Старуха 5 (СИ)

— Ну, я знаю, что самолеты летают в небе.
— Ясно. В дивизию КГБ входит отдельный авиаполк, сегодня уже поздно, но завтра утром вы отправитесь в Монино, там познакомитесь с командиром полка. А работе с авиаторами уже под Оренбургом обучитесь, причем учиться нужно будет очень быстро… и очень тщательно. Еще я попрошу вас до завтрашнего вечера предоставить мне список командиров, которые, по вашему мнению, полностью соответствуют высокому званию командира частей КГБ, и их мы вам оставим под вашу личную ответственность. А остальных мы еще отдельно проверим… в любом случае никаких репрессий по отношению к ним не будет, но, сами понимаете, у нас имеются определенные требования. И если вы не захотите брать на себя ответственность хоть за кого-то, никаких к вам лично претензий тоже не будет, мы прекрасно понимаем, что комдив просто не в состоянии лично знать всех командиров своей дивизии и уж тем более нести за них персональную ответственность. И да, комиссара Лыкова мы в любом случае из дивизии убираем…
Все занимались своими делами: рабочие — работали, крестьяне — тоже без дела не сидели, руководство всех уровней руководило всяким. А Вера Андреевна Синицкая, вернувшаяся третьего ноября из поликлиники, находилась в чувствах весьма противоречивых. Одновременно радуясь и приходя в ужас — но радуясь все же гораздо больше. Вечером она поделилась радостью с Витей, добавив:
— Я думаю, что нам будет очень непросто, но мы обязательно справимся, — на что Виктор, хмыкнув, ответил:
— А я вообще не могу представить себе ситуацию, в которой ты бы не справилась.
Лаврентий Павлович — уже поздним вечером вернувшийся домой — тоже был порадован. И его вердикт был попроще:
— Я очень за тебя рад и даже в чем-то завидую. Но ни на секунду не сомневаюсь в том, что ты всегда найдешь, кого заставить работать. Так что… ты в Пирогово на зиму переезжать еще не собралась? Насколько я знаю, дом там уже полностью готов.
— Да, там сейчас Витины родители поселились. Мария Николаевна сразу же в Пироговскую больницу работать устроилась, Петр Сергеевич в Мытищах вроде уже место нашел. Так что дом под присмотром, но нам туда переезжать вроде смысла нет: Вите оттуда на работу ездить не очень удобно, а уж мне…
— Тебе для работы только телефон теперь нужен и кресло… поудобнее. А я к чему спросил-то: туда через неделю уже линию ВЧ дотянут, так что если надумаешь свежим воздухом подышать, то никаких препятствий не будет. Вот только мне рыбку с Байкала и Енисея что-то не возят… но это я точно переживу. Да и меньше с тобой собачиться буду. Да, завтра у товарища Сталина совещание по авиации, тебе есть что сказать?
— Во сколько?
— Значит есть… В шесть вечера. Ну, до завтра, сладких тебе снов и спокойной ночи! Зараза ты наша ненаглядная…
  
Глава 7
 
На «совещании по авиации» рассматривались и вопросы, касающиеся собственно авиации, и отдельное внимание товарищ Шапошников обратил на назначение и структуру дивизионных авиаполков. То есть полков, включаемых в состав каждой дивизии КГБ, а начальник Генштаба пока еще не совсем ясно представлял, почему выбрана такая «неправильная», по его мнению, структура полков и зачем они в дивизии вообще нужны. Но все непонятные вопросы разъяснил Лаврентий Павлович:
— Дивизии КГБ сейчас предназначены главным образом для охраны наших границ, и каждая дивизия отвечает за свой участок. Но отвечает полностью, поэтому в зависимости от сложившейся ситуации ей может потребоваться срочная помощь с воздуха. Именно срочная, когда времени на согласование работы с дивизиями авиационными просто не будет, и для этого у командира дивизии всегда под рукой есть свой авиаполк. Но так как заранее предсказать возникающие задачи никто не может, то в дивизионном авиаполку мы решили иметь все типы самолетов. Именно поэтому в полку две эскадрильи истребителей, одна — штурмовиков и одна — ближних бомбардировщиков. С учетом того, что по возможностям машины частично взаимозаменяемы, то для решения любой возникшей задачи может быть задействовано по крайней мере две, а чаще три эскадрильи.
 
