня в объятия. Остальные аплодируют.
— Я тоже рад, что наши рода объединились, — говорю я, похлопывая Валерия Васильевича по спине.