Комсомолец поневоле (СИ)
Глава 40. Володины проблемы. Первый рабочий день
Вечером, около 20 часов я приполз домой, Аня с упрёком:
— Ну где ты целый день ходишь. Видела что бегал по мельнице.
— Ну так для тебя, родная готовил кабинетик уютный да и много кое — чего надо было успеть. Ты приготовь ужин с запасом, через полчасика подойдёт друган Володя, надо обсудить его серьёзную проблему. Он служит в одной из частей и ему сейчас следак из наших «шьёт дело».
— Да ты что?
— Вот — вот. И ещё — я тут по случаю достал кое какие приборчики, но об этом молчок, это видео наблюдение. Так я поставил в кабинете себе и поставлю тебе завтра для подстраховки. Так что не обнимайся ни с кем в кабинете, а то увижу.
— На что, Аня щёлкнула мне ложкой по лбу, она как раз накрывала стол.
И тут подошёл Володя. Мы обнялись и я пригласил к столу. Я сказал:
— Давай спокойно поужинаем, а потом поговорим.
— Да я не против. Слушай, я знаю что ты получил звезду Героя СССР, а можно посмотреть её, а то видел только фотке.
— Ань, вынеси мой парадный китель с наградами.
Когда Володя увидел все награды то он мягко сказать обалдел и сказал:
— И с такими наградами какого ты забыл у нас в городе?
— Ты знаешь Володя, я хочу спокойной семейной жизни и спокойной службы. Веришь я последний месяц провёл в окружении Брежнева. Посмотрел и понял — лучше домой. Ну да ладно обо мне. Теперь рассказывай что у тебя за проблемы.
— Ты знаешь, после окончания училища я приехал служить к нам в город. Я по образованию воентехник. И меня направили служить в новую воинскую часть, где есть секретный объект, где есть и малый караул по охране этого объекта. Я на нём проверял электрическую и механическую часть, так что вход по допуску был. И я был включён в список офицеров заступающих два раза в месяц начальником караула по охране этого объекта. Караул с огнестрельным оружием. Там три поста. Много рассказывать не могу это секретная информация. В один из дней, почти два месяца назад, я заступая в караул при принятии объекта обнаружил небольшое повреждение пластилинового оттиска пломбы, но мы со старым начальником караула посчитали что пломба от жары немного поплыла. Перепечатали её и всё, а потом через три дня была комиссия на объекте и выявили серьёзную недостачу одного охраняемого объекта. Началась проверка всех и выявился факт повреждения пломбы, о котором я не доложил. И вот теперь следак требует чтобы я сознался в краже. Он вообще идиот. Как таких держат в Вашем ведомстве?
— Ну Володя дураков везде хватает.
А сам внимательно смотрю на него и читаю его мысли:
Володя думает: " не верит мне Санька, думает, наверное, что я скурвился и решил ракетное топливо стащить и себе в мотоцикл залить»
— Ты Володя, наверное, думаешь что я тебе не верю, но давай так. Я выйду на работу и скорее всего это дело передадут мне. Никому на службе не говори что ты мой друг. И отца предупреди, чтобы лишнего не болтал, а то дело у меня заберут. Понял? А я обещаю что разберусь.
— Хорошо. Обнадёжил.
— Ну вот и хорошо. Если что, то я тебя вызову и делай вид, что мы не знакомы, а теперь давай чайку попьём.
Мы попили чайку. И потом Володя ушёл домой.
На следующий день я с Аней одев повседневную военную форму с погонами и всеми регалиями пошли на службу, пройдя через двор дома. Вышли чуть раньше, чтобы открыть здание и вручить все ключи солдату военной комендатуры заступающему на пост на проходной, а через 15минут, к 9 часам начали подходить все остальные сотрудники военной прокуратуры с её руководством. 09 час. 10 минут прокурор объявил сбор в зале для расширенных совещаний. Когда все собрались, прокурор представил меня и Аню как новых работников военной прокуратуры в соответствии с нашими должностями. Некоторые увидев у меня на кителе звезду Героя СССР и орденские колодки улыбались. Среди некоторых, а точнее двоих я прочёл в мыслях:
— Один старлей думал: " Пижон, думает если повезло в Афгане, то и тут прокатит. Обломаем.»,
— Второй подумал: " Ну, ну. Посмотрим что ты за птица. Если здание твоё, то это ничего не значит»
— А ещё секретарша, прапорщик подумала: ", а он ничего, симпатичный, жалко что женат, а жена то фифочка наверное ещё та»
По остальным я мысли прочитать не успел, т. к. прокурор предложил сесть на место. Потом прокурор по списку распределил оставшиеся кабинеты и сказал:
— Крымов, Жуков, Соловьев — после совещания зайдите ко мне.