— Чуть поподробнее пояснить можете?
— Если возникнет задача по отражению вражеского авианалета, то могут быть задействованы как истребители, так и штурмовики. При необходимости штурмовки вражеских позиций кроме собственно штурмовиков может применяться и одна эскадрилья истребителей, а в роли бомбардировщиков мы можем применять и штурмовики, и истребители обоих типов.
— Вот как раз вопрос о том, почему в полках вы в обязательном порядке используете два разных типа истребителей…
— Просто потому, что истребителей реактивных у нас пока острая нехватка, по факту мы даже все необходимые авиаполки ими укомплектовать пока не можем. И по этой же причине в авиадивизиях истребительные полки так же пока формируются в смешанной комплектации. НТК обещает в следующем году нарастить выпуск реактивных машин до двух в сутки в Комсомольске и, скорее всего, начнет их производство в Верхнеудинске, но за последнее НТК пока поручиться не может.
— Но смешанная комплектация, мне кажется, очень сильно усложнить снабжение…
— Не столь сильно, как может показаться на первый взгляд. Эскадрильи с самолетами разных типов предполагается базировать на разных аэродромах, тем более что и требования к качеству этих аэродромов сильно различаются. Это касается и приданных авиаполков, и авиадивизий, и хочу заверить, что проблемы со снабжением, а так же с ремонтными мощностями мы уже практически решили. Сейчас по такой же схеме товарищ Баранов начал менять структуру ВВС РККА, и мы в этом оказываем ему серьезную методическую помощь. А помощь техническую… я думаю, что представители НТК смогут лучше обрисовать текущую ситуацию.
— Мы вернемся к этому вопросу, а сейчас я бы хотел прояснить вот что: в КГБ на западной границе сосредоточено двадцать четыре дивизии, то есть получается, что мы располагаем на всей ее протяженности менее чем пятью сотнями истребителей…
— В дивизиях — да, но мы так же расположили… в некотором удалении от границ, но при необходимости все это может быть передислоцировано буквально за пару дней, в общем, три истребительных дивизии, в составе которых имеется еще столько же машин. И никто не отменял того факта, что ВВС РККА пока под сокращение не попадают.
— Но все части товарища Баранова дислоцированы в тылу.
— По уставам каждая эскадрилья авиачастей КГБ кроме основного аэродрома базирования должна иметь и минимум три запасных площадки — и все эти площадки уже готовы. И, предвидя следующий вопрос, сообщу: у нас сейчас в западных округах двадцать четыре дивизии, то есть почти четыреста тысяч бойцов, не считая более чем шестидесяти тысяч пограничников, но к быстрой передислокации уже подготовлено еще восемь дивизий, а к середине весны у нас будут доведены до полной боеготовности уже сорок восемь мотопехотных дивизий. Есть веские основания считать, что до мая враг боевые действия не начнет…
— Раз вы имеете основания так считать… — Борис Михайлович внимательно посмотрел на Берию, что-то прокрутил в голове, кивнул своим мыслям, — то мы обязаны до мая закончить реорганизацию РККА. Но вы сейчас заняты обучением новых частей и подразделений КГБ, поэтому, насколько я понимаю, переобучением наших частей должен руководить Генштаб…
— Я думаю, — вмешалась Вера, — что мы не имеем права тут делить обязанности, а должны вместе решать общие задачи. Насколько я знаю, КГБ сейчас очень сильно помогает частям РККА по части фильтрации командного, да и рядового состава…
— Вера Андреевна, мы высоко ценим ваше мнение… — начал было Шапошников, — но столь сильное сокращение…
— Борис Михайлович, но вы же сами понимаете: от всей этой пьяни в рядах РККА вреда куда как больше, чем пользы. И горластые крикуны, ни хрена не понимающие в том, что должна делать наша армия…
— А вы понимаете?
— Я понимаю одно: бойцы должны уничтожать врага. Не помирать за счастье трудового народа, идя в полный рост на пулеметы, а жить и работать ответственно. А под ответственностью я понимаю например то, что продемонстрировали войска КГБ во время финской кампании: при собственных безвозвратных потерях в районе пяти тысяч человек — а я безвозвратными считаю и раненых, которые после излечения не смогли продолжить службу — они уничтожили свыше полусотни тысяч финнов. В то время как единственный полк РККА, в операции успевший поучаствовать, потерял более половины личного состава, и вот последнее я считаю образцом безответственности! Хорошо, правильно подготовленный боец, соблюдающий дисциплину и строго придерживающийся боевых уставов, для армии гораздо ценнее целого отделения шалопаев, а то и взвода. Потому что взвод такой просто погибнет забесплатно, и нам еще придется расходы на похороны нести, а вот правильно обученный боец и сам выживет, и врага уничтожит.