Жуковым оказался старлей у которого я успел прочитать мысли, а Соловьев был моим прямым начальником — начальником следственного отдела. И мы после совещания зашли в кабинет прокурора, где прокурор дал распоряжение:
— Всему личному составу привести кабинеты в порядок. После завтра к нам из Киева приезжает проверка. Привести дела в порядок. Соловьев и Жуков оформите и передайте дело по хищению ракетного топлива Крымову. Пусть он попробует зубы об него поломать. Все свободны кроме Крымова.
Когда мы остались одни прокурор сказал:
— Спасибо за мой кабинет и здание в целом. Всё просто отлично. Ознакомься с делом, если надо съезди на место, в воинскую часть. Первую форму допуска к гос. тайне сегодня оформи в канцелярии и мне на подпись, там же получишь служебное удостоверение. После уезда комиссии доложишь свои мысли по этому делу. Особо не загружаю пока. Вливайся в коллектив. Со следующего месяца будешь включён в график дежурств в суточную группу военной комендатуры от военной прокуратуры. У нас по штату шесть следователей и три старших следователя. У каждого старшего номинально в подчинении два простых следователя. Так что с твоим опытом и знаниями подучи их. Супруга твоя в отделе помощников прокурора. Их тоже девять. Прокурор, три зама, секретарь, водитель, архивариус. Вот и весь коллектив. Так что удачи на новом месте службы, а пока можешь идти.
Глава 41. Первое дело. Комиссия с «плюшками»
Получив уголовное дело от Жукова, стал внимательно его изучать, от корки до корки. Как говорят, адвокаты. С первых же листов дела стало понятно, что следователь пытается как говорят «притянуть за уши» лицо к статусу подозреваемого. Никаких доказательств в отношении, Володьки не было. Только то что была обнаружена смазанная печать. Последняя ревизия на складе была 1,5 года назад, то есть Володя ещё не служил в этой части, акт ревизии был формальным. Зам. командира войсковой части по вооружению в ответственности которого был этот склад, ничего вразумительного при допросах не показал— типа— не знаю, не помню, и т. д. Свидетели тоже самое показали. Осмотр места происшествия, самого склада сделан поверхностно. Да! Надо начинать с нуля. И я на следующий день поехал в часть. Командир части, подполковник, меня встретил не приветливо, а я все награды снял и на выезды не одевал. Пусть думают, если лично не знают— покрутится следак и уедет. Начал я с повторного осмотра склада. Показал командиру форму допуска и он меня с начальником караула и начальником склада отвели на склад. Склад, как склад. Сделан из листового железа. Особо не укреплён снаружи. Я обошёл его дважды по периметру. Все следы если они и были, давно затопчены и убраны, но всё же я кое — что нашёл. Как я сказал, склад обшит листовым железом. Так вот, с тыльной стороны один лист был более новее что ли. Сначала он и в глаза не бросался, т. к. размер его 2–3 метра. И его видать искусственно ещё и состарили. Молодцы жулики. Знают дело, но вот с толщиной листов малость прогадали. Этот лист был в два раза толще. И перехлёст листов в одном месте отсутствовал. Да и шляпки гвоздей были другой формы и размера, но я вида не подал, а прошёлся с фотоаппаратом по всему периметру. Пусть гадают для чего. Затем я зашёл во внутрь склада, где в ряды были складированы сто литровые бочки с угрожающими надписями на корпусе.
Я спросил:
— Где стояла бочка, которая пропала?
Начальник склада ответил